Вокруг света 1981-08, страница 49

Вокруг света 1981-08, страница 49

навестить мужа. Неужели так и не удастся обнять дорогую Мари? Сына Бориса он все же видел: мать Алекса привозила его в Преторию...

Хотя ладонь Алекса уже распухла и каждый удар по долоту отдавался острой болью, он ни на секунду не прерывал работы. Проклятое дерево! Железное оно, что ли?! Если их поймают здесь, у самого порога, когда они, словно привидения, прошли сквозь тюремные стены, им не жить...

Наконец Алекс почувствовал, как резец наткнулся на металл. Теперь надо срезать дерево вдоль всей защитной планки.

Мумбарис украдкой взглянул на товарищей. Лишь по выражению глаз можно было догадаться, что они напряженно вслушиваются в звуки, пытаясь уловить приближение возможной опасности и предупредить его. Алекс подумал, что этим ребятам предстоит сидеть еще долгие годы. Ему самому оставалось чуть больше четырех из двенадцати, и то он не колеблясь решился бежать. А каково им! Нет, они должны вырваться отсюда...

Наконец защитная планка замка полностью оголилась, и язычок в тишине щелкнул, словно детская хлопушка.

Чуть приоткрыв дверь, Стивене быстро взглянул наверх: на углу выходящей фасадом на улицу тюремной стены круглые сутки дежурил охранник. Но сейчас там никого не было. Видно, отошел на другую сторону сторожевой площадки.

Стивене еще немного приоткрыл дверь: не было часового и в «стакане». Да, такой шанс выпадает раз в жизни. Нельзя терять ни минуты.

Мумбарис, Ли и Дженкин проскользнули во двор и гигантскими скачками бросились к противоположной стене. Низко пригнувшись, они неслышно прокрались вдоль нее, а затем, не раздумывая, нырнули в чуть приоткрытые створки ворот. В это мгновение они прекрасно понимали: все зависит только от того, насколько им благоволит судьба. Пока все шло как нельзя лучше. Но сейчас стоит появиться часовому, и надежды уйти живыми практически нет: вся территория перед тюрьмой и ближние подходы простреливались со сторожевой площадки.

Когда беглецы оказались на Сетдо-ринг-стрит, их первым желанием было броситься бежать. Но усилием воли они заставили себя до конца играть заранее намеченную роль: трое мужчин занимаются модной по нынешним временам спортивной ходьбой. Чуть впереди Дженкин в бежевой безрукавке, в брюках в полоску и кепи цвета хаки, сшитом из старой тюремной робы; за ним Мумбарис в клетчатых брюках, а замыкающим Ли в тех самых джинсах, которые «подарил» Шнепель.

На их счастье, предзакатные полутона скрадывали изъяны в экипировке «спортсменов». Иначе первый же встречный обратил бы внимание на столь необычный внешний вид.

Исчезновение узников обнаружили только на следующее утро, когда надзиратели открыли камеры. Сигнал тревоги мгновенно передали по начальству. Были подняты на ноги полиция и служба безопасности. На всех дорогах, железнодорожных вокзалах, пограничных пунктах полиция и БОСС немедленно выставили усиленные кордоны. Но тщетно: у беглецов в запасе было 13 часов...

Едва о происшествии доложили наверх, как в тюрьму прилетел генерал Янни Роукс из департамента полиции. Еще раз осмотрев место происшествия и недоуменно пожав плечами, он только и сказал: «Из тюрьмы практически невозможно бежать, если им не помогал кто-то из надзирателей».

Тут же созданная комиссия принялась за расследование. Для начала был арестован сержант Фермойлен, и вывод генерала блестяще подтвердился: надзиратель добровольно признался в оказании помощи беглецам. Впрочем, в его показаниях было столько неувязок, что в конце концов следствие усомнилось в их правдивости, а суд официально снял с него обвинение в «содействии побегу опасных преступников, членов ЮАКП и АНК».

