Вокруг света 1987-02, страница 13

Вокруг света 1987-02, страница 13

И

Живучесть традиционных обычаев — это сознательная линия поведения арауканов, их передний край в борьбе против властей, желающих «растворить», «ассимилировать», «поглотить», «интегрировать» потомков непобедимых. Все реже на земле бывшей Араукании встречается «рука» — ее заменяет современный дом с телевизором и прочими благами цивилизации. Такого рода перемены можно, в принципе, только приветствовать, хотя они в какой-то мере и содействуют упомянутой «интеграции».

Однако, заимствуя достижения материальной культуры, мапуче по-прежнему держат «линию обороны» в области культуры духовной. Они все еще в основном язычники—

и это в стране, где господствующая религия — католицизм, столь нетерпимо относящийся к иноверцам. Многое можно рассказать о религиозных представлениях арауканов, могущественных колдунах — «кал-ку», но не стоит отклоняться от основной темы даже ради самых выигрышных сюжетов.

Как и встарь, самая популярная игра индейцев — это «паликантун», или «чуэка», очень схожая с травяным хоккеем. Те же изогнутые клюшки, команды по 10—12 человек, большое поле, только мяч деревянный, меньше бильярдного шара, да ворота отсутствуют. На землях резерваций к югу от Био-Био индейцы поют те же песни, что пели их предки, танцуют те же танцы. Не

фольклор это для мапуче, а быт, реальная жизнь. Линия сопротивления.

Немало молодых людей в последние десятилетия перебирается в города. Молодежь держится там замкнуто, своей общиной. И — скрывает нередко свое этническое происхождение.

— Ты кто, араукан? — спрашивает обычно хозяин человека, желающего поступить к нему на работу.

— Нет-нет, я с юга, но не индеец,— следует ответ.

В чем дело? Откуда у потомков непокоримых потребность скрывать свое происхождение? Чего им стесняться — неужели славы гордых предков? Причин много, но основная из них вполне прозаическая — желание избежать дискриминации. Возможность же остаться «неопознанными» у арауканов действительно есть — слишком много индейских черт у подавляющего большинства населения Чили, чтобы кто-либо мог брать на себя риск со стопроцентной уверенностью делить жителей страны на «белых» и «мапуче».

Таким образом, мапуче гораздо острее других чилийцев чувствуют тяжесть нынешней ситуации в Чили: гнет социальный усиливается этнической дискриминацией. И все же не так давно индейцы сколь могли воздерживались от участия в классовых боях. По сути дела, они попросту боялись политики, считая ее делом чуждым и подозрительным. Когда лет двадцать назад у арауканов спрашивали мнение по поводу предполагавшейся аграрной реформы, то они ответили, будто ни в чем не нуждаются. Их можно было понять — что они видели от чилийских властей, кроме угнетения и обмана? Не доверяя властям, индейцы вместо составления петиций правительственным органам попросту захватывали землю силой, за что подвергались репрессиям.

И все же время «самоустранения» арауканов от политической борьбы пришло к концу. В рядах демонстрантов, среди участников забастовок и «дней неповиновения» все чаще встречаются представители «исповедующих свободу». Попытки выжить в современном обществе, оставаясь в стороне от его проблем, обречены на неудачу, и эту истину, судя по всему, все больше и больше усваивают потомки Кауполикана и Коло-Коло.

В свою очередь, оппозиционные диктаторскому режиму Пиночета партии и организации учитывают в своей политике интересы индейского населения страны. Коммунистическая партия Чили, например, полагает, что возможное решение этнического вопроса находится в предоставлении арауканам автономии: ввести преподавание в школе на языке арауканов, организовать радиовещание, издавать книги, газеты, журналы. Но все это станет возможно только после победы над диктатурой.

Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Понравилось?