Вокруг света 1993-11, страница 35

Вокруг света 1993-11, страница 35

кунд спустя он уже встречал гостя, шумно извиняясь перед ним за непогоду. Последний и сам не преминул выразить себе сочувствие, так что миссис Уайт даже причмокнула насмешливо: «Ах, ах, глядите-ка!» — тут же, впрочем, подавив реплику деланным кашлем. В комнату вошел муж; за ним следом ввалился здоровенный детина с глазками-бусинками и рубиново-красной физиономией.

— Старший сержант Харрис,— представил гостя мистер Уайт.

Тот пожал всем руки, сел в придвинутое к огню кресло и стал весьма благосклонно взирать, как хозяин достает бутыль виски с тумблером, а хозяйка ставит на огонь чайник. После третьего стаканчика глаза у гостя разгорелись, и он, расправив широченные плечи, повел рассказ о диких нравах и мужественных поступках, о войнах и эпидемиях, о непостижимой жизни далекого, чужого народа. Семейный кружок внимал рассказчику с живейшим интересом.

— Двадцать один год отдал службе,— кивнул в его сторону мистер Уайт, обращаясь к жене и сыну — Уезжал от нас, помню — был такой худенький малец со склада, а теперь вы только на него поглядите!

— Что ж, служба ему, похоже, не очень-то повредила, — вежливо заметила миссис Уайт.

— Вот бы и мне в Индию съездить,— мечтательно протянул старик — Просто так — поглядеть хотя бы, как люди живут.

— Сиди уж лучше, где сидишь,— покачал головой старший сержант и тихо вздохнул, поставив на стол опустевший стакан.

— Посмотреть бы на все эти древние храмы, на факиров с жонглерами... Кстати, что это ты начал рассказывать мне на днях, а, Моррис? Об обезьяньей лапке?

— Ничего,— поспешил ответить солдат,— ничего, во всяком случае, такого, что заслуживало бы внимания.

— Об обезьяньей лапке? — удивилась миссис Уайт.

— Да так, ерунда... То, что у нас называется колдовством,— бросил небрежно Моррис.

Все трое невольно подались вперед. Гость рассеянно поднес к губам пустой стакан и вновь поставил его на стол; хозяин мигом исправил оплошность, наполнив его.

— Посмотришь на нее — так, ничего особенного: самая обычная лапка, только мумифицированная.— Порывшись в карманах, сержант достал оттуда талисман и протянул на ладони. Женщина в испуге отпрянула, но сын взял лапку и с любопытством ее осмотрел.

— Ну и что же в ней примечательного? — поинтересовался мистер Уайт^после того, как, отобрав лапку у Герберта, сам тщательно изучил ее и положил на стол.

— Она заколдована старым факиром,— ответил Моррис. — Очень, очень был святой человек. Он решил доказать всем, что нашей жизнью управляют законы судьбы и что каждый, кто попытается в них вмешаться, будет наказан. Согласно его заклинанию лапка должна трижды — трем разным людям — исполнить по три желания.

Заключительные слова прозвучали необычайно торжественно; смех хозяев, напротив, — дребезжаще-фальшиво.

— Ну и почему же, вы, сэр, до сих пор не использовали свои три попытки? — первым сообразил Герберт.

Сержант бросил на него такой взгляд, каким лишь умудренный опытом старец может взирать на юного выскочку.

— Я использовал их,— тихо сказал он, и пятнистое лицо его слегка побледнело.

— А кроме вас, кто-нибудь уже это сделал? — поинтересовалась пожилая леди.

— Да, был еще один человек,— вздохнул Моррис — Не знаю, какими были его первые два желания, но в третий раз он попросил о смерти. Так она ко мне и попала.

Слова эти были произнесены столь серьезно, что в комнате наступило гробовое молчание.

— Ну, раз ты себе желания уже загадал, тебе она ни к чему,— наконец заговорил старик.— Для чего же ты ее у себя держишь, а?

— Просто так, наверное, смеха ради,—покачал головой сержант — Была у меня мысль продать ее кому-нибудь, да что-то сейчас я засомневался. Слишком много успела она причинить зла. Да и потом, кто ее купит? Любой скажет: пусть она хоть одно желание мне исполнит, а уж деньги потом.

