Вокруг света 1981-08, страница 14

Вокруг света 1981-08, страница 14

— Формально,— рассказывает Мануэль,— в нашей стране существует гарантированный минимум заработной платы, Но разве может требовать его тот, кто лишен гражданских прав, кто нелегально перебрался сюда из Латинской Америки, спасаясь от голода, нищеты, безработицы?! Ведь без паспорта не пойдешь к боссу и не потребуешь полного заработка. Если и отважишься, тебе тут же бросят в ответ: «Не попался на границе в зубы овчаркам — попа: дешь в -полицию, если будешь хорохориться». Есть, конечно, и такие «чи-канос», кто стал гражданином США. Но и их доля немногим лучше, ведь трудятся они, главным образом, на плантациях, крупных фермах или нефтяных промыслах, где чуть ли не половина заработка удерживается администрацией.

— За что?

— За койку в общежитии за обязательную медицинскую страховку, за сандвич на завтрак и похлебку в обед, за место в автобусе, доставляющем на работу и обратно. Да мало ли еще за что!

Слушая Мануэля Родригеса, глубже осознаешь смысл слов, произнесенных М. Лилэндом, членом палаты представителей конгресса США от штата Техас. «Схожесть проблем Майами и Хьюстона ужасает,— заявил он.— Все слагаемые событий в Майами есть и в Хьюстоне». Таков на самом деле этот «чудесный» город, воспетый в недавнем голливудском фильме «Городской ковбой», где рассказывается пасторальная сказочка о простом рабочем, который может добиться в Америке всего, чего захочет.

И все же расстаться с мечтой многим трудно. Целое поколение жителей Хьюстона воспитано в обманчивой вере в то, что здесь якобы не наберется и половины социально-экономических проблем, характерных для страны в целом. Самый дешевый в США бензин, один из самых низких уровней безработицы и высоких уровней деловой активности — все эти грани характеристики современного Хьюстона для многих слились в некую идиллию. Вот почему мы совсем не удивились предложению Евы Бекуит, студентки Хьюстонского университета, показать «преимущества сферы обслуживания по-техасски».

Усадив нас в отцовский «бьюик», Ева резко тронула с места.

— Сейчас вы сами увидите, сколько дел можно сделать в Хьюстоне, не выходя из автомобиля!

Вначале мы свернули под алюминиевую арку и остановились у придорожного кафетерия. Небрежным движением Ева протянула к раскрытому окошечку несколько долларовых бумажек. Взамен мы получили по сандвичу и бутылочке пепси-колы.

Перекусив, выезжаем на автостраду. Мелькают по обочинам яркие рекламные стенды, постоянные спутники каждого, кто путешествует по дорогам Аме

рики. Через пару минут мы вновь затормозили — теперь уже под каменным навесом, прилепившимся к стене монументального банковского здания. Здесь Ева расплатилась за газ, свет, телефон, за аренду земли, на которой стоит их коттедж. При этом пошли в ход уже не долларовые бумажки, а чеки.

— Вот это жизнь! — не скрывая удовольствия, воскликнула она и обернулась к нам, чтобы убедиться, что мы тоже восхищены.

— Что ж, платить из окна автомобиля, наверное, удобно, особенно если деньги заработаны не тобой, а родителями. Но вот вопрос: во сколько это обходится, и все ли твои сверстники могут себе это позволить? — спросили мы при следующей остановке.

Ева дипломатично промолчала.

— А теперь за что ты будешь платить?

— За учебу в университете,— сухо прозвучало в ответ.

Через день в обшитом мореным дубом кабинете проректора местного отделения Техасского университета Джона Коммандера мы получили точные данные о стоимости одного года обучения: место в общежитии — 1 тысяча 800 долларов; учебный курс — 1 тысяча 450 долларов, учебные пособия — 300 долларов; обязательная медстра-ховка — 48 долларов; профессиональная ориентация — 30 долларов, прочие расходы — 900 долларов; выплаты в университетскую кассу в период летних каникул — 700 долларов. Итого — 5 тысяч 228 долларов. Причем эта сумма в несколько раз меньше, чем в именитых университетах страны — Принстон-ском, Гарвардском, Йельском.

