Вокруг света 1973-09, страница 8




Вокруг света 1973-09, страница 8

Но вот, пожалуйста: «Материалы для описания русских рек и истории улучшения их судоходных условий» — выпуск пятый, составленный инженером Пузыревским.

Книга была довольно толстая, явно не предназначенная для домашнего чтения. Среди многочисленных схем, расчетов и статистических данных, целью которых было обосновать возможности развития судоходства на Оке, были редкие прозаические вкрапления, которые в этом сочинении смело можно было считать лирическими отступлениями.

Например, о надзоре: «Река Ока находится в ведении Московского округа путей сообщения. В техническом отношении ближайшее заведование ею принадлежит начальнику Рязанского отделения и двум его помощникам; между ними распределено все протяжение как самой реки Оки, так и ее притоков».

Штат, прямо скажем, невелик. Река-то вроде не стала короче за последние сто лет... Но что значит «в техническом отношении»? Чем заведовали три человека на Оке почти сто лет назад?

Есть: «В сентябре 1902 года на участке от Коломны до Нижнего Новгорода было обставлено 169 перекатов, причем поставлено 144 сигнальных мачты, 228 перевальных вех, 496 плавучих бакенов...»

Это семьдесят лет назад. А сто лет назад?

Есть и это: «...до 1870 года по реке Оке плавали плоты и непаровые суда первобытного типа, а именно: гусляны, паромы, мокшаны, коломенки, клязьменки и др.».

И насчет фауны есть сведения — оказывается, семьдесят лет назад в Оке водилась белуга. Надо думать, ни о каких биосферах, экологических цепях, балансах и нишах инженер Пузыревский понятия не имел. Даже слов таких не знал... Стоп, а это что? «Рыболовство совершается часто хищническим способом, а потому постепенно падает, так как количество рыбы уменьшается. Впрочем, оно, может быть, уменьшается и от развития пароходства, которое пугает рыбу производимым шумом и загрязняет воду отбросами; фабрики также способствуют загрязнению воды».

Когда я дошел до этих строк, мне на мгновение показалось, что я читаю статью о человеке и биосфере. Машинально перевернул титульный лист и посмотрел на выходные данные книги: «1903 год, С.-Петербург».

Я распрощался с хранительницей архива и вышел на улицу под въедливый, непрекращающийся дождь. Я оказался в положении туриста, который, сам того не зная, отправился в путь по кольцевому маршруту. Но что-то ведь должна была сообщить старая книга. Что? Что это за срок — 70 лет — в жизни природы?..

Я взобрался на холм и далеко внизу увидел речку, которая взрезала холм в незапамятные времена, и в этой речке отыскал причину неожиданно возникшего у меня ощущения высоты. Можно было бы подумать, что речка вовсе не такая узенькая, как кажется сверху, если б не зеленая речная пристань, которая закупорила устье от берега до берега. Пристань все ставила на свои места: холм — совсем не так высок; речка имеет пятнадцать-двадцать шагов в ширину; деревянные домики у подножия холма просто очень малы, а пристань огромна. Это была окская пристань, и ее отвели сюда, чтобы уберечь от весеннего ледохода.

...Семьдесят лет — это не срок в жизни реки, а в жизни вокруг реки это невероятно длинный срок. Я вот не представляю себе сейчас, что такое гусляны и мокшаны, равно как и клязьменки.

А как мог инженер девятнадцатого века смотреть во вторую половину двадцатого?.. «...Фабрики также способствуют загрязнению воды» — вот что сбивает с толку — терминология та же. Вода, которую Пузыревский считал загрязненной, была чище слезы. Воды было много; река же интересовала человека как средство сообщения. Что еще можно было бы от нее взять — инженер не знал. Только нам река понадобилась вся...

Когда я отправлялся в Рязань, от меня требовалось осмотреть станцию биологической очистки и рассказать о людях, которые следят за чистотой речной воды. Но уже в первый день выяснилось, что этим занимается весь город. Партийные организации, горисполком, горздравотдел, нефтеперерабатывающий завод, станкостроительный завод — десятки предприятий и служб занимаются рекой повседневно, так же как повседневно и привычно каждое учреждение, завод и служба занимаются своими прямыми делами.

— А на станции, — сказано было мне, — лучшим гидом может быть заместитель главного инженера нефтеперерабатывающего завода кандидат технических наук Иван Александрович Татанов, но он пока в Москве.

Главный врач городской санэпидстанции Мелихова рассказала о разных этапах строительства очистных сооружений, но сочла, что более целесообразно осматривать станцию по возвращении Татано-ва. Видимо, роль гида по сложившейся здесь традиции рассматривается в ряду служебных обязанностей инженера Татанова. Чтобы я не терял даром времени, мне были даны для ознакомления папки, распухшие от деловых бумаг. Я залез в бумаги и понял, что даны они были мне не без определенного умысла.

Должен дать короткую предварительную справку, на мой взгляд, вполне здесь уместную. Суть дела легко умещается в один абзац. Можно даже сократить этот абзац до предложения. Вот оно: город сбрасывает воду в реку более чистой, чем та, которую берет из реки. К этому предложению для полной ясности надо добавить еще два: происходит это после того, как сточные бытовые и промышленные отходы пропускаются через мощную гидротехническую систему очистных сооружений, центром которой является станция биологической очистки при нефтеперерабатывающем заводе; очистные сооружения были построены и строятся на объединенные средства предприятий и города, соблюдающих принцип долевого участия. Вот, собственно, и все. Мы имеем дело с мощным объединением, которое успешно решает сложнейшие задачи, связанные с развитием промышленности и сохранностью природы. Сейчас, когда большинство вопросов, затрагивающих сохранность природы — эту одну из самых больших проб\ем нашего времени, — находится в стадии теоретических проб, Рязань обладает практической базой, опытом и результатами. В этом отношении сложившееся в Рязани объединение — опытная модель союзного значения.

Как правило, эти сведения в более пространном изложении и становятся содержанием корреспон-денций и отчетов, которые мне попадались в прессе. Процесс, который привел рязанцев к успеху, обычно остается вне поля зрения читателя, и, может быть, поэтому неожиданно для себя очистители Оки обретают славу едва ли не кудесников. Мне были вручены деловые бумаги, охватывающие более чем двадцатилетний период, чтобы я не уподобился свидетелю чуда.

6



Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Понравилось?