Вокруг света 1974-02, страница 13

Вокруг света 1974-02, страница 13

мое главное. И естественно, чтобы были результаты, чтобы наука двигалась дальше. Поэтому начальственных криков: «Быстрее, быстрее!» — у нас не бывает. Hq уж коли все готово и мы уверены, тут железные сроки, железная дисциплина, скучать никому не приходится. Я рад, что многое осталось позади, что сейчас у нас крепкий и умелый коллектив. Очень ценю наработанное умение. Пока все хорошо, наши акванавты могут праздновать дни рождения, искать в свободное время древние амфоры — вы слышали, тут все этим увлекаются. Но если вдруг что-то случится, я знаю, что могу положиться на Павла Боровикова как на самого себя.

К счастью, ничего не случилось. Вечером по радио объявили: «Завтра в семь часов утра состо

ится выход советско-болгарского экипажа».

За полчаса до этого объявления я была свидетелем спора руководителя эксперимента и его заместителя. Дело в том, что 33 часа — время, нужное для декомпрессии, — истекали уже нынче вечером. Естественно, что и акванавтам хотелось поскорее выбраться наверх, да и Ястребову было бы спокойнее: мало ли какой сюрприз еще может преподнести море. Но и Георгия Вылча-нова можно было понять.

— Это окончание международного эксперимента, это праздник, — волновался он. — Мы приготовили красные гвоздики, утром приезжает телевидение. А вы хотите, чтобы они вышли в темноте, как бы между прочим...

Объявление по радио означало победу Вылчанова и полную и окончательную договоренность.

> Комментарий специалиста -

...Они выходили из люка один за другим: Любомир Клисуров, Никола Дуков, Александр Подра-жанский, Олег Куприков, Павел Боровиков. Лица их были слегка бледны, но, возможно, так только казалось по контрасту с лицами остальных участников экспедиции, успевших загореть до черноты под горячим болгарским солнцем.

Это был торжественный момент, и акванавты, понимая это, держались собранно и строго, как и подобало. И все-таки Саша Под-ражанский улучил минутку и озорно, как школьник на уроке, тихонько спросил:

— Чем это у вас тут пахнет? — И тотчас догадался: — А-а-а, воздухом...

Они дышали пятнадцать дней азотно-кислородной смесью. И земной воздух показался им необычным.

«ЧЕРНОМОР» В БОЛГАРИИ

Ноябрь 1972 года, Варна: специалисты стран — членов СЭВ собрались, чтобы подумать об объединении усилий в подводных исследованиях. Через несколько месяцев представители СССР и Болгарии определили время, место, условия советско-болгар-ского подводного эксперимента. А уже к концу июня все его участники и необходимое оборудование прибыли на мыс Маслен-Нос.

После тщательных медицинских обследований окончательно определился экипаж: трое советских акванавтов — командир экипажа Павел Боровиков, бортинженер Александр Подражанский, старшина водолазной станции Олег Куприков — и двое болгарских — Любомир Клисуров, Никола Дуков. И вот наступил долгожданный момент: в ночь с 6 на 7 июля подводная лаборатория «Черномор-73» была поставлена на грунт. А утром седьмого туда вошли, или, точнее, вплыли, акванавты. Акклиматизация прошла быстро: сказались предварительные «сухие» тренировки в декомпрессионной камере. (Правда, сухими их назвать трудно — после имитации погружения на глубину ста метров вылезаешь из камеры мокрый как мышь.)

Распорядок дня в лаборатории был жестким. Подъем в 7.00. Туалет. Осмотр акванавтов дежурным врачом — снятие электрокардиограмм, анализ крови и тому подобные не вызывающие энтузиазма процедуры. Далее завтрак, небольшой отдых и работа за бортом на полигонах в радиусе до ста метров. Затем обед, отдых, работы по психологической программе как в лаборатории, так и в воде, второй медицинский осмотр, ужин и свободное время до 23.00. Впрочем, свободного времени у акванавтов оставалось не так уж много...

О программе научных работ коротко сказано в очерке, детали же скорей интересны специалистам. Кроме того, научная сторона наших подводных экспериментов подробно раскрыта в книге А. Подра-жанского, Г. Стефанова, М. Ростарчука «Марш «Черномора», которая выходит в Гидрометеоиздате,

Скажу лишь о том, зачем, собственно, мы стремимся «жить под водой».

Мировая экономика будущего, на наш взгляд, это прежде всего экономика Мирового океана. Земля кажется нам хорошо изученной, мы рвемся уже к другим мирам, а между тем мы разведали всего одну третью часть поверхности нашей планеты. Остальные две трети скрыты под толщей воды, и мы знаем о них не больше, чем, скажем, о Луне. Изучение дна немыслимо без водолазных работ, но за минуты работы на дне приходится расплачиваться часами декомпрессии. Например, десять минут работы на глубине 180 метров требуют семи часов декомпрессии, а быстрей нельзя — наступит смерть от кессонной болезни, которую несут «вскипающие» в крови пузырьки растворенного в ней азота. Но удалось установить одно очень важное обстоятельство: для каждой глубины существует свой предел насыщения азотом тканей организма. И сколь бы долго после момента насыщения водолаз ни находился под водой на данной глубине, время декомпрессии от этого не изменится.

Естественно, возникла идея подводных домов, реализованная сразу в нескольких странах. Обитатель такого дома может теоретически сколь угодно долго жить и работать на больших глубинах. Но каждая медаль имеет две стороны. Так вот оборотная сторона: акванавт не может запросто подниматься на поверхность и возвращаться назад. Работа оудет только тогда эффективной, когда обитатели подводного дома живут в нем долго.

Вот для проведения разнообразных океанологических исследований в Институте океанологии и была создана подводная лаборатория «Черномор», которая летом 1973 года отработала свой шестой сезон (единственная в мире подводная лаборатория, которая столь долго служит науке).

Не берусь, однако, сказать, сколько еще пройдет сезонов, сколько потребуется экспериментов, прежде чем человек создаст не только подводные дома, но и подводные поселки.

П. СПИРЬКОВ, старший инженер лаборатории техники подводных исследований Института океанологии имени П. П. Ширшова АН СССР

II.

Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Понравилось?