Вокруг света 1967-03, страница 38

Вокруг света 1967-03, страница 38

ГЕННАДИЙ СНЕГИРЕВ

хА/гаи

Я слыхал, в Аральском море так много рыбы, что если сапог бросить на дно, а потом вытащить — бычков набьется полный сапог.

Поезд мчится в пустыне. И справа барханы и слева. Растут на барханах бурые колючки и большие, как зонтики, и круглые, как плюшевые подушки, шевелятся на ветру, ползут...

Это не колючки, а верблюжьи горбы. Стадо верблюдов пасется. Зимой отощали, верхушки горбов свесились набок и покачиваются. Пустыня бурая, и шерсть верблюжья бурая, и саксаул издалека бурый.

Между шпалами на тонких стебельках цветут маки. Поезд мчится над ними — маки прижались к земле. Промчится последний вагон — опять -'ПОДНЯЛИ головки.

Только лепестки, сорванные вихрем, медленно опускаются на рельсы.

Черная собака остановилась, понюхала лепесток и... не переводя духа, бросилась догонять поезд.

Эта черная собака —- борзая Тазы, она бежит за поездом, не отставая.

Кто-то бросил в окно косточку, промасленная бумага мелькнула. На лету схватила и съела их Тазы.

Пассажиры выглядывают в окно, показывают на черную собаку пальцами:

— Посмотрите, какая тощая собака!

Они не знают, что борзая Тазы с подтянутым животом, тонкими ногами десятки километров пробежит в пустыне за антилопой-сайгой и не устанет.

Среди желтых песков блеснуло Аральское море, синее, как перо зимородка.

На станции мальчишки продают связки копченых лещей. Окно открыли, сразу запахло рыбой.

В Аральске во дворах стоят верблюды. Над глиняными заборами одни головы верблюжьи видны и верхушки горбов. Верблюд смотрит сверху и жует жвачку. Если за глиняной стеной есть верблюжонок, верблюд может плюнуть, близко не подходи. На верблюдах здесь возят саксаул на дрова.

За Аральском рыбачий стан на берегу. Верблюды, тяжело ступая, тянут невод. Над костром вода в котле кипит. Скоро уха будет из сазанов морских, огромных. Одного сазана еле поднимешь, а в неводе их сотня, только верблюды могут столько вытянуть.

Когда уху поели, один рыбак рассказал, как он встретил тигра в тростниковых джунглях в дельте Аму-Дарьи:

— ...лодочка в берег ткнулась, смотрю, лежит на берегу и на меня глядит, не шевелится, только кончик хвоста играет. У меня от страха волосы шапку на голове "подняли. Хотел шестом лодку оттолкнуть — боязно.

Так и остолбенел, не шевельнулся, пока лодку на быстрине не унесло. И сомов мне не надо — только скорее домой... С тех пор без ружья в тростники не хожу рыбачить!

А сомы в Аму-Дарье громадные. Рыбак его на спине тащит, а хвост у сома в пыли волочится. Такое чудище диких уток глотает.

На берегу 'под камнями скорпионы сидят, и еще в песке нашел я раковину окаменелую, блестит, синевой отливает. Раковине этой миллионы лет. Раньше, очень давно, на месте пустыни было море. Если поискать, зубы акул найдешь. Каждый зуб величиной с ладонь. Коричневый, острый и по краям зазубренный, как пила.

Вечером, над пустыней, на том месте, где солнце тютухло, зажегся зеленый луч. Черный песчаный смерч закрутило столбом. Все ближе, ближе несется. Верблюды как увидели этот столб, сразу легли. А то налетит, закружит, поднимет и бросит на землю.

Всякое бывает в пустыне.

36

Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Понравилось?