Костёр 1972-03, страница 6

Костёр 1972-03, страница 6

ревка», уложенная крупными кольцами прямо над обрывом, завязанная в узлы и замысловатые петли-узоры.

И, наверное, поэтому шоферы — одна из самых уважаемых профессий на стройке.

Шоферов почитают в горах. Стоит только -машине остановиться в любом селении, обязательно найдется человек, который подойдет и участливо спросит, не нужна ли помощь, ночлег, предложит свежие мацони, лаваш на дорогу. Шоферу нельзя отказать, если он попросит о чем-то. Неписаный закон гор.

Водителям известно все.

Какие это цветы? Никто не знает. И только Ромик сказал, что называют их терефук. А безобидные оранжевые ромашки — разрыв-трава. Бросишь в кувшин с водой — кувшин разорвется. А может быть, и нет, — хитро посмотрел на нас Ромик, — но попробовать можно.

Тигран тоже много рассказывал о цветах. О празднике, связанном с цветами и с водой, которой в гористых местах далеко не вдоволь. Праздник цветов и воды — «джан-гю-люм». В этот день можно и даже нужно брызгать водой друг на друга. Конечно, этим заняты в первую очередь дети. А взрослые осыпают друзей цветами.

Тигран притормозил. Мы решили, для того, чтобы мы могли вдоволь налюбоваться душистыми лугами, на многие километры протянувшимися вдоль дороги.

Это только сейчас тут цветы, красота, покой, — Тигран даже вздохнул глубоко, — а придет зима, завоют метели, и это место станет самым опасным для шофера.

В прошлом году как здесь было? В одних местах дорогу чуть припорошило снегом, в других — намело сугробы. Там, где снега мало, словно на катке кататься можно, а где сугробы — и дорогу не сразу

найдешь. А найдешь, так все равно не проехать.

А как доставить на стройку материалы, инструменты, специалистов?

И тогда стали машины пробиваться не в одиночку, а колоннами. Строители топили снег кострами, укрепляли заградительные валы по обочинам дороги, прорывали в сугробах туннели.

И снова заработала дорога, побежали по ней машины. И шоферов еще больше стали уважать в горах. Но вот загадку о них пока не сочинили.

О селении Брнакот, лежащем на трассе каскада, нам много интересного сообщил Павлик Мамиконович Петро-сян — парторг строительного управления в Сисиане. Брнакот — село старое, возникло чуть ли не в пятом веке. И название у него необычное. Брнакот — в переводе «сильные люди». Больше сорока крупных армянских ученых родом из Брнакота. Селение дало стране двух Героев Советского Союза. Павлик Мамиконович тоже родился в Брнакоте. Он привел нас на площадь, где стоит обелиск в память не вернувшихся с войны.

Обелиски, подобные Брна-котскому, почти в каждом селе.

В горах память такая же крепкая, как скалы.

Конь ускакал— Седло осталось.

Река и мост.

Когда выпускники строительного института Валентина и Валерий Щербаковы приехали по распределению в Сиси-ан, «конь» выглядел так же, как сейчас, а вот «седло»... Это был настоящий «чертов

мост» — над рекой раскачивалась узенькая хлипкая дощечка, над ней — трос. Хочешь, иди, не можешь — ползи на четвереньках.

— Был у нас смешной случай, — вспоминает Валентина. — Завели огород. Посадили картошку, целый мешок. А выросло сколько? Едва полведра мелочи набрали. Здесь в горах и картошку тоже нужно поливать, а мы не знали.

Я иду — она идет со мной, Я стою—она продолжает

идти.

Это тоже одна из армянских загадок о реке. «Она продолжает идти»... Но уже не так, как прежде, а так, как заставили ее идти люди.

Три электростанции — Спан-дарянская, Шамбская, Татев-ская — будут вырабатывать энергию. Каждая — самостоятельно, и одновременно дополняя друг друга. В этом-то и есть суть каскада ГЭС: электростанции трудятся коллективно.

Татевская ГЭС — основная, она уже действует. Турбины ленинградской марки преобразуют энергию воды в энергию электрическую. Мы видели провода, по которым бежит воротанское электричество — на заводы и фабрики, в города и села Армении, туда, где его ждут.

Мы ходили по залам электростанции вместе с Альбертом Оганесовичем Бабаяном, руководителем строительства Татевской ГЭС, потом подошли к реке. Там, у плотины, мальчишки удили рыбу. Мы долго стояли у воды, смотрели на пенящиеся струи, откуда то и дело выпрыгивала ошалевшая рыбешка. Мы прощались с Воротаном. Прощался с Татевской ГЭС и Альберт Бабаян. Ему теперь перебираться на новое место, строить новую, очередную, — Спандарянскую ГЭС.

Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Понравилось?