Вокруг света 1986-01, страница 49




Вокруг света 1986-01, страница 49

Люди тоже не оставляют пещеру без внимания. Ежегодно в апреле, после полнолуния, знаменующего начало сезона малых дождей, к Соф-Омеру на неделю стекаются паломники-мусульмане. Согласно местной легенде в средние века пещера служила убежищем почитаемому в Эфиопии святому— шейху Омеру. Разувшись у входа, паломники большими группами обходят «святые» камни. Нередко на 20—30 человек у них лишь один тусклый фонарик. В укромных уголках пещеры, неподалеку от входа, в специальных плошках тлеют угольки сандалового дерева. Здесь же крест-накрест укреплены деревянные шесты, к которым паломники привязывают кожаные ремешки, обрывки ткани, бусы...

В Соф-Омере мы уже второй раз. Первое знакомство с пещерой состоялось два года назад, когда трое из нас провели за короткий срок необходимые рекогносцировочные работы и составили программу на будущее.

Добраться до пещеры несложно. Сухая долина, давно оставленная рекой, большой подковой соединяет верхний и нижний каньоны реки — места, где Уойб уходит под землю и вновь появляется на поверхности. Примерно посередине суходол пересекает гравийная дорога — путь из Гобы, центра провинции Бале, к Гиниру — небольшому городку, расположенному в 40 километрах от Соф-Омера. Разнообразная растительность, богатый животный мир (50 видов птиц!), наличие воды и мягкий климат выгодно отличают эту местность. Поэтому понятен интерес, проявляемый правительством страны к Соф-Омеру: в пещере видят будущий объект международного туризма. Для комплексного изучения пещеры и разработки рекомендаций по благоустройству и была приглашена наша небольшая экспедиция, представляющая секцию спелеологии Научного совета по инженерной геологии и гидрогеологии АН СССР. Возглавил делегацию директор Института географии имени Вахушти АН ГССР Та-маз Захарьевич Кикнадзе.

За месяц нам необходимо составить крупномасштабную карту поверхности и основных участков пещеры, обосновать и с высокой точностью нанести на эту карту контуры будущей туристской трассы, детально расписать виды и особенности подземных работ по ее созданию...— словом, сделать все необходимое для успешного строительства и эксплуатации туристского объекта на базе пещеры. С этой же целью запланировано проведение исследований геологического, гидрологического, микроклиматического и биологического характера. Взятые образцы и пробы будут отработаны уже дома, в лабораториях. Не забыты фото- и киносъемка. Взято необходимое снаряжение и для спуска в расположенный на плато огромный стометровый провал.

На нескольких журнальных страницах невозможно рассказать о всех пе

рипетиях экспедиционной жизни, поэтому, перелистав дневник, мы взяли за основу записи только одного дня.

7 апреля, воскресенье. Единственный день недели, когда мы позволяем себе встать попозже. После завтрака идем на речку — купаться, загорать, ловить рыбу. Время летит быстро. После обеда намечено сквозное прохождение Соф-Омера.

Несколько дней назад мы предложили сопровождающим нас эфиопским товарищам осмотреть наиболее эффектные и труднодоступные места пещеры. Пробраться туда можно, лишь неоднократно пересекая вплавь подземную реку. Вначале наши спутники проявили всеобщий энтузиазм, но затем выяснилось, что плавать умеет лишь один из них — полицейский капрал Абэрра. Было решено, что с Абэр-рой мы совершим сквозное путешествие по подземной реке, а остальным покажем сухие галереи и залы вблизи верхних и нижних входов.

Берем с собой немного еды, банки для проб воды и выходим втроем к величественному порталу — месту, где река уходит под землю. Эта часть пещеры носит имя дочери легендарного Соф-Омера — Айю-Мако.

Чтобы продлить удовольствие, начинаем заплыв метров за тридцать от портала. Складываем рубашки в полиэтиленовый пакет и остаемся в брюках, ботинках и касках. На боку висят заправленные водой и карбидом ацетиленовые бачки. С удовольствием погружаемся в прохладные светло-коричневые воды реки. Наше купание оживленно комментирует толпа паломников и местных жителей.

