Вокруг света 1984-01, страница 11




Вокруг света 1984-01, страница 11

летопись великой отечественно!

ведра с водой из невских обледенелых прорубей, кто исполнял последний долг перед близкими, тянул из последних сил сани...

На рытье траншей, на улицах города было так же опасно, как и на передовой. Обстрел мог продолжаться по 18 часов подряд: вражеская артиллерия в отдельные дни выпускала по полторы тысячи снарядов. Гитлеровцы разглядывали в цейсовские окуляры Ленинград и назначали сроки победного парада на Дворцовой площади. Праздничное пиршество намечалось устроить в гостинице «Астория», которая и сейчас стоит у Исаакиевского собора. Только фашистский банкет не состоялся...

Город оборонялся.

Женщины и подростки тушили «зажигалки», ремонтировали танки, пришедшие с фронта, собирали новые танки и пушки, готовили снаряды к ним; поэты читали стихи, художники писали картины, архитекторы проектировали в смертельные блокадные дни арку Победы, а композиторы сочиняли музыку.

На сумрачных стенах домов тогда и появились афиши об исполнении Седьмой симфонии Шостаковича. В конце афиши стояла скупая пометка: «В первый раз». Начался концерт спокойно, но уже к антракту над городом, над филармонией развернулась артиллерийская дуэль. Концерт транслировался, его слушали немецкие солдаты, и гитлеровское командование отдало приказ обстрелять центр города. Ответили врагу заранее предупрежденные на этот случай батареи Балтийского флота, фортов Кронштадта. Дуэль переросла в оглушительную канонаду, потрясавшую здание филармонии. Но у дирижерского пульта вдохновенно взлетала палочка Карла Элиасберга, он стоял перед оркестром, как всегда, в неизменном черном фраке с накрахмаленной манишкой. Ни у одного скрипача не дрогнул в руках смычок, никто не ушел со своей передовой. Недаром эту симфонию назвали «Ленинградской».

Тогда не было рядом с филармонией памятника Пушкину, у которого теперь собирается молодежь. В блокадные годы ленинградцы по старинке в день смерти Пушкина шли на Мойку. Нам рассказывали университетские преподаватели, как в зимнюю стужу брели к дому поэта истощенные люди. Шли, шепча тихо и упрямо сухими губами: «Красуйся, град Петров, и стой неколебимо, как Россия».

...Прохожу над Фонтанкой по Анич-

ШШШШШ <4 \ .

i ия



Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Понравилось?