Вокруг света 1989-07, страница 58




Вокруг света 1989-07, страница 58

13

Проснувшись на следующее утро, мы были оглушены непривычной тишиной. На кухне не гремели горшки и кастрюли, не шкворчало сало на сковородках. Не был разведен даже огонь: повар исчез, прихватив с собой все ножи и кастрюли.

Но ушел он не один. После скудного завтрака из кукурузных хлопьев со сгущенным молоком мы отправились на «Мэри-Джо» к Лукасу. Услышав новости с берега, он ничуть не удивился.

— Все сбежали! Все! Вся чертова команда! — взревел он.— Когда мы с Джо проснулись, никого на судне уже не было — только куча грязных тарелок на камбузе.

Суини пожал плечами:

— Жаловаться на беглых пондо — пустая трата времени. Так что успокойся — что толку себя накручивать?

— Как вы думаете, почему они ушли? — поинтересовался я.

— Междоусобица. Ясно как божий день,— ответил Суини.— Вероятно, испугались, как бы и с ними не случилось того же самого.

— А может, полиция их напугала? — предположил Бен.— Может, они знали чуточку больше, чем рассказали, вот и поспешили смотать удочки, пока об этом никто не догадался?

Мы еще немного посудачили о причине исчезновения пондо, но Суини был прав — надо примириться со случившимся и не терять зря времени. Вся трудность заключалась лишь в том, чтобы взять на себя обязанности ушедших и распределить всю тяжелую и грязную работу. Лукасу такая перспектива не улыбалась, но делать было нечего, и он согласился.

Вскоре все наладилось. Время дежурств я продлил до двух с половиной часов. Насос работал без остановки по десять часов в сутки, чашеобразный котлован становился шире и глубже. Чувствовалось, что всех сжигает нетерпение, но я лучше других понимал, что склон котлована не должен быть слишком крутым, иначе при оползне он мог стать нашей могилой.

Шестой день принес радость и надежду: мы нашли монеты. Их обнаружил Бен, когда просеивал песок. Монеты блестели посреди сита, окруженные небольшой горкой из гальки. Увидев металлические кружочки, он заорал:

— Эй, глядите! Монеты, целых три! Здоровенные моне-тищи с самого «Гровенора»! Мы на верном пути. Корабль где-то здесь. Он где-то близко. Смотрите! Проктор был прав. Он был прав!

Безудержная радость Бена передалась всем нам. В ближайший час обезумевший насос обрушил на нас лавину находок: здесь были и цепочка для часов, и несколько бусин, различной величины пуговицы, еще несколько монет и маленькая серебряная табакерка.

На следующий день приехали Карен и доктор Инглби. Мы с Беном возились на кухне — я помогал ему готовить ужин, когда на подъеме показался «мерседес». Увидев его, я тотчас потерял интерес к еде.

— Ну вот, наконец-то мы и приехали.— Доктор Инглби пожал мне руку.— Вы, наверное, уже и ждать перестали? А как тут у вас продвигается работа? Карен вся извелась, боялась, что мы пропустим самое интересное. А вы нашли уже что-нибудь?

— Да,— кивнул я.— Результаты вселяют надежду. Я потом расскажу вам обо всем.

— А мне? — дотронулась до моей руки Карен.— Я тоже хочу обо всем услышать. Но сначала посмотри на наше новое приобретение.— Говоря это, она потащила меня вокруг машины, а потом гордо отступила назад: — Ну, что скажешь?

Восхищенный, я уставился на маленькую яхту, закрепленную на крыще трейлера.

— «Озорница»? — воскликнул я, рассмотрев на голубой корме белые буквы названия.— Доктор Инглби, вы получаете высшую оценку. Я и сам не смог бы назвать ее лучше.

Старик просиял:

— Уверяю вас, это было совсем нетрудно. Название яхты напрашивалось само собой.

Мы оба посмотрели на сияющую Карен.

— А где мы ее поставим на якорь? — спросил я.

— В устье реки. Но будем выходить на ней в залив каждый день,— решила Карен.

К нам подошел Бен, а с ним Барри и братья Фурье. Когда с приветствиями и представлениями было покончено, все поспешили в палатку при кухне, служившую столовой.

Последняя неделя была так богата событиями, что рассказывать пришлось долго!

— Невероятно! — воскликнул доктор Инглби.— Четверо убиты, остальные исчезли... Просто невероятно!-"А из полиции никаких вестей?

— Никаких.— Барри покачал головой.— Но есть и приятные новости. Мы нашли монеты и кое-какие безделушки. А если найдем затонувшее судно, то и не вспомним о неприятностях.

Дни шли своей чередой, и работа продолжалась. Насос всасывал и выплевывал песок, котлован становился все глубже, а мы жили по установленному графику — два с половиной часа работали под водой, два с половиной — отдыхали наверху.

Рассвет восемнадцатого дня я встретил на корабле. Занималась заря, яркая, как полет фламинго, но вскоре небо побледнело и стало беловато-голубым. Было жарко и душно, и я с беспокойством смотрел на длинную гряду облаков, лениво нависших над горизонтом. Я направился к Суорту на мостик, чтобы поделиться своими опасениями.

— Что скажешь о погоде? Вроде гроза надвигается.

— Не знаю... Возможно...— ответил он осторожно.— Стрелка барометра слегка отклонилась, но не более того.

— А метеосводка?

— Мы ее не получили. Рация сломалась. Барри уже чинит ее, но боюсь, следующее сообщение поступит не скоро!

Он прищурился и внимательно посмотрел на небо:

— Напрасно ты волнуешься, дружище. Погляди — небо чистое. Я советую начать работу, а если погода испортится, вас успеют предупредить об опасности заранее.

Я постоял в задумчивости, барабаня пальцами по стеклу, пока не принял решения:

— Вы с Хендриком дежурите в первую смену. Если погода будет меняться, я немедленно сообщу.

Солнце поднималось все вышё и выше, обрушивая на нас потоки безжалостных лучей. Лукас и Суини спрятались в палатках поближе к кондиционерам и холодному пиву. Все остальные изнемогали от жары. Бен ворчал и ругался.

— Послушай, Бен, обещай мне следить за погодой, пока я буду внизу,— обратился я к нему.— Не нравится мне эта жара. Если будет шторм, лучше заблаговременно выбраться из котлована...

Бен взглянул на небо.

— Черт его знает, будет шторм или нет. Но ты прав, готовиться к нему нужно заранее. Так что не волнуйся, я буду смотреть в оба. Если решу, что тебе пора возвращаться, отключу насос.

Насос заглох часа через два с небольшим. Измеритель глубины стоял на отметке пятьдесят футов. Я сделал быстрый расчет — понадобится пять минут на декомпрессион-ную остановку. Подплывшему Барри я показал наверх и выставил вперед растопыренную пятерню. Он кивнул, и мы взмыли ввысь. Я едва выдержал три из положенных пяти минут.

Погода изменилась до неузнаваемости. По небу неслись, обгоняя друг друга, плотные черные тучи. Шквальный ветер рябил воду и злобно швырял ее мне в маску. Я посмотрел на «Озорницу». На ее мачте раненой птицей бился парус. Карен отчаянно пыталась опустить его. Старик стоял на коленях возле якоря. Потом парус надулся и стал забирать ветер.

Я подал знак Бену, указывая в сторону яхты, и поплыл на помощь «Озорнице». Заметив мое приближение, Карен задержала движение яхты, пока я не поднялся на борт. Сняв акваланг и ласты, я поспешил сменить ее у румпеля.

56



Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Понравилось?