Записав цифры, мы отправились на экскурсию по университетскому городку—кампусу. Слов нет, спланирован он умело. Но учиться здесь слишком дорого даже для выходца из семьи со средним доходом. Это, кстати, подтвердили родители Евы Бекуит — той скмой, которая накануне пыталась поразить нас тем, как удобно расплачиваться, не выходя из машины. Геолог-нефтяник Клайв Бекуит и его жена Мэрилин, школьная учительница, с нескрываемым сожалением говорили о росте стоимости обучения в вузах. Люди образованные, они не мыслят будущего дочери без университетского диплома. Но как раз он-то и становится накладнее с каждым годом.

Плата за диплом. В Америке эти слова звучат все тревожнее. На рост стоимости образования нам жаловались аспирант из Иллинойса Том Тобин, преподаватель Массачусетского университета Лэрри Магид, студентка из Сиракуз Кати Спагноли. Каждый из них прямо или косвенно признает, что в системе образования действует отлаженный социальный фильтр, сортирующий людей по их банковским вкладам.

Обо всем этом мы вспоминали, покидая многоликий Хьюстон, собравший в те дни студенческую молодежь со

всей страны. Продолговатые иллюминаторы взмывавшего ввысь «боинга» были обращены к электрической россыпи ночных улиц, на которых довелось встретиться с такими разными, непохожими друг на друга американцами...

— Вьетнам. Слово это, увы, до сих пор вызывает раздражение у некоторых моих соотечественников,— не слишком-то охотно признался преподаватель социологии из Иллинойского университета Даниэль Божик.— Многие в Америке все еще убеждены, что нам не следовало уходить оттуда. Нет, вовсе не потому, что мы чересчур воинственны. Просто не выиграть войны для Соединенных Штатов — позорно.

— Но ведь сама война была позорной...

— Так-то оно так, но до этого Америка только выигрывала войны — разные войны, разной ценой, с союзниками или без них, но выигрывала. И вдруг мы были вынуждены убраться из небольшой страны в Юго-Восточной Азии.

В своих рассуждениях Даниэл Божик неодинок. Наивно было бы надеяться на то, что с уходом последнего «джиай» из Вьетнама все граждане Соединенных Штатов вздохнут с облегчением. Не только те, кто близок к военно-промышленному комплексу, но и те, кто введен им в заблуждение, больно реагируют на каждый срыв в агрессивной политике глобального авантюризма, которую пытаются проводить вашингтонские «ястребы». «Ура-патриотизм», к сожалению, довлеет еще над сознанием многих американцев, в том числе и молодежи, Однако среди ее наставников находятся люди принципиальные и самоотверженные, бросающие вызов тем, кто духовно калечит подрастающее поколение. В ряде американских университетов прогрессивно настроенные профессора и преподаватели ведут неутомимую борьбу за демократизацию высшего образования, за то, чтобы не дать подчинить содержание учебного процесса целям возрождения «холодной войны».

Небольшой значок с изображением фитиля, грозящего взорвать земной шар, напоминает мне о людях, подаривших его. Это активисты антивоенной организации, созданной в штате Колорадо. Встретились мы с ними возле сцены актового зала университетского городка в Форт-Коллинзе. Только что закончилась двухчасовая полемика между делегацией советской молодежи и представителями этого кампуса. Один за другим гасли направленные в глубь сцены юпитеры, ряды кресел пустели. Правда, те, кто следил за порядком в зале, пока не расходились, терпеливо ожидая конца нашего разговора, хотя это незапланированное непосредственное общение было не очень-то им по вкусу.

Пол Бейтс, профессор местного университета, известный шекспировед, написавший несколько фундаментальных

Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Предыдущая страница
Следующая страница
Информация, связанная с этой страницей:
  1. Шсза

Близкие к этой страницы
Понравилось?