Юный Натуралист 1972-01, страница 49

Юный Натуралист 1972-01, страница 49

50

Наблюдая за колонией полярных чаек на острове, я поразился беспечности, с какой птицы, на мой взгляд, относились к продлению своего рода. Остров этот придавлен стометровым ледяным куполом. Отвесные скалы зеленовато-голубоватого оттенка удивительно красивы, но гнезд на них не построишь — летом ледяные стены постоянно рушатся. И чайки, избравшие как раз этот остров для своего гнездовья, расположились лагерем на узкой галечни-ковой косе, единственном клочке суши внизу, у моря. Здесь они собирались сооружать гнезда.

Остров славен не только своей уединенностью, недоступностью, близостью к полюсу. . В его окрестностях регулярно появляются медведи, и я с ужасом думал, что может произойти, если один из них придет на остров в тот момент, когда птицы начнут высиживать яйца. Камня на камне не оставит он от гнездовий.

А птицы день ото дня вели себя все шумнее. Давным-давно, в те дни, когда еще стояли сильные морозы, когда на косе лежал плотный, утрамбованный ветрами снег, они начали свои беседы, и, казалось, никакой силой нельзя будет остановить их. Голоса у них были звонкие, петушиные. Со стороны могло показаться, что чайки только и делали что ссорились. Начинали грозно кричать птицы еще в воздухе, подлетая к гнездовью, а опускаясь, тут же делали грудь колесом, чуть расставляли сложенные крылья, голову откидывали назад и верещали так грозно и внушительно, так звонко, что крик одной лишь птицы мог остановить идущего в километре от острова медведя. А когда этому крику вторил пятисотголосый птичий хор!..

Но медведи вдруг стали приходить все реже и реже. Снег таял, стал мягким и рыхлым. Последний медведь, которого мы видели незадолго до того, как чайки затихли, прошел мимо острова вдали. Он медленно, будто нехотя передвигал лапы и все что-то вынюхивал в снегу. Наверно, и ему было трудно ходить по такому снегу. Ну, а чайки действительно затихли. Это было удивительно, и проснулись мы в тот день от необычной тишины. Я побежал взглянуть, в чем дело, — все птицы сидели на земле и молчали. И молчали они так до тех пор, пока не высидели все яйца, не вывели всех птенцов. Почти целый месяц! И только тогда у них снова прорезался звонкий задиристый голос. Ни один медведь за это время к острову не подошел. Пораженный, я просмотрел дневники полярной станции, где отмечали появление на острове каждого медведя. Ни один медведь на острове не появлялся в то время, пока птицы выводили птенцов.

Связано ли это было с ритмом жизни

белых медведей, с временем таяния снегов? Или все же не зря помалкивали птицы? Судить трудно, но авторитет чаек в 'моих глазах вырос. В этих широтах никто, кроме них, не умел выводить птенцов. И бургомистры, и пуночки, и моевки залетали весной, жили дня по два и подавались восвояси. И лишь чайки постоянно оглашали окрестности жизнерадостными криками.

Как только птичья колония завела громкий разговор, сразу же к нам в гости повадились и медведи. Первым делом они обследовали гнездовье чаек. Что тут началось! Вся армада поднималась в воздух и обрушивала на медведя град толчков, ударов. Медведь на все эти тырчки не обращал внимания. Уткнувшись носом в гнезда, он исследовал их. Но было уже поздно. Верткие, как мыши, серые клубки ускользали от его тяжелых лап. Давил он одного, другого так, ради озорства. Чаще всего он вскоре бросал это занятие и направлялся к домам, где на привязи в бешеном лае захлебывались собаки.

В. ОРЛОВ

КРЫЛАТЫЕ САНИТАРЫ

Несколько мальчишек вышли на окраину кишлака испытать ружье, подаренное одному из них отцом. Взглянув вверх, кто-то увидел плывущую в небе большую птицу с загнутым клювом.

— Хищник! Бей его!

Прозвучал выстрел. Птица вздрогнула, качнулась и через несколько секунд тяжело ударилась о землю. Она еще пыталась взлететь, била широкими крыльями, но выстрел был метким, и птица вскоре затихла.

— Ты гляди, крылья-то метра два будут, не меньше!

— А лапы здоровые! С когтями! Такой целого барана унесет!

— А клюв! Помнишь, в кино?..

И не знали молодые горе-охотники, что в своей глупой жестокости они убили одного из самых полезных обитателей наших южных гор — безобидного грифа.

Как часто мы создаем себе о ком-то, в том числе и о животных, мнение только по форме, по внешности. Некрасивый — значит, вредный; плохой, значит, бей его.

Грифы, а также родственные им сипы и стервятники — крылатые санитары. Неуклюжие, грубые птицы очищают землю от падали, не давая распространяться заразным болезням в мире животных.

Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Предыдущая страница
Следующая страница
Информация, связанная с этой страницей:
  1. Гнездо чаек

Близкие к этой страницы
Понравилось?