Пионер 1968-03, страница 15

Пионер 1968-03, страница 15

Все это богатство называется «лаборатория».

Вдова продолжала выкладывать карты и бормотать:

— Семерку на шестерку, двойку на тройку...

Брат помолчал немного и начал снова:

— У нас мало с собой денег...

— А раз мало, тогда зачем приходить? — равнодушно отозвалась вдова.

— Я пришел, потому что мне необходим аппарат Киппа, я предлагаю вам задаток. Остальное мы принесем завтра!

Я опять схватила его за руку: а где возьмем?

Он сдвинул брови: добудем! Вдова с поднятой картой в руке поглядела на брата.

— А ну-ка, покажи задаток. Брат протянул ей ладонь со

всеми монетами из моего разбитого барана.

И вдруг я тихо сказала:

— Это мои, я разбила копилку... Пожалуйста...

Вдова умильно улыбнулась.

— Ах ты, кошечка, на ленточки, наверное, копила...

Мы стояли перед ней такие жалкие, и вдове вдруг захотелось устроить себе развлечение, поиграть с нами.

— Ну что вы решили? — снова спросил брат.

—■ Что карты решат, то и я решу!—сказала вдова.— Выйдет пасьянс, отдам аппарат за девочкины монетки, не выйдет— пойдете ни с чем!

Мы замерли. Теперь судьба наша зависела от карт. От всех этих черных и красных сердечек и трилистников. А мы смотрели на них и ничего не понимали. Короли, тузы, четверки, семерки ложились друг на друга и откладывались в сторону, а мы не знали, приближается наше счастье или несчастье. Карты хлопали все быстрее, все громче, висюльки на люстре звенели, не умолкая. И вот — хлоп! — последняя карта. Пасьянс окончен. Мы замерли. С минуту вдова смотрела на нас, моргая мокрыми ресницами. Она наслаждалась видом двух застывших фигур, двух одинаково вытянутых лиц, наслаждалась своей властью.

— Давайте деньги! — Вдова лихо взмахнула рукой. — Забирайте аппарат! Ну, рады? Поцелуй меня, доченька!

Мне очень не хотелось целовать вдову, но что было делать? Я чмокнула ее в мягкую щеку.

Снова мы шли по асфальту, похожему на хлебную корку, снова по булыжнику переходили улицу. Но теперь мы шли с победой: брат торжественно и осторожно нес в руках аппарат Киппа. Он был наш. «Венец всей жизни, прелесть грез».

— А я уж думал, что «все повисло на суку!» — сказал брат.

ОКОНЧАНИЕ

в

СЛЕДУЮЩЕМ НОМЕРЕ

0