Вокруг света 1976-12, страница 63![]() Новый техникум называют «русским» — его построили с помощью советских специалистов. Балх, чайхана становится родом клуба. В ней беседуют, играют в нарды, курят кальян. Здесь с удовольствием слушают уличных певцов, исполнителей баллад о любви, о героях конных игр «боз-каши», о халифе Али, который приехал в Афганистан, чтобы убить дракона и совершить другие чудеса. Но в старые легенды все больше вплетаются современные детали. Сейчас вам расскажут и о новостях, услышанных по радио, и о новых декретах республиканского правительства, и о новых школах, и о собраниях женщин, которые все чаще появляются на улицах без «бурка». Когда в чайхану в том же Балхе зайдет рабочий с зявода азотных удобрений, ему уступят почетное место, нальют крепкий чай, приготовят самый сочный шашлык и будут слушать его с не меньшим вниманием, чем мудрого старика. Я был на этом заводе, крупнейшем предприятии Афганистана, который был построен, а ныне расширяется с советской помощью. Если просто назвать его мощность и количество рабочих, значит сказать и слишком много и слишком мало. В мире есть десятки таких заводов, есть и гораздо более крупные. Но мне особенно запомнилась лаборатория, где работают афганские техники в белых халатах. Вчера еще жители гор, они проводят химические анализы, делают математические расчеты. Не первый раз в истории люди перешагивают через века, но в Афганистане увидишь, что многим, очень многим помогает сделать этот шаг советский человек. Один из способов познать национальный характер — обратиться к народным играм и развлечениям. Хотя понятие «национальный характер» вряд ли применимо к жителям столь разноплеменной страны, как Афганистан, но их, в частности, объединяет любовь к боям животных — собак, петухов, верблюдов или баранов. Завоевывает поклонников и футбол, но по-прежнему самый популярный вид спорта во многих районах страны, особенно к северу от Гиндукуша, — «боз-кашн» — «козлодрание». На сей раз я присутствовал на скромном «бозкаши» недалеко от Мазари-Шерифа. Забравшись на холм, мы с группой наших геологов наблюдали яростную и мужественную борьбу. Два десятка всадников сшиблись около тушки козла. Ее хватали и роняли. Кожаные плетки секли воздух, коней, людей. Что происходило в кольце, рассмотреть было невозможно. так как клубы пыли окутывали наездников. Но вот из тучи вырвался всадник, овладевший добычей, и устремился с ней по полю. Его настигли. Соперник тоже вцепился в тушку, и вот уже двое, повиснув на стременах, неслись, едва не касаясь земли. Гиканье, свист и топот нарастали, все громче ржали лошади, все выше поднимались клубы пыли. Наездникам оставалось промчаться примерно половину дистанции... Но что это? Почему все замерли и обернулись в нашу сторону? Что могло остановить бешеную скачку в самый азартный момент? Увлеченные «бозкаши», мы не заметили, как сзади к нам по сухой степи подошла буровая вышка, тоже окутанная пылью. Ошпаривая коней нагайками, несколько сот всадников — и участники и зрители — разом устремились навстречу невиданному зрелищу. Горячие кони взлетели на холм и замерли рядом с нами. «Нефтяники, нефтяники», — прошелестел по нестройным рядам радостный шепот узнавания. Мощные тракторы тянули за собой «колесницу» — нефтяную вышку на катках. За рычагами сидели русые ребята с севера и местные водители, похожие на конников, как родные братья. Наши геологи вместе с афганцами нашли на севере страны нефть и газ и продолжали разведывательное бурение. В Мазари-Шерифе я сел в самолет Як-40 местной авиакомпании, направлявшийся в Кабул. Со мной было несколько по-европейски одетых афганцев, группа американских туристов — пожилых бакалейщиков и старых дев—и два наших археолога, которые раскапывали памятники древней Бактрии. Устав за утомительную поездку, я намеревался немного вздремнуть, но тут выяснилось, что летчики нашего самолета обучались в Советском Союзе: при проверке билетов они с явным удовольствием приветствовали нас троих по-русски. В полете они пригласили меня в кабину, и мы прослушали прогноз погоды, переданный из Ташкента и составленный с помощью советских метеорологических спутников Земли. Мы летели над заснеженными горами и сухими степями. Где-то внизу шли караваны, в палатках кочевников жались к костру люди, а в глинобитных постоялых дворах бородатые торговцы сидели на ватных одеялах, скрестив ноги, и пили из пиал чай. На земле жизнь человека пока больше вращалась вокруг насущных проблем — пищи, крова, тепла, продолжения рода. t)l |