Пионер 1968-12, страница 30

Пионер 1968-12, страница 30

Вангур поднялся и провор-к калитке, едва парнишка

каникулы, Федя от ло-

Мы с Дашей

пая ему на ноги, а Федя доставал хлеб. Даша спросила брата с усмешкой:

— Все растишь?..

— Знаешь, сколько весит? — продолжала Даша.— Шестьдесят шесть! Умница вдвое против него весила!

— Ну и что? — пробурчал Федя.

— А то! Зима на носу! Зимовать как будет? Пьет — отстает, идет — отстает. Лентяй — и попадет в беду. Я таких не жалею!

— Он не лентяй... Послабже других, верно.

— А нам таких не надо!

: Вангуром, и думаю, нелегко те-

Но он в самом деле был особенным, этот Вангур! Я не забуду, как он держался в тот вечер, когда не вернулась Умни-

искать Умницу. Лосят покормили, завели во двор, и они там отдыхали. Одни переминались с ноги на ногу, другие разлеглись, жевали задумчиво Только Вангур тревожно ходил у ограды с той стороны, откуда должна была появиться Умница. Он отрывисто, тонко постанывал:

— М... М... М...

Смолкал, затаив дыхание, наставив к лесу уши. И продолжал шагать, огибая лежащую Бирюсину и вскрикивая я

— М-а! М-а! А!

Один из всех он чувствовал к

Я сказала Даше:

— Мне тоже нравится Вангур. Вот вытас

кивали у него занозу,—

— Лоси вообще тер-1 пеливы,— возразила Да

ша,— покричи-ка в тайге, раненный! Съедят!

Она была права. Работники лосефермы — звероводы, селекционеры — были правы. И о Вангуре Даша знала больше моего. Она лучше понимала зверей. Может быть, и жизнь понимала лучше. Да и что я стала бы объяснять? Что из восьми

мый... ну, тонкий? Что не

больше не спорил. Он погла-!нка, нащупал и что-то извлек какую-то колючку из шерсти, рука. С короткими

рубевшая детская рука прочесывает рассыпчатую холку Вангура... После я спросила Дашу: — Зачем вы с ним так?

- Чтоб! — Тс

чего делать? Ферма лучших должна отбирать. Мать у Вангура не молочная, отец не-

лый, бесхарактерный! Не жить ему у нас! Чтобы Федька не ревел тогда! Множество раз я наблюдала, как Даша

Не знаю, судьба ли мне еще побывать в Сожве. Очень уж она далека. На самом краю света. За ней — тайга, тайга да одинокие избы — кордоны в тайге.

Чаще других я переписываюсь с Елизаветой Николаевной, старой учительницей, которая приехала на Печору, когда не было самолетов, и добиралась до Сожвы почти месяц. У крыльца Елизаветы Николаевны кого только не увидишь! Она подкармливает птиц, собак, обе сожвинские лошади, бывало, топчутся у ее дома.

Недавно пришло письмо от Алексея Алексеевича: «В Сожве без перемен. Зи-

—23°°еще° не" было^ка*!» ""стала! У "нас повернули поперек реки льди

Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Понравилось?