Юный техник 1986-10, страница 42

Юный техник 1986-10, страница 42

— Вот мои березы,— рассказывал он.— Не смотри, что все они похожи друг на дружку. Это только снаружи — прямые и белые. А так... Вот эта, видишь, высокая, худенькая, а соку по весне дает — только банки успевай подставлять. И сок сладкий, душистый. Пьешь — не напьешься. А эта, видишь, толстушка... Кажется, бочку сока накачать можно. Куда там! По капле цедит. Куркулиха зову ее. Обижается. А норова не меняет. Каждый год — по капле да по капле. И сок тяжеловатый, с горчинкой.

— Куркулиха? — переспросила она.— Смешное слово!..

— Да какое там смешное,— улыбнулся пастух.— Обыкновенное. Жадноватая, значит, прижимистая. Все себе да себе... А вот эту березу, видишь, она чуть склоненная, как бы к земле тянется, любят соловьи. Хочешь послушать пение, приходи вечером сюда. Обязательно самый переливчатый заглянет! И такие коленца отломит — закачаешься. А ты стой, не бойся, что вспугнешь соловья, что он улетит... Защиту, что ли, в дереве чует? Не знаю. Секрет...

Вскоре пастух и девушка вышли к реке в том месте, где она делала крутой, как локоть, изгиб. На темной воде у противоположного берега белели лилии и можно было различить густые заросли камыша. Было тихо. Пахло речной водой и тиной.

— Река?! — радостно мигнула звездочка.

— Река-а,— отозвался пастух.

— Красивая река,— сказала девушка,— но кривая. Я другие знаю. Прямые, как твои березы.

— Да какая ж она кривая?! — обижаясь за свою речушку, отозвался пастух.— Это у нее изгиб здесь. Если стать птицей и подняться вверх над рекой, то он будет краше, чем шея лебединая. А рыбы в реке сколько! Во, слышь, плещется! К заре!

— Рыбы? — звездочка опять мигнула непониманием, а большие глаза девушки вдруг насторожились.— Что это такое?

— Как бы тебе сказать... Мы, люди, на земле хозяева, самые мы главные на земле. А рыба — она молчаливая хозяйка воды. Только человек это забывает, думает, что везде он верховодит.

Пастух взглянул на девушку — поняла ли? И добавил с лукавой улыбкой:

— Тебе бы они понравились. Рыбы добрые и красивые, а чешуя, кожа рыбья, у них серебристая — играет, переливается... Сейчас на земле много рек пустых, мертвых, даже лягушек не осталось — до-верховодился человек. А в нашей всякая есть рыбеха. И щука, и лещ, и язь, и окунь, и красноперка... Может, утречком, на самой зорьке, только коров соберу, порыбачим?

— Может быть,— ответила девушка и нежно взяла его ладонь в свою.— А много у тебя коров?

Он вздохнул.

— С каждым годом все меньше. Нынче вот двадцать две пасу. Есть и еще одна. Но прихворнула что-то. Ласка ее кличут. И точно — норовом ласковая, тихая, послушная.

Пастух вдруг осекся, взглянул на гостью.

38

Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Понравилось?