Вокруг света 1974-08, страница 13

Вокруг света 1974-08, страница 13

угрожающе, и запросил помощи у «Капитана Федотова». Менее чем через сутки с такой же просьбой обратился к нашему спасателю капитан «Миноан Чифа».

В район бедствия вышли транспорты для частичной разгрузки аварийных судов. Подошел и ледокольный спасатель «Юрий Лисянский», на борту которого находились Михаил Заборщиков, Георгий Анфертьев и руководитель спасательной операции Станислав Быков.

К вечеру ветер стал крепчать. «Капитан Федотов» ошвартовался у правого борта «Миноан Чифа» и струями винта начал размывать грунт под греческим судном. И вдруг швартовый трос, заведенный на корму («Миноан Чифа», лопнул. Спасатель, работая машинами «полный вперед», оторвался от аварийного судна и на скорости чуть не врезался в корму «Юрия Лисянского», который своим буксирным тросом удерживал «грека», не давая волнам еще дальше выкинуть «Миноан Чифа» на косу. Капитан спасателя Михаил Лашко успел в доли секунды переложить рукоятку телеграфа на «полный назад» и руль «право на борт». Все было выполнено быстро, точно, и столкновения не произошло, но беда не приходит одна: конец лопнувшего троса струями от винта был затянут под корму и намотался на винт и гребной вал. Спасатель превратился в неуправляемую баржу среди штормующего моря.

За борт ушли водолазы. Чтобы более полно оценить ситуацию, вместе с ними ушел под воду и Михаил Заборщиков. В шторм под водой работать особенно трудно: только найдешь ориентир и пытаешься удержаться, как волна бросает в сторону, может ударить о борт, о днище судна. Когда Заборщиков поднялся на борт «Капитана Федотова», ему было ясно, что трос снять нельзя, надо резать. После нескольких часов работы под водой, когда снизу сообщили, что винт чист, Михаил снова ушел вниз, чтобы проверить, не поврежден ли электрокислородным резаком гребной . вал. Едва осмотр был закончен, «Капитан Федотов» снова стал подходить к греческому судну, но волна высоко подняла спасатель и, когда он с креном начал оседать, (коснулся борта «Миноан Чифа» и слегка прогнул несколько леерных стоек. Тут же на палубе появился Джон Петерсон, начал замерять погнутые леера и сделал несколько фотографий. Но надо отдать должное команде и капитану «грека», отношения с которыми продолжали быть натянутыми, что даже они не одобрили выходки представителя фирмы «Нептун». Однако Джон Петерсон не успокоился. Когда настало время стянуть «Миноан Чиф» с мели и отбуксировать в порт, Петерсон перекочевал на нижнюю палубу греческого судна и, щедро одаривая команду из своих запасов вцски, добился того, что ни один моряк с «Миноан Чифа» не появился ни на палубе, ни в ходовой рубке.

3 апреля. Все готово для снятия «грека» с мели. Шторм до девяти баллов, снежный буран. Буксирные тросы — пятидесятидвухмиллиметровые браги — продеты через якорные клюзы «Миноан Чифа». «Юрий Лисянский» и «Семен Дежнев» приготовились к стягиванию. «Капитан Федотов» по-прежнему ошвартован к правому борту «Миноан Чифа» и продолжает работать винтом, подмывая грунт...

В ходовой рубке «грека» шсего два человека: Быков за капитана, Заборщиков на руле. Прошло полторы-две минуты после того, как спасатели дали полный ход. «Миноан Чиф», сойдя с мели, всей своей массой устремилск вперед. В считанные се-

\

кунды стало ясно, что скорость «Миноан Чифа» начинает превышать скорость спасателей, и Быков скомандовал: «Отдать буксир «Семена Дежнева». Но господин Петерсон не напрасно вел «воспитательную» работу с экипажем. На баке никого не оказалось, и Заборщиков, оставив руль, бросился на бак. Быков остался и за капитана, и за рулевого. Пока Заборщиков бежал по длинному греческому судну, он сквозь снежный заряд успел разглядеть, что спасатели, чувствуя скорость «Миноан Чифа», расходятся в стороны, чтобы избежать столкновения. Уже на баке Заборщиков понял, что не успеет отдать конец. Буксирные тросы от спасателей были закреплены на баке шестьюдесятью витками из манильской сшивки. Разматывать концы некогда, и Михаил, схватив топор, начал рубить их. Положение «Семена Дежнева» стало критическим. Не успей Михаил отдать брагу — произойдет сильный рывок, и спасатель может повалиться на бок. Снежный буран с ветром до девяти баллов слепит глаза, связи с ходовой рубкой нет. Наконец сшивку удалось обрубить, и трос от «Дежнева» скользнул через клюзы в воду. Заборщиков бросился на правый борт, к которому был пришвартован «Капитан Федотов». Скорость греческого судна оставалась все еще опасной, и «Миноан Чиф» почти тащил за собой «Капитана Федотова», который уже имел сильный крен на левый борт. Его буквально отрывало от борта «грека», и швартовые концы, закрепленные на кнехтах «Миноан Чифа», натянулись как струны. Продолжая в одиночку работать на палубе, Михаил отдал сначала кормовой, а затем и носовой концы — и «Капитан Федотов», отойдя от борта, исчез в снежном заряде. Казалось бы, что все обошлось, но сквозь завывание ветра Михаил услышал крик Быкова и разобрал только слово «ру-у-би-и». Он понял, в чем дело, и снова бросился на бак. Опасность угрожала «Юрию Лисянскому». Михаил увидел, что «Миноан Чиф» уже опередил наш спасатель и дело идет к рывку троса. И снова топор в руки — и с каждым взмахом колец манильской сшивки становится все меньше... Обычно при стягивании, когда работают машины, вся команда аварийного судна должна находиться на местах: отдают швартовые, стоят на руле, капитан следит за курсом судна и управляет им. На «Чифе», если кто и выбирался на палубу, то стоял в стороне наблюдателем, словно это не их судно и не им грозила беда... Заборщиков возвращается в рубку, где Быков по-прежнему один на руле, на реверсах и следит за курсом. Необходимо срочно определить, где находится судно. Локатор не работает. Карта малого масштаба. Связались по рации с «Юрием Лисян-ским». Оттуда ответили: «Держите курс на норд. Я подойду к вам близко. Увидите меня и встанете в кильватер». И снова произошло непредвиденное. Надо было изменить курс на девяносто градусов, но едва переложили руль на пять градусов, как услышали сильные удары винта о руль. Пришлось немедленно остановить машины и оставить руль на нуле. Выяснилось, что, когда «Миноан Чиф» пытался самостоятельно сняться с мели и работал винтами, руль был поврежден. Более чем на пять градусов он не поворачивался. Что делать? Хода нет. «Юрия Лисянского» не видно. Один якорь на «греке» утерян. Станислав Быков и Михаил Заборщиков стоят в рубке друг против друга. С обоих льет холодный пот. Даже единственный якорь и то отдать некому. Оба прекрасно понимают, что ветер может снести неуправляемое судно на прежнее место. Оба понимают, что

11

Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Понравилось?