Костёр 1982-12, страница 24

Костёр 1982-12, страница 24

ми цветов? Что снова побежит сок по веточкам, сгущаясь в наливные яблоки...

И опять с мягким стуком будут падать яблоки на землю.

Были аисты и нету

Отец достал из шкафа серую хрупкую газету.

— Иди-ка сюда, Бахтияр. О нашей маме когда-то в газете писали, посмотри.

Бахтияр с трудом узнал на снимке маму.

— А что здесь написано?

— «Звеньевая из колхоза «Вперед» Мамлакат Уразова. В прошлом году ее звено собрало по сорок центнеров хлопка с гектара. В этом — дало обязательство собрать по сорок пять».

Бахтияр внимательно рассматривал снимок.

За спиной улыбающейся Мамлакат Уразовой стояло обломанное дерево с нахлобученной на верхушку большой шляпой. В «шляпе» стояла птица, другая взлетела.

— А что это за птицы?

— Аисты.

— Я их никогда не видел.

— Года три уже не прилетают к нам.

— Почему?

Отец не знал. Просто не прилетают. Кто их знает — почему?

Снимок был неважным: на фоне белого неба птицы казались черными.

— Они на ворон похожи?

— Ноги у них длинные, как у человека, сами птицы белые... или серые? — вспоминал отец. — В общем, светлые.

Отец торопился, а Бахтияр все расспрашивал:

— Они мирные?

— Конечно, мирные. — Правда, отец читал, что однажды аисты воевали с орлами. Где-то над южными морями произошел смертельный бой между тысячами аистов и тысячами орлов. Но тут и ребенку ясно, кто нападал, а кто защищался. Мирные и сильные аисты победили. Не петухов, орлов!

— Они веселые?

Этого отец не знал и ответил: птицы, как птицы — плакать не умеют, веселиться, наверное, тоже.

Бахтияру приснился замечательный сон. Один аист сидел на облаке, свесив длинные ноги, дудел в блестящую трубу. На другом облаке аист бил в звонкий барабан. В синем небе между облаками танцевали, пели, кувыркались разные птицы.

А Бахтияр летал с тонкой изогнутой саблей в руке — как бы не напали на музыкантов мстительные орлы!

Утром он пошел к тополю, разбитому некогда молнией. Ветер разметал большое гнездо, не осилив основу — несколько крепких веток. Они торчали во все стороны на верхушке белого ствола.

Почему вы, аисты, больше не прилетаете?

Взрослые помнили, что раньше аисты гнездились на минарете в центре села. Однажды дожд

ливой весной древний минарет закряхтел и стал крениться. Он падал долго, неделю. Аисты летали над селом с тревожными криками, а люди спасали посевы на полях, было не до минарета, так он и рухнул с гнездом.

Аисты построили новое — на дереве.

А потом пропали. И уже несколько лет их нет.

— Почему?

Люди не знали.

— Пойдешь в школу, станешь умным, объяснишь нам почему, — говорили Бахтияру.

Услышав это, Бахтияр отправился в школу.

— Здравствуйте, — обратился он к женщине, сидящей под электрическими часами в вестибюле. — Скажите, пожалуйста, почему у нас больше аистов нету?

Она не удивилась и не перестала вязать шерстяной носок.

— Значит, так им хочется.

— Кому?

— Им, аистам.

Бахтияр вздохнул.

— Кто в школе самый главный? — решился спросить он.

— Звонок. — Она засмеялась. — Все в школе подчиняются ему.

Бахтияр пересек вестибюль и вступил в коридор.

За дверью желтой кожи сидел молодой лысый директор. Подняв голову на скрип двери, он быстро спросил:

— Ты ко мне? Ты кто?

Бахтияр не любил лысых людей, даже боялся их. Он хотел отступить, но дверь захлопнулась за спиной. Тогда он решил сказать что-нибудь значительное.

— Это не важно, — сказал он.

— Вот тебе раз! А что важно?

— Другое.

— Ну, может быть, — согласился директор, взял со стола очки, надел на нос и сразу стал старше и солиднее. — Рассказывай про другое.

Терпеливо выслушав о газете, о маме, о больших птицах, спросил:

— Тебе сколько лет?

— Скоро семь, потом будет больше, — сказал Бахтияр. — Но это не важно.

— Молодец, — похвалил директор. — Ну,

ладно, иди.

Бахтияр дошел до желтой двери, взялся уже за ручку и спросил:

— А аисты?

— Какие аисты?

— Почему они больше не прилетают?

Директор снял очки, и они сами собой уставились на Бахтияра.

— Почему, говоришь, их нет? Чем аисты питаются?

— Не знаю.

— Лягушками, головастиками, жуками, ящерками, — перечислил директор. — Где живут лягушки?

— В воде.

— Верно, в нормальной воде. Скажи, могут они жить в ненормальной воде?

20