Вокруг света 1979-01, страница 51




Вокруг света 1979-01, страница 51

«Ферма мягких крабов» на острове Танджир Большим опытом должен обладать рыбак, чтобы распознать «голыша» — краба, который вот-вот сбросит панцирь. Если упустить момент, краб снова оденется в броню, и «самый-самый» деликатес пропал.

мальная сторона дела... Все-таки полтора миллиона туристов ежегодно, а стоимость экскурсии по музею-заповеднику колеблется от 6,5 до 25 долларов с человека. Это если не говорить о целой системе ресторанов и таверн с «чисто колониальными» названиями, где официанты подают «чисто колониальные» блюда и напитки по, увы, не колониальным ценам.

— Как вам понравился Колониальный Вильямсберг? — спросил меня Джон Уайт на обратном пути.

Я искренне признался, что понравился.

— Естественно, — улыбнулся мой спутник, — он производит впечатление. Но, видите ли, это, так сказать, музейная Виргиния. Костюмированный спектакль, ежедневно разыгры

ваемый для привлечения туристов. Через два дня мы с вами отправимся на остров Танджир. Хотя в последние годы его активно стараются превратить в тот же самый музей, все-таки до сих пор он продолжает оставаться подлинным. Вы увидите настоящую Виргинию...

ЖИВАЯ ВИРГИНИЯ

— Вы не виргинец. У вас акцент не виргинский, — сказал мне танд-жирский рыбак. — И вы не из Мэриленда. Откуда вы, кстати?

— Я вообще-то из Москвы, — ответил я.

— Из Москвы? — переспросил меня танджирец, ничуть не удивившись. — Понятно.

Мне показалось, что он так ничего и не понял. И словно в подтверждение моих мыслей рыбак снова спросил:

— Ну а все-таки, из какого вы штата? Откуда-нибудь с Запада?

— Нет, с Востока. Из Советской России.

— Из России? — переспросил рыбак и только теперь оторвался от починки сетей, вперив в меня долгий изучающий взгляд.

— А вы коренной танджирец? — спросил я, чтобы прервать молчание.

— Можете быть уверены, — ответил рыбак и вдруг широко и приветливо улыбнулся. — На нашем острове все коренные.

...Остров Танджир расположен в глубине Чесапикского залива, вблизи водной границы между двумя соседними штатами, Виргинией и Мэрилендом. Его длина — три с половиной мили, ширина — полторы. Большую часть острова покрывают топкие болота, и лишь в трех «высоких» точках острова (не более пяти футов над уровнем моря) стоят дома. Население его едва превышает 900 человек.

Остров был открыт в 1607 или 1608 году капитаном Смитом, отправившимся из Джемстауна к «Южному морю», где, как ему рассказывали, серебро лежало просто под ногами. Он не нашел ни серебра, ни соли, которая была гораздо нужнее колонии, чем серебро, но зато отыскал в глубине залива несколько островов, один из которых был назван Танджиром.

Колонизация острова началась триста лет назад. На нем обосновалось около двухсот семей, переселившихся сюда из Англии, главным образом из Корнуолла. До сих пор на острове сохранилось характерное произношение первопоселенцев.

Основной источник существования танджирцев — залив. Его здесь называют «морем». «Все меняется в нашей жизни, кроме моря. Оно всегда неизменно, всегда с нами. Оно наша жизнь, наша смерть, наши дороги, наша ферма, наша тюрьма», — говорят танджирцы. Поэто-

Плантация табака. «Драгоценным зловонием» называли табак первые американские поселенцы. <гВиргиния родилась из табачного дыма», — утверждают их потомки.

му все трудоспособное мужское население острова — рыбаки, ловцы крабов.

В два часа утра — точнее было бы сказать, ночи — море поднимает ры-бака-танджирца с постели и отправляет на лов крабов. В 7.30 рыбак возвращается домой на завтрак, потом снова уходит на лов и возвращается домой лишь в половине восьмого вечера. Выходные дни случаются нечасто.

— Рыбак все время на воде, — сказал мне Томас Эванс, с которым я познакомился у пирса. — С утра до вечера и всю жизнь.

В три-четыре года местные мальчишки, как правило, уже умеют плавать, причем не попусту барахтаются в воде, а ныряют на илистом мелководье в поисках крабов. В четырнадцать они уже настоящие «морские волки». Единицы из них после окончания средней школы уезжают на материк, чтобы там продолжить образование — высшего учебного заведения на Танджире не имеется. И почти половина из тех, кто уехал, возвращаются обратно. Почему?

«На материке тобой всегда кто-нибудь командует, — отвечают танджирцы. — Ты встаешь по свистку, работаешь по свистку, ешь по свистку. А на воде поступаешь как хочешь...»

Собственно, и среднюю школу на Танджире кончают далеко не все: многие уходят в море не доучившись. Дело здесь не только в притягательности морской стихии и традиций отцов и дедов. Прежде всего море — это крабы, а крабы — это деньги, вот и весь секрет.

Жил на острове в начале прошлого века пастор Джошуа Томас. До сих пор люди с любовью и почтением вспоминают его доброе имя: с 1831 года на Танджире запрещено продавать алкогольные напитки. Островитяне и поныне строго соблюдают эту традицию. Самый крепкий напиток — кофе. Даже на свадьбах никто не пьет вина.

Машин на Танджире почти нет. Да они здесь и не нужны. Общая протяженность дорог на острове — три мили, к тому же танджирские улицы так узки, что, если на одной из них встретятся две машины, они не смогут разъехаться.

Но велосипедов и мотоциклов на Танджире множество. Поэтому с мотоциклистами у единственного полицейского много хлопот. Нарушителей привлекают к общественным работам: заставляют подметать улицы, полоть сорную траву на кладбище. Обычный срок наказания — от одной до двух недель. На ночь «осужденный» возвращается домой, но на следующее утро обязан снова предстать перед полицейским.

— Госпиталь? — переспрашивает нас гид. — Нет, у нас, к сожалению, нет своего госпиталя. И врача нет

49



Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Предыдущая страница
Следующая страница
Информация, связанная с этой страницей:
  1. Девятьсот футов это

Близкие к этой страницы
Понравилось?