3 «Вокруг света» № 11

— А если бы тебе предложили загадать еще три желания, ты бы, наверное, не отказался? — старик внимательно взглянул старшему сержанту в глаза.

— Вот уж; право, не знаю,— ответил гость.— Нет, не знаю даже, что на это ответить.

Он взял лапку большим и указательным пальцами, поболтал ею немного в воздухе и вдруг швырнул ее в камин. Слабо вскрикнув, мистер Уайт упал на колени и выхватил талисман из огня.

— Брось ее, пусть сгорит,— произнес сурово солдат.

— Если она, Моррис, тебе не нужна, отдай ее мне.

— Нет,— ответил тот,— я уже бросил ее в огонь. Хочешь — забирай, но только пеняй потом на себя. А лучше послушай меня: брось ее туда, откуда достал.

Старик лишь угрюмо покачал головой и принялся разглядывать приобретение.

— А как это делается? — спросил он наконец.

— Поднимаешь ее вверх в правой руке и произносишь вслух свое желание. Но учти — я предупредил тебя о последствиях.

— У нас тут с вами прямо «Арабские ночи»,— заметила миссис Уайт и поднялась, чтобы накрыть на стол.— Попроси для начала у лапки, чтобы к моим двум рукам еще добавилась парочка.

Муж тут же полез за талисманом в карман, и Моррис перехватил его руку с таким испуганным выражением лица, что все трое невольно расхохотались.

— Если уж тебе необходимо придумать желание,— хрипло пробормотал он,— пусть это будет по крайней мере что-нибудь благоразумное.

Мистер Уайт положил талисман обратно в карман, расставил стулья и жестом пригласил друга к столу. За ужином все об обезьяньей лапке совершенно забыли, а после еды переключились на Морриса, приступившего ко второй части своих индийских воспоминаний.

— Если история об обезьяньей лапке столь же правдива, как и все остальное, что он тут нам рассказывал, вряд ли мы сумеем извлечь из нее много пользы,— заметил Герберт после того, как гость, закрыв за собой дверь, поспешил на последний поезд.

— Ты ему, конечно, за нее еще и заплатил? — Миссис Уайт бросила на мужа испытующий взгляд.

— Так, самую малость,— признался тот и слегка покраснел— Он-то денег брать не хотел — наоборот, все уговаривал меня избавиться от нее поскорее.

— Ну еще бы: теперь мы, считай, богаты, знамениты и счастливы,— бросил Герберт, изобразив на лице притворный ужас — Попроси лапку, чтобы она сделала тебя каким-нибудь императором, папа,— это уж точно избавит тебя от придирок,— добавил он и тут же бросился вокруг стола наутек, спасаясь от миссис Уайт, вооружившейся рулоном мебельной обивки. Мистер Уайт вынул лапку из кармана и смерил ее скептическим взглядом.

— А ведь действительно, даже не знаю, чего и пожелать. Все вроде бы есть,— проговорил он медленно.

— Как же, а налог на недвижимость? — Герберт остановился за его креслом и положил ладони отцу на плечи —

Закажи себе фунтов двести — будет совсем уж полный порядок.

Отец поднял талисман и смущенно, словно посмеиваясь над собственным простодушием, улыбнулся. Сын тотчас уселся за фортепиано и, не преминув подмигнуть матери, с самой торжественной миной ударил по клавишам.

— Хочу, чтобы у меня появились двести фунтов, — отчетливо провозгласил пожилой джентльмен под грохот звучных аккордов и... внезапно вскрикнул. Музыка оборвалась. Мать с сыном немедленно к нему подскочили.

— Она шевельнулась! — воскликнул мистер Уайт — Лишь только я произнес эти слова, как она змеей извернулась в моем кулаке!

— В любом случае, денег я что-то не вижу — Сын поднял лапку с пола и положил ее на стол — И готов побиться об заклад, не увижу их никогда.

— Тебе это показалось, отец.— Миссис Уайт бросила на мужа обеспокоенный взгляд. Тот покачал головой.

— Да, в общем-то, какая разница. Ничего страшного не произошло, но уж очень все это было неожиданно.

Все трое снова расселись у огня: мужчины раскурили

зз

I

Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Понравилось?