Вокруг света 1996-11, страница 32

Вокруг света 1996-11, страница 32

туристов, что никогда не помышляют о скором возвращении Цель, увлекшая их в далекий путь, всегда где-то впереди и не всегда понятна им самим. На достижение ее могут уйти годы. А турист покидает свой обжитой дом ненадолго и всего лишь для того, чтобы поскорее вернуться и показать фотографии, где он запечатлен на фоне известных памятных мест, своим друзьям в обмен на их фото и рассказы о других, похожих, достопримечательностях.

Прощание Вяземского с Марракешем было скорым. И князь так пишет об этом,

В 1883 году Вяземский предпринимает новое путешествие: 13 сентября князь покинул Константинополь и отправился через всю Малую Азию, Сирию, Палестину, Синайскую пустыню в Египет и, достигнув в декабре того же года страны пирамид, отправился дальше — в Судан. Обратный путь в Россию он держал через Сирию, Месопотамию, Курдистан и Армению.

О своих путешествиях Вяземский докладывал Французскому географическому обществу, а свои путевые очерки публиковал

не объясняя причин: «Насколько нас торжественно встречали в Марокко, настолько же и небрежно провожали, отдав нам подарки и спросив, довольны ли мы, нас все оставили и разошлись...»

В Россию Вяземский возвратился через Алжир и Тунис, но об этом его путешествии ничего не известно.

Пожалуй, это первое путешествие — в «Марокканскую империю» стало самым счастливым в жизни князя, поскольку очень походило на «свадебное» Все прочие свои «экскурсии» Вяземский совершал уже в одиночестве. Видимо, реальная жизнь путешественника оказалась слишком далекой от того, что московская барышня привыкла находить, к примеру, в романах того же Жюля Верна...

во влиятельной и респектабельной «Фигаро». Когда же князь решил объехать всю Азию верхом и добраться через Китай в Сиам — современный Таиланд, — что составляло примерно 40 тысяч верст, то Русское географическое общество признало его предприятие «неисполнимым» и отказалось содействовать в нем. Мнение официальных ученых не смутило путешественника, и он отправился в путь, собрав средства, где только мог, в сопровождении одного лишь слуги — бывшего солдата Людвига. Впоследствии князь вспоминал на страницах «Русского обозрения»: «6 июля 1891 года, в 10 часов вечера на вокзале нижегородской железной дороги все со мной прощались, как с обреченным на смерть, и говорили: «До Китая еще, пожалуй, доедете, а уж дальше, конечно, нет — теперь там резня...»

Вяземский странствовал два с половиной года, и путешествие, как он писал, ему

«почти удалось». «Почти» — потому что он был ранен в плечо и руку пулей и штыком, ограблен по дороге — потерял все собранные коллекции и побывал в плену у китайских разбойников. И все же выполнил намеченную программу путешествия, которую перед его поездкой опубликовала все та же «Фигаро». Французы встречали русского авантюриста с восторгом, а вот испанцы были более сдержанны, назвав его экспедицию «эксцентричным странствованием по материку Азии, наподобие Вечного Жида». Сам же Вяземский скромно оценивал результаты своего путешествия: «Главное в науке не количество, а качество. Предприятие мое, несмотря на все желание извлечь из него возможную пользу для науки, остается все-таки любопытною, оригинальною, продолжительною прогулкою по случаю потери большинства коллекций».

Вот некоторые подробности этой «продолжительной прогулки».

Князь пересек Сибирь на почтовой тройке, верхом проехал пустыню Гоби по древней дороге, проложенной еше Чингисханом, и проник в Тонкин. Затем, как и обещал читателям «Фигаро», добрался до реки Меконг через неизведанные тогда страны моев и путаев, посетил Камбоджу и вернулся в дружественный России Сиам, осмотрев знаменитые развалины Ангкора и Пимая. У князя оставалось еще несколько сибирских лошадей, которые возбуждали большой интерес всех встречных. Для того, чтобы продолжить путешествие, ему пришлось их оставить и заменить на более приспособленных к условиям джунглей слонов. Вяземский проехал до Бангкока и пробрался дальше к северу вдоль реки Минанама, затем пересек Бирманию с востока на запад, потом с юга на север. В Рангуне он оставил своих слонов и направился в Бенгалию. Три месяца он путешествовал по Индии, после чего через Кашмир и Гималайский хребет проник в загадочный Тибет.

Вяземский не любил распространяться на тему своего пребывания в Тибете, но из некоторых его обрывочных фраз и полунамеков можно предположить, что он довольно близко, в силу неизвестных нам причин, сошелся с монахами и ему удалось проникнуть в некоторые их тайны и кое-чему научиться, в отличие от большинства европейцев. Например, Вяземский научился у бонз долгое время обходиться без воды и пищи, особенно на морозе...

Во время последнего пребывания в Париже русского князя била тропическая лихорадка, но наш неутомимый странник уже говорил о своем новом замысле: в 1895 году он вознамерился пересечь всю Африку с севера на юг — от Египта до мыса Доброй Надежды.

Корреспондент «Фигаро» так описывает князя после его возвращения из Азии: «Князь Вяземский — сорока лет. На вид он кажется слабым и утомленным. Но в глазах

36

ВОКРУГ СВЕТА

Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Понравилось?