Вокруг света 1981-08, страница 52

Вокруг света 1981-08, страница 52

шла удачно! Нужно было договориться с вождем прибрежного племени и снабдить его оружием. Вождь с дружиной отправлялся к соседям-вра-гам и сводил старые счеты. Пленных сгоняли на берег и десятерых взрослых мужчин отдавали за бочонок рома.

Соседи, впрочем, тоже могли взять реванш — с помощью того же капитана. Так обезлюдели целые острова. Жители острова Танна бежали в ужасе в горы. Работорговцы настигли их и там. Началась резня. Случай оказался настолько громким, что дело попало в суд Сиднея. Однако капитана и матросов оправдали, ибо «свидетельства туземцев, как язычников, которые не могут поклясться на Библии, не принимаются во внимание».

Ко всему этому следует добавить, что с проходящих судов на новогебридские берега высаживали больных матросов — так возникали эпидемии, от которых вымирали целые округа.

Зло, посеянное «блэкбердерами», принесло и другие плоды. Меланезийцы совершенно отказывались увидеть разницу между работорговцами и европейскими учителями, врачами, этнографами. Только на Эрроманго за последние пятьдесят лет островитяне убили четырех миссионеров, двух антропологов и фольклориста. Всего же на Новых Гебридах погибло пятьдесят два европейца.

И до сих пор внутренние районы многих больших островов не нанесены на карту. Тамошние племена по-прежнему не допускают на свою землю белых.

Зато прибрежные жители хорошо знают, что европейцы бывают двух видов: «папаланги» и «уиуи».

«Папаланги» — это англичане, ибо так звучит в меланезийском произношении «фар, фар лонг эвэй» — «очень далеко отсюда». Люди «уиуи» — французы, так как по-французски «уи, уи» — значит «да, да».

В школах, созданных уиуи, единая программа, которая утверждена в Париже, одинакова для департамента Сена и Луара и для острова Амбрим. Потому меланезийские дети заучивали: «Наши предки — галлы — были русоволосыми людьми с голубыми глазами». В школах папаланги день начинался с пения «Боже, храни королеву!». Но так уж получилось, что повсеместно по островам распространился и стал всеобщим язык «пид-жин-инглиш» — с английским запасом слов и меланезийской грамматикой. Этот язык и объявлен государственным в республике Вануату. (Кстати, он почти такой же, как и на Новой Гвинее, Соломоновых островах и во всей Меланезии.) И, может быть, этот общий для всех язык — единственный положительный результат долголетнего соправления на островах папаланги и уиуи.

НЕЗАВИСИМОЕ ГОСУДАРСТВО ВЕМАРАНА

Сейчас, наверное, трудно объяснить, зачем понадобились двум великим державам эти острова. Разве что горячкой колониальных захватов: хватай все, что можно, пока не захватил твой ближний. Недра Новых Гебрид почти не исследованы, заселить их европейскими колонистами — из-за климата — невозможно. Оставалось одно — производство копры, сушеной мякоти кокосового ореха. Шестьсот английских, австралийских и французских плантаторов присвоили себе примерно половину обрабатываемой на островах земли. Однако эти шестьсот плантаций не слишком нарушили летаргию новогебридской жизни. Англиканские священники, шотландские проповедники-пресвитерианцы и французские патеры препирались за души голых язычников. Чиновники обеих сторон ставили друг другу подножки.

— Еще при жизни моего отца,— рассказал приезжему журналисту пожилой островитянин с острова Эфа-те,— здесь было так же, как и сейчас. Французы и англичане улыбались друг другу, вместе праздновали день рождения королевы и день взятия Бастилии, ходили в гости на рождество, а за спиной рассказывали нам друг про друга гадости. Мы этому сначала удивились. Но еще больше удивились, когда поняли: все то плохое, что они друг о друге говорят,— сущая правда.

В 1942 году на островах высадилась американская армия. Американцы использовали Новые Гебриды как трамплин для броска на Новую Гвинею и Соломоновы острова, где укрепились японцы. Солдаты строили дороги, аэродромы, поселки. Бульдозеры шли через джунгли.

На работу они часто нанимали островитян. Среди тех, кому удалось выучиться на бульдозериста, был молодой метис Джимми Стивене, сын дочери деревенского вождя и белого, оставшегося неизвестным. Когда американцы покидали острова, они хотели многое из своих запасов — в том числе подержанные бульдозеры и грузовики — оставить на Эспириту-Санто: слишком дорого было везти всю эту рухлядь в Штаты. Джимми претендовал на бульдозер. Но вмешались власти кондоминиума: недоступная пониманию туземцев техника, мол, плохо повлияет на незрелые умы. Двор, где стояли машины, оцепили полицейские. На глазах у разъяренных меланезийцев все добро сброшено было с обрывистого берега в море. С ними рухнули мечты о благосостоянии. Стивене ушел в лес, сбросил одежду белых и предался размышлениям. В результате он пришел к выводу, что все зло от чуждых обычаев и чужих богов. Из леса он вышел в родную деревню, про

возгласив себя «мули». (Так на местных наречиях звучит имя Моисея. С тех пор как новогебридцы познакомились с Библией, каждого вождя-пророка называют мули.)

Стивене завел себе двадцать пять жен — в двадцати деревнях. Здесь же живут и двадцать семь его детей. Везде, где его признали мули, люди выбросили из домов все европейское: одежду, приемники, даже пояса. Сам же Стивене ходит в майке и шортах: пророк должен отличаться от смертных.

Власти отнеслись к стивенсовскому движению «На-гриамел» — «Партии каменного века» без внимания. Еще одно безумие дикарей, но, кажется, довольно безобидное: мули Стивене не призывал к войне, к изгнанию белых.

Тем временем в зарослях внутренней части Эспириту-Санто упражнялись в стрельбе из лука и владении палицей две тысячи нагих раскрашенных воинов. Еще в большей тайне двести молодых людей в джинсах и цветастых рубашках осваивали разборку и сборку двух пулеметов.

Двадцать пять жен передают в двадцать деревень распоряжения мули. На его большой кокосовой плантации работают десятки последователей. Группа сменяет группу: неделя работы, неделя тренировки. Только ножи-мачете иностранного производства. Все остальное меланезийское — каменное и деревянное.

...Когда премьер-министр нового государства Уолтер Лини объявил, что 30 июля 1980 года Новые Гебриды становятся независимой республикой Вануату, до провозглашения оставалось три месяца. Ночью над зарослями Эспириту-Санто забили барабаны. Запылали факелы на деревенских площадях. Завизжали под ножами свиньи. Воины раскрашивались.

Прежде чем забрезжил рассвет, побежали по лесным тропинкам гонцы, а уже через час сильный стук разбудил в бараке из проржавевшего рифленого железа британского полицейского О'Хару. Он открыл дверь и обомлел.

Армия каменного века стояла у порога: две тысячи воинов, вымазанных кокосовым маслом и краской. Руки их сжимали палицы, копья и луки, перья попугаев колыхались над пышными прическами. Сержанта вытащили из барака и предложили покинуть остров. С полицейских-меланезийцев стащили форму и отличные солдатские ботинки на прочной подошве: «Одевайтесь как люди!»

Полицейские — местные уроженцы — хриплыми голосами нестройно провозгласили долголетие мули. О'Хара уплыл в полдень первым же судном.

Армия каменного века тем временем двинулась к местной радиостанции. Ряды лучников раздвинулись, перед строем бежали плечистые

50

Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Понравилось?