059. Калужская Свято-Тихонова пустынь, страница 28

059. Калужская Свято-Тихонова пустынь, страница 28

МОНАСТЫРЬ И МНР

Тем временем русские войска стягивались к Оке, а затем, узнав о планах врагов перейти через Угру, поднялись к ее устью. В русском стане постоянно находились Андрей Меньшой (Младший), брат великого князя Ивана, и его сын, тоже Иван. Сам великий князь в сентябре вернулся в Москву, «к церквам Спаса и Пречистой Богородицы и к святым чудотворцам, прося помощи и защиты православному христианству, желая обсудить и обдумать это с отцом своим митрополитом Геронтием, и со своей матерью великой княгиней Марфой, и своим дядей Михаилом Андреевичем, и со своим духовным отцом архиепископом Ростовским Вассианом, и со своими боярами — ибо все они тогда пребывали в осаде в Москве» («Повесть о стоянии на Угре»). Нужно отметить, что исход противостояния не был очевиден в начале осени ни для русских, ни для татар. Орда была уже слаба — это верно, но и мы, помимо славной победы на Куликовом поле, хранили в памяти и нашествие Батыя, и — в сравнительно недалеком прошлом — разорение Москвы Тохтамышем. Князь старался вести себя осторожно.

Вверху слева: Скульптурная композиция «Стояние на Угре» на федеральной трассе М-3 «Украина».

Вверху справа: Памятный крест, установленный на берегу Угры неподалеку от Тихоновой пустыни. В основании креста находится земля с Куликова поля.

Приезд Ивана Васильевича в Москву, по всей вероятности, увеличил смятение в народе, и без того напуганном приготовлениями столицы к осаде: по его разумению, государь должен был неотступно находиться при войске. В то же время, не все в ближайшем окружении князя считали, что так уж необходимо дать татарам решительный отпор. Некоторые склонялись к мысли, что следовало бы пойти на переговоры и вытянуть из Ахмата какие-то менее тяжкие условия зависимости. На фоне общего патриотического настроения эти предложения выглядели чуть ли не изменническими, и князь, если бы даже и хотел избежать битвы, просто не мог к ним прислушиваться. Возможно, решающую роль в отъезде Ивана III к войскам сыграл его духовный отец,

архиепископ Вассиан, горячо убеждавший князя в необходимости ему самому возглавить русскую рать. Голос пастыря и голос народа перевесили все сомнения: «Князь великий послушался их мольбы: взяв благословение, пошел на Угру...»

Ахмат в это время дожидался подкрепления, обещанного литовцами. Подкрепление так и не пришло, и он решился форсировать Угру собственными силами. Наступление началось 8 октября. Но переправиться через реку татарам не удалось, наступление было полностью подавлено русскими лучниками и пищалыциками («И при-идоша татарове и начаша стреляти москвичь, а москвичи начаша на них стреляти и пищали пущати и многих побиша татар стрелами и пищалми и отбиша их от брега...»). Вторая атака, предпринятая татарами возле другого брода, также потерпела неудачу.

Начались переговоры. Иван III послал к хану боярского сына с дарами (заметим, не кого-либо из своих родственников, не боярина, а боярского сына). Ахмат дары не взял, а потребовал уплаты дани за последние несколько лет. Великий князь платить

Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Понравилось?