Вокруг света 1991-12, страница 13




Вокруг света 1991-12, страница 13

Трудно и жалко расставаться с легендами, связанными с далекими романтическими странами и островами, полными неразгаданных тайн. Но, к счастью, так случается не всегда. Бывает, что крах легенды вызывет даже приятный осадок. Именно такую развеял голос стюардессы :«Наш самолет приземлился в аэропорту города Матавери острова Пасхи».

Играла музыка. Прилетевшего с нами на остров Пасхи иерарха францисканской церкви очаровательные островитянки одаривали гирляндами бело-розовых цветов, десятки торговцев сувенирами предлагали гостям острова свои изделия. А с базальтового пьедестала на всю эту праздничную суету добродушно косила коралловыми глазами огромная черная статуя человека-птицы, одного из главных мифических персонажей здешних мифов.

Ниточка аэропорта города Матавери как бы отсекает от треугольного острова Рапануи, как называют Пасху его аборигены, юго-западную оконечность. Здесь, на вершине вулкана Рано Кау и в его окрестностях — истоки легенд первожителей Рапануи, место их пришествия на этот, наверное, самый уединенный остров нашей планеты. Здесь же, где сохранились остатки древних жилищ-пещер, священные наскальные барельефы, воскрешая едва не утраченные традиции, ежегодно устраивают жители острова грандиозные ритуальные праздники «Недели Рапануи».

А к северу от Матавери, как здесь говорят,— все остальное, то есть прежде всего единственный населенный пункт, одноэтажная столица Хангароа с морским причалом, современными зданиями муниципалитета и средней школы, со стадионом и чашей параболической антенны возле почты и телеграфа, с магазинами и церковью, в которой служит пастырем очаровательный добродушный старичок священник, и где церковный хор всякий раз спонтанно образуется из самих прихожан, а фигуры Христа и девы Марии с младенцем выточены из дерева здешними же мастерами.

Улицы Хангароа девственно провинциальны, по-деревенски зелены и в меру пыльны. Асфальта в городе нет. С ним вышел казус. Хотели как-то уложить его перед церковью, но не смог он застыть под местным солнцем, неудержимо плыл к океану. Идею осовременить таким образом столицу забросили. Тем не менее город имеет все для нормальной жизни. На главной улице, которая носит имя капитана Поликарпо Торо, присоединившего остров в 1888 году к Чили, есть и магазины, и банк, и аптека, и сувенирные лавки, и даже небольшой рынок, торговля на котором идет по воскресеньям. Но все это настолько миниатюрно и вдобавок так живописно скрыто густой зеленью акаций и олеандровых кустов и мимоз, что назвать проспектом в привычном смысле этого слова язык просто не поворачивается. Главное транспортное средство в Ханга

роа — японские джипы и наши «Нивы» да еще лошади, на них ездят все — от мала до велика.

В местной школе учится 650 детей, четверть населения Рапануи. Директор школы Эмилия Паоа Кардинале, урожденная островитянка, жалуется, что-де не все из ее учеников заканчивают учебу, что язык рапануи вытесняется испанским и что отсутствие на острове даже профессиональной школы не позволяет удерживать здесь способную молодежь:

— Дети у нас талантливые, смышленые, но, чтобы получить приличное образование, им надо лететь на континент, а получив его там, трудно потом найти на острове работу по специальности. Заколдованный круг, который пока что разорвать не удается.

Сетовала директор и на то, что островитяне становятся «флохос» — «слабаками».

— От голода здесь никто не умирает—говорит она.— Народ живет в целом прилично. Климат хороший, рыбы в океане достаточно, туристы приезжают круглый год. Вот люди и привыкли получать необходимый минимум благ без особых усилий. С одной стороны, это хорошо, а с другой... Человек-то формируется в преодолении трудностей, в соперничестве с другими, в борьбе за существование. А когда все под рукой, он становится аморфным, безвольным, чересчур благодушным. Одним словом —«флохо»... И это грозит стать характерной чертой островитян. Нашим ребятам, кто поехал продолжать учебу на континент, приходится там очень туго. Многие, столкнувшись с трудностями, бегут назад.

То же говорил мне и Альфредо Туки, заместитель губернатора Рапануи. Он мечтает приобщить остров к достижениям современной цивилизации, но тот же феномен «слабины», по его мнению, делает жителей равнодушными к идеям самосовершенствования, к постижению нового, сильно сдерживает прогресс. Да и старое — все то, что относится к традициям, легендам, фольклору, тоже поддерживается с трудом и лишь благодаря туризму.

— Наши археологические сокровища и фестиваль «Неделя Рапануи» привлекают много людей, те, в свою очередь, оставляют здесь свои деньги. Но не будь этого,— сокрушается вице-губернатор,—нам было бы гораздо труднее пробуждать в людях интерес к их же прошлому, сохранять и пропагандировать культуру Рапануи.

Сам Альфредо Туки — страстный поборник возрождения всего, что связано с его историей и языком, его народом. Обеспокоен он и судьбой того наследия, которое стало главной приманкой для туристов со всего света — знаменитых моаи, каменных истуканов. Как выяснилось, они тоже отнюдь не вечны, и время, климат да общее загрязнение окружающей среды планеты могут ускорить их разрушение. Если, конечно, вовремя не предпринять охранные меры. Иначе лет через двадцать остров лишится своей притягательности для туристов.

11



Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Понравилось?