Вокруг света 1974-04, страница 11

Вокруг света 1974-04, страница 11

*

Нередко под такими озерами находят нефть и газ.

На трассе. Сооружается вторая нитка газопровода Медвежье — Надым — Пунга. Фото И. СЕРЕГИНА.

Мы поменялись местами, и Хунзи обрушил на меня серию своих коронных ударов с подрезкой.

— Вообще-то школа у вас есть, чувствуется кое-что, — похваливал он меня в перерыве между ударами. — Но... — он применил свою подрезку, — реванш не состоится.

— Хунзи у нас чемпион, — сказал Худи и подмигнул мне.

— Чемпион не чемпион, — заулыбался Виктор, — но кое-что умеем. — И без всякого перехода: — Вот вы наверняка не знаете, кто первый сварщик среди народности ханты?

Выдержанный человек Валера Худи, но и Ьн зашелся в хохоте. А я сказал, пряча улыбку:

— Знаю, Витя, знаю...

— Откуда ж вы знаете?

— От людей.

— А что еще говорят?

— Всякое...

— Но все-таки?

— Больше хорошего.

— Например?

— Второе место по лыжам занял. Английский язык изучаешь.

— Бросил, — помрачнел Хунзи.

— Напрасно, — пожурил я.

— Некогда стало. На Медвежье перевели...

Худи и Хунзи — друзья-прия-тели, и оба первые сварщики: Валерий — среди ненцев, Виктор — среди хантов. Но какие разные люди!

Однажды к Худи обратились из краеведческого музея Ямало-Ненецкого национального округа, просили для экспозиции его защитную маску и спецодежду. Худи отказал: «Самому нужно». Год назад вместе со своим бригадиром он удостоился награды: бригадир получил орден, Валера—медаль «За трудовое отличие». Другой бы на его месте обрадовался, а Худи запереживал. Он пришел в балок и сказал: «Возьмите медаль, ребята. В тресте что-то напутали, я ее не заслужил. Когда лучше буду работать — возьму обратно...»

Вскоре вокруг нас образовалась шумная компания — Сережа Яковлев, инженер и самодеятельный композитор Виктор Капустин, фотограф «Комсомольского прожектора» Надя Шумская, другие знакомые и незнакомые мне люди.

В этот вечер ребята не сказали ничего путного и значительного. Да и что тут говорить, когда сообща построено столько домов и дорог, и в каждом доме, на каждом километре трассы оставлена часть

себя, маленькая часть жизни. Истинные слова негромки, истинные поступки немногословны. Главное, наверное, заключалось в улыбках, в подкупающем радушии Сережи, Худи и Хунзи; в том, что сегодня прожит трудный, хлопотный день, и он, слава богу, подходит к концу; и что завтра можно, наконец, выспаться, сходить в кино, в библиотеку или на охоту; и что впереди еще столько всяких дел и нужно успеть их осуществить.

В Салехардском аэропорту, ожидая рейса на Москву, я случайно встретил Леву Пушкина. Он выгружал из вертолета какие-то мешки с пломбами и делал это без всякого удовольствия.

Я подошел к нему.

— Вот, — сказал Лева с обреченностью смертника, — на временную работу оформился.

— Ну и как?

— А-а-а!.. — Он махнул рукой и отвернулся.

— Я тебе тут письмо написал,— сказал я Пушкину, чтобы как-то ободрить его. — Сегодня опустил. — Но он даже не пошевелился. — Я кое-что узнал в Надыме. — Лева навострил уши. — В стройуправлении есть одна вакансия. Тебе обещали прислать вызов...

Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Понравилось?