Первые пятьдесят метров плывем легко, лишь немного мешает мешок с грузом. После небольшого переката вновь попадаем на глубокие участки реки. Широкое русло скрадывает течение, и, чтобы удержаться на плаву, приходится много работать руками. Набухшие ботинки тянут вниз. Из-за избыточного давления в бачке ацетилен выходит через налобную форсунку со свистом. Три больших плывущих факела высвечивают далекие стены и свод туннеля. Когда до следующей отмели остается чуть больше десяти метров, капрал внезапно исчезает под водой, быстро появляется и исчезает вновь. Спешим к нему и помогаем добраться до берега. Выяснилось, что Абэрра последние три года не плавал и двухсотметровая дистанция оказалась для него чрезмерной.

Отдышавшись, наслаждаемся прогулкой по галечным пляжам прямой и широкой речной галереи, названной проспектом Сафари. На перекатах пересекаем вброд реку. Вскоре «проспект» резко поворачивает вправо.

Небольшой подъем — и мы в длинном, так называемом Железнодорожном туннеле, пол которого покрыт толстым слоем мелкого базальтового песка. По пути пересекаем обвальный

конус. Наверху завала, среди больших пыльных глыб, лежат огромные гниющие стволы деревьев — следы былых паводков. Сразу же за завалом открывается зал с идеально ровным песчано-глинистым полом. Большие размеры площадки и высокий свод напоминают спортзал. Но в кромешной тьме не очень-то поиграешь — разве что в прятки? Здесь нет привычной пещерной тишины. Все заполнено свистом встревоженных летучих мышей и еле слышным гулом подземной реки. Это Колонный зал, сердце пещеры. Здесь поражает обилие мощных точеных колонн: природа — великий архитектор.

Дальнейший путь опять по реке. Необходимо проплыть более ста метров. Абэрра немного нервничает. Но назад дороги нет: плыть против течения еще опаснее. Плюхаемся в воду и, стараясь держаться ближе к отвесным стенам, медленно движемся вперед. Метров через пятьдесят задерживаемся у левой стены, чтобы отдышаться.

Вспоминаем, как в первые дни вели здесь теодолитную съемку. Лодки не было, и штатив с теодолитом приходилось переправлять с одного берега на другой вплавь. Приподняв над водой навинченный на штатив теодолит, чтобы на него не попадали брызги, один из нас что было сил греб свободной рукой, борясь с течением и глубиной. Ботинки и десятикилограммовый груз тянули вниз, но, даже если голова временами уходила под воду, рука с теодолитом все время оставалась выше поверхности, сохраняя прибор сухим. Зато двухметровая деревянная рейка после небольшого толчка плыла сама, рассекая воды как торпеда. Еще больше сил отнимала сама съемка. Необходимость одновременно держать неподвижно рейку и высвечивать ее деления требует от реечника специальных навыков и высокого мастерства...

Вот и долгожданный берег. Мы карабкаемся по скользким базальтовым глыбам и оказываемся перед одним из эффектнейших мест пещеры — Большими Порогами. Тут в речном ложе на коротком участке перепад метров в пятнадцать. Река в бешенстве набрасывается на базальтовые и известняковые глыбы, разбросанные в русле. Могучий рев воды гулко разносится под высоким сводом. Сухими галереями выводим нашего спутника на Балкон — большую скальную полку, метрах в двадцати над уровнем реки. Природа как бы специально создала смотровую площадку у этой подземной Ниагары.

Оставив Абэрру на Балконе, перебираемся на глыбы, громоздящиеся у верхнего порога. Карбидные лампы вырывают из темноты фрагменты этого зрелища. Берем пробы воды выше и ниже порогов. Анализ проб, взятых в 1983 году, показал, что где-то здесь глубинный разлом.

Еще раз полюбовавшись на могучие пороги, преодолеваем глубокий



Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Понравилось?