Что же вынудило Фермойлена признаться в совершении преступления, грозившего ему многими годами заключения? Страх, отвечает Фермойлен, страх. Страх перед следователями, пытками. «Все равно,— заявил он,— если они хотят свалить всю вину на вас, они добьются своего, вы сами сознаетесь в том, чего никогда не совершали. Уж я-то убедился в этом за мою долгую службу в тюрьме».

Несколько дней ЮАР жила в панической лихорадке. Газеты сообщали, что беглецов видели то в Свазиленде, то в Мозамбике, то в Ботсване и даже в Замбии. Кое-кто утверждал, что они все еще находятся в стране, скрываясь в подполье.

И все это время Мари-Жозе и мать Мумбариса, родители и близкие Ли и Дженкина не отходили от телефонов. А когда он звонил, поднимали трубку, в страхе ожидая, что сейчас узнают о поимке беглецов. Наконец Африканский национальный конгресс известил их, что все трое находятся в полной безопасности и через несколько дней прибудут в Европу. В целях конспирации, опасаясь дать БОСС хотя бы малейшую зацепку, в каком направлении вести поиски подпольной сети, оказавшей беглецам помощь в передвижении по ЮАР и переходе границы, АНК отказался сообщить какие-либо подробности этих тревожных дней. Его представители даже не назвали страну, куда первоначально были переправлены беглецы из-за опасения подвергнуть ее вооруженному нападению со стороны ЮАР в качестве «кары» за поддержку и помощь «террористам».

Как же все-таки троим смельчакам удалось проникнуть сквозь в общей

сложности 15 тюремных дверей и благополучно уехать за рубеж?

На следствии и судебном разбирательстве по делу Фермойлена утверждалось, что беглецы сделали слепки с ключей надзирателя и по ним уже смастерили дубликаты. В качестве доказательства демонстрировались пять найденных неподалеку от тюрьмы ключей из прочного дерева.

— На самом деле,— смеется Стивене,— все было так и не так. Разумеется, никто внутри тюрьмы нам не помогал. И слепков ключей мы не снимали просто потому, что это было невозможно. Деревянные дубликаты ключей действительно наша работа. И главный «виновник» этого — Тимоти Дженкин. Он был, образно говоря, нашим «ключником». А «слепки» делались и хранились у него в голове. В юности, учась в школе Рандебоша, Тимоти любил слесарничать. Тогда за верстаком он даже не подозревал, что это умение обращаться с инструментом сослужит ему огромную службу. Ведь ключи в руках надзирателей всегда были в поле его зрения: и когда нас вели в мастерскую, и когда запирали в камере.

— А в тюремной мастерской,— продолжает рассказ Александр Мумбарис,— мы нашли возможность изготовить из обломков дерева, металла и проволоки ключи, с помощью которых и бежали. Вначале сделали их из дерева, а затем уже выточили металлические. Все это кажется малоправдоподобным, но это так. Случалось, правда, очень редко,— вспоминает Мумбарис,— когда мы работали в мастерской, какому-нибудь надзирателю было лень вставать и то и дело открывать ключом шкафчик с инструментом. Тогда он кидал всю связку кому-нибудь из заключенных. В один из таких моментов нам действительно удалось снять слепок с этого ключа. Так мы получили доступ к инструменту, часть которого перепрятали в надежном месте.

Трое смельчаков обрели свободу, но не покой. И едва они оказались среди друзей, как тут же встали в строй, в строй бойцов против режима апартеида, за свободу угнетенного народа ЮАР.

— Все мы члены ЮАКП и АНК,— говорит Стивене Ли.— И мы намерены продолжать борьбу. Власти Претории правят страной с помощью террора. Но, несмотря на это, освободительное движение охватывает все более широкие слои населения ЮАР. У АНК есть верные сторонники повсюду. Иначе наш побег был бы просто немыслим. Судите сами. Едва стало известно о нашем исчезновении из тюрьмы, как на границе было объявлено состояние тревоги. На дорогах полиция устраивала облавы. И тем не менее мы перешли границу, ни разу не наткнувшись на силы безопасности. Премьер-ми-нистр ЮАР утверждает, что правительство полностью контролирует положение в стране. На самом деле режим апартеида отнюдь не всемогущ.

47

Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Понравилось?