Вокруг света 1971-11, страница 13

Вокруг света 1971-11, страница 13

и только за спиной председателя собрания встал во весь рост.

— Мне бы словцо сказать Валериану Владимировичу. Разрешите.

— Нельзя! Закончит доклад, тогда валяй сколько угодно, — не глядя на меня, ответил председатель и, облокотившись о стол, продолжал слушать.

Куйбышев кончил, и я тут же коснулся его плеча:

— Неотложное дело, Валериан Владимирович!

— Что случилось?

Куйбышев недовольно смотрел

на меня. Нашел, мол, время...

— В любую минуту белочехи могут ворваться в город!

— Каким образом? От Мелекес-са до линии фронта...

Но я перебил его:

— Они обошли наш левый фланг и идут на Мелекесс.

— Откуда такие сведения?

Куйбышев был явно смущен и

озадачен.

— Я только что приехал с передовой, разговаривал там с перебежчиками.

Куйбышев оглядел зал, подумал, пятерней поправил шевелюру и повернулся к президиуму:

— Предлагаю перерыв минут на пяток.

Председатель поднялся, стукнул карандашом по графину, спросил:

— розражениев не будет? — И, получив согласие, предупредил: — В таком разе с местов не сходить!

— Как это случилось? — отойдя в глубину сцены, спросил Куйбышев.

Выслушав мое сообщение, твердо сказал:

— Чтобы не оказаться в ловушке, придется собрание закрыть и всем разойтись по своим местам.

Ко мне подошел связной Якова Кожевникова бородач Дубинин и увел меня в домик с вывеской «Бакалейные товары», который служил пристанищем для разведчиков.

— Для тебя получено новое задание, и знаешь какое?

— Откуда же мне знать?

— Тебе предстоит добыть новые сведения о численности войск на Волго-Бугульминской железной дороге. — Дубинин оглядел меня с головы до ног. — Прежде всего тебе надо сменить одежонку. В этой куртке ты уже появлялся на глаза белым. Только глупец не обратит на тебя внимания. А так как в контрразведках

дураки не водятся, облачайся в солдатскую рвань...

С этими словами он достал из-под стола вещевой мешок и бросил его к моим ногам.

Пока я перешивал пуговицы, Дубинин одним пальцем отстукал на машинке удостоверение на имя выписанного из госпиталя ефрейтора. Захлопнув папку с бумагами, он отнес машинку и, повеселев, вернулся в комнату.

— С этой липой не пропадешь! — сказал он, размахивая бумагой. — А на всякий случай мы тебе подыщем еще и подходящего напарника. И ты сейчас же двинешься добывать достоверные сведения.

Дубинин открыл дверь, ведущую в соседнюю комнату, и сказал:

— Маня! Сходи-ка, пожалуйста, на вокзал и присмотри демобилизованного солдатика, едущего на восток. Прикрытие товарищу. Понимаешь?..

Со станции Мелекесс я ушел незадолго до ее захвата белыми. Суетились люди, пыхтели готовые к отправлению паровозы с прицепленными вагонами, откуда-то издалека бухала пушка. Влившись в поток беженцев, я двинулся пешком к ближайшей в сторону Бугульмы станции, а рядом со мной шагал обросший щетиной солдат Василий, шедший из немецкого плена. С начала пятнадцатого года он батрачил у немецкого помещика под городом Котбусом. Газет не читал, империалистического фронта не разлагал, за революцию не дрался, в полковой комитет его не избирали. Таких, как Василий, петроградские рабочие называли «обломками империи».

— Как ты, земляк, разумеешь, — спросил он меня, когда нам уже посчастливилось сесть в открытый вагон товарняка, — великая Расея без царя справится? А?

Он громко прочистил свой припухший нос, поправил за плечами тощий мешок и, прищурившись, с тоской посмотрел на заросшее бурьяном поле.

— Народ без царя проживет. Справится...

— Чудно! Право слово, чудно, — покачал головой Василий. — А вот в Германии от своего хозяина я другое слышал. Он говорил: Расея в петлю попала...

Изголодавшийся, забитый в неволе солдат привязался ко мне, охотно говорил о своей жизни в плену и удивлялся переменам, происшедшим в России.

— ...Раньше, на огне меня жги, того бы не сделал, а теперича все одно, закону-то настоящего нету... Пропади пропадом, решил

• запродать свой револьверт, а на вырученные денежки мамане подарочек справить. Как ты советуешь?

— Смотри, как бы шомполов не всыпали...

— Шомполов? За что? У любого демобилизованного найдешь обрез али гранату.

— Так-то оно так, а все же будь осторожен. Нарвешься на офицера, вот и будет подарочек твоей мамане.

— Хошь на ботинки, хошь на кашемировый платок променял бы, — стоял на своем Василий.

Наконец револьвер Василия у меня, а у него мои керенки...

До станции Клявлино тащились сутки: навстречу один за другим шли воинские эшелоны белых. Спешили к Симбирску. Эти сутки я почти не сомкнул глаз — все считал платформы, теплушки, орудия...

На остановке Василий вместе с кипятком принес новость: паровоз отцеплен. И тут же ушел разузнать о поездах, а я, избегая нежелательных встреч, остался в вагоне. Вернулся он быстро.

— С первого пути отходит товаро-пассажирский... Облюбовал там свободную тормозную площадку, пойдем!

Нахлобучив фуражку и подняв воротник гимнастерки, я вышел на перрон. Обычная суета, какая бывает перед отходом поезда: бегут пассажиры с вещами, торговки спешат получить деньги, снуют мальчишки.

Третий удар колокола. Я поднялся на тормозную площадку, оглянулся и замер: на перроне, прямо перед моим вагоном, стоял начальник станции и, указывая на меня, что-то говорил офицеру с нашивками контрразведчика.

К моему счастью, поезд уже тронулся. Я видел, как начальник станции пытался его остановить. Офицер выстрелил из револьвера сначала в воздух, а потом несколько раз в меня. Одна из пуль впилась чуть выше правого бедра.

Василий исподлобья оглядел меня, подумал и спустился на нижнюю ступеньку вагона, а когда поезд на тормозах проходил разъезд Маклауш, не прощаясь, спрыгнул.

В залитых кровью брюках я не мог показаться на люди. В глубокой выемке, когда поезд тащился со скоростью пешехода,

11

Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Предыдущая страница
Следующая страница
Информация, связанная с этой страницей:
  1. Сделать самим машинку для пушки белых плотков

Близкие к этой страницы
Понравилось?