Костёр 1983-08, страница 37

Костёр 1983-08, страница 37

— В учебниках про это нет, — усмехнулся Гага.— А тебя ведь интересует лишь то, что написано в учебниках?

— Ну почему же? — обиделся Долгов. — Мы на каникулах с отцом знаешь какое путешествие совершили? Ни в одном учебнике про такое не прочтешь и даже, я думаю, ни в одной книге!

— Да что интересного можно открыть в нашито дни? — пробасил Маслекин.

— Значит — ничто не интересует тебя? — спросил Гага.

— Почему же — ничего? — проговорил Маслекин.— Джинсы интересуют, как у Пеки, кассетный магнитофон, как у Тохи. Если пары исправлю— батя обещал.

— Но где же вы... открытие-то свое сделали?— продолжал цепляться умный Долгов. — Ведь вы, вроде, не уезжали никуда, тут были... значит — какой-то близкий предмет? Помню—мне отец говорил, что дом наш еще при Елизавете Петровне построен, в восемнадцатом веке. Видимо — что-то связанное с историей нашего дома?

Мы вздрогнули. Не зря Долгов отличник — здорово сечет!

— Да что интересного-то могло быть в ту глухомань, при Елизавете этой? — усмехнулся сверхумный Маслекин. — Джинсов не было тогда приличных, «кассетников» тоже. Рок-ансамблей и тех не было. Не пойму — чем нормальные парни занимались тогда?

— Видимо — со скуки умирали! — усмехнулся Долгов. :

— Ну и что же мы, по-твоему, открыли с тобой? — по пути из школы домой спрашивал я у Гаги.

— Другое измерение, только и всего, — ответил Гага.

— Ну и что это дает?

— Да так, ничего особенного, — усмехнулся Гага. — Просто самая дальняя галактика, которую еле-еле в радиотелескоп мы различаем, по этому четвертому измерению свободно может в этой комнате оказаться!

— Но... как же так?

— Здравый смысл тут бессилен! — проговорил Гага. — И прошу тебя — о здравом смысле забудь, если хоть частично хочешь вообразить открытие какого масштаба сделали мы с тобой!

— Что-то я устал сегодня! — проговорил я. — Пойду, прилягу немного. Салют!

— Ну что ж — отдохни, бедняжка! — насмешливо проговорил Гага и ушел.

Войдя в класс на следующий день, я сразу же заметил, что Гаги нет. Сердце как-то булькнуло, застучало.

— Где дружок-то твой? Все открытия делает? — подошел к нашей парте Маслекин.

— Нет, серьезно, — что с ним? — глядя на часы, спросил Долгов.

— Да проспал, наверно! — беспечно ответил я. — Вчера до часа ночи приемник паяли!

32

— Интуиция мне подсказывает, что он вообще не придет, — почему-то шепотом проговорил Долгов.

— Почему это? — спросил я.

— Извини — но по вашим лицам давно было видно, что вы что-то серьезное затеяли! Может — вообще самое серьезное из- всего, что вам в жизни предстоит сделать, — сказал Долгов. — Но вот что вы с друзьями не делитесь — это плохо! * — Да чем делиться-то? — сказал я.

— Ну-ну! — злобно проговорил Долгов. — Давайте-давайте! То-то, я гляжу, вас пятьдесят процентов уже осталось!

— Что значит — пятьдесят процентов? — заорал я. — Ты соображаешь, что ты говоришь — «пятьдесят процентов»?! Говорю тебе: проспал Гага, сейчас придет. Да и сам подумай трезво: ну что может произойти в наши дни? Холеры в наши дни уже нет! Даже дорогу по пути в школу не переходим. Так что оставь свои шуточки при себе! Все в полном порядке у нас!

— Поэтому ты так раскричался, — проница- | тельно усмехнулся Долгов.

— С ума сходят люди! -»- умудренно проговорил Маслекин. — Вместо того чтобы джинсы себе приличные раздобыть — исчезают куда-то, а тут волнуйся за них!

— Ты, что ли, волнуешься?! — закричал я.— Да тебе хоть... луна с неба исчезнет — ты не почешешься! Ведь тебе ничего не нужно, кроме кассетника! А что такое электрон — знаешь?!

— Знаю, ясное дело! — зевнул Маслекин. ]

— Никто этого не знает. Никто — ясно тебе?

— И... Игнатий Михайлович? — потрясенно проговорил Маслекин.

— И он не знает — представь себе!.. А что такое — бесконечность?

— Это... новая дискотека такая? — проговорил Маслекин.

— Дискотека! — проговорил я. — Бесконечность... это то, над чем самые великие люди головы ломали! Ведь должна же Вселенная кончаться где-то?

— Должна, — согласился Маслекин. |

— Но за этим концом, за этой стенкой... что?

— Не знаю... J

— Вот именно! Если б ты знал — то давно уже президентом Академии бы стал! Ну... видимо,

за стенкой этой — еще что-то? . а

— Видимо, — кивнул Маслекин. |

— А за этим «чем-то» — что-то ^ще?

Маслекин кивнул.

— Ну и как же все это кончается? — проговорил я. — Не думал?

Маслекин медленно покачал головой.

— Так что, — проговорил вдруг он, — Гага

в бесконечность, что ли, ушел? . ]

Все оцепенели вокруг. Правильно говорят: «Устами младенцев глаголет истина». |

Раздался звонок.

— А где Смирнов? — оглядывая класс, спро- I сил Игнатий Михайлович. |

— Он отсутствует! — опередив дежурного, | вскочил я. — Он, наверное, заболел! Можно мне навестить его? I

Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Понравилось?