Вокруг света 1971-10, страница 22

Вокруг света 1971-10, страница 22

проверяли систему, которая обеспечивала бы современную сигнализацию летчику, что режим опасен и надо из него выходить. Подошел мой черед взлетать. Запросил я взлет. «Взлет разрешаю». И стал, как обычно, всю картину наговаривать на магнитофон: «Поня-ял. Погна-ал! Скорость 300... Оторвался. Шасси убрал». Все убрал, все в порядке, разгоняюсь, погнал вверх. Диктую оборотики, температурку. Все в норме. Ага, начинает кренить машину. Пробую держать... Держу... Нет, не держится! Но все-таки еще держу!! Держу... И тут на ленте у меня — полный молчок. В это время машину перевернуло и погнало к земле. Рулей у меня все равно что нет. Остается прыгать. Глядь на скорость — и быстро соображаю, что при такой скорости, по последним сведениям, американцу одному при катапультировании голову как раз и оторвало. Прыгать бесполезно. Вот тут меня впервые и потрясло: бог ты мой, опоздал даже и прыгать!.. А машина к земле ближе и ближе... Два километра, полтора... Гляжу, рули заработали. Раз, раз, раз — стали слушаться. А земля-то рядом, и я сквожу вниз под большим углом. Ну, захватил я ручку двумя руками и тяну, тяну что есть сил, кто — кого. И вывел. Только крылья на концах погнулись — пришлось потом менять. И как вывел — вот тогда засопел, как сом.

После таких полетов, когда кто-нибудь из нас удачно выкручивался, мы собирались все вместе. Нас уже было шестеро: Федотов, Комаров, Борис Орлов, Валерий Миницкий, Алик Фастовец и я. Собирались и обсуждали, как и что. Вроде делились опытом на всякий случай. А потом просто сидели, часто молча, в нашей рощице. Там у нас как клуб на такой случай, посидим на пеньках... Так и называли — «Пеньки».

Комарова:

— Я запомнила тот вечер, когда они собрались у нас после вынужденного катапультирования Ми-щи. Это был День авиации, 18 августа. Никто тогда не работал, летали только Саша Федотов и Миша — всего две машины в воздухе. Говорили — срочная работа. У них всегда работа срочная.

Катапультировался он над болотом и кое-как дотянул на парашюте до берега. И никто не знал, жив он или нет, за ним вылетели поисковые вертолеты. А я сижу дома, ничего не знаю и жду: думаю — летает, просто задерживается. Дело к вечеру — и вдруг приходит жена Саши Федотова и начинает говорить, как все женщины, когда хотят подготовить к неприятностям. Чувствую, что-то не то... А она хлопочет, говорит: «Давай чай пить».

И тут я вижу, что по улице к нам вся компания идет. «Вон, — говорю, — ребята идут, сейчас все вместе и сядем за стол». А она к окну не подходит, спрашивает: «Все? И Миша?» — «Все, — говорю. — Раз, два, три. Шестеро». Тогда и она к окну бросилась.

В тот вечер они говорили, говорили — без конца, будто встретились после долгой-долгой разлуки. И Михаил был возбужден и немного встревожен.

Он обычно после напряженного дня приходил, садился в кресло, включал сразу телевизор и приемник и засыпал. Но только не в пятницу. В пятницу они с дочерью начинали строить планы на выходной. Или на речку купаться, или за грибами, или в десятый раз в зоопарк. Все решения до последнего часа держали в тайне, только шушука

лись да смеялись в кулачок. А потом Галка не выдерживала и проговаривалась. Но не Михаил. Он секреты дочери не раскрывал. Иногда они удирали втихомолку от меня. И я знала — опять, значит, в парк, на иммельманах крутиться, я это им строго-настрого запрещала...

Однажды Миша уехал на завод. Сказал, что задержится. Вернулся часа в два ночи и еще из передней говорит: «Посмотри на меня». Он зажег свет — и я ахнула: все лицо у него было разбито. Оказалось, такси на всем ходу врезалось в лося, и Михаил головой стекло выбил. Я знала, что скоро ему предстоит проходить очередную медкомиссию, а Миша и так всегда перед переосвидетельствованием переживал — боялся: а вдруг отлучат? Пожалуй, если он и боялся чего-нибудь по-настояще-му, то только такого поворота. И вот на тебе!..

Он сразу подошел к зеркалу и долго-долго разглядывал себя. Умылся. Лег. И все тер глаза. Говорил — режет. Стала я аккуратно марганцовкой глаз промывать, вижу — стекло на вате. И из второго глаза — тоже блестки. И Михаил заметил. Я никогда не видела, чтобы человек, а тем более Михаил, так сразу и страшно бледнел, лицо совсем изменилось. Откинулся к стене, стоит напряженно и белый-белый... Бросился к книжной полке, пытается разглядеть названия на корешках, кричит: «Не вижу, не вижу!» Потом немного успокоился, что-то прочел. Но резь вернулась, и снова: «Не вижу!» Это было страшно... Тогда только я до конца поняла, что для него значило бы расстаться с авиацией.

Медкомиссию он прошел. Снова стал спокоен, точно ничего и не произошло.

Остапенко:

— О Михаиле газета «Правда» написала, когда он стал рекордсменом: «Михаил Комаров на серийном сверхзвуковом истребителе Е-266 конструкции А. И. Микояна пролетел пятисоткилометровый замкнутый маршрут со средней скоростью 2930 километров в час. Это достижение значительно превышает мировой рекорд американского майора Да-ниеля, установленный им на лучшем истребителе ВВС США «локхид УР-12А» и равный 2644,24 километра в час».

Рекорд Комарова не побит до сих пор — странно? Технические возможности того же Е-266 позволяют вообще-то это сделать. А рекорд не побит. Дело все в чистоте пилотирования, и Михаил абсолютно точно выдержал оптимальный режим полета. Может, большинству это и ничего не скажет, но летчики поймут особенность рекорда Комарова: Михаил сделал его с первой попытки! Вот в чем соль. И это не случайность. К этому времени он стал испытателем до мозга костей, иначе у него просто ничего не получилось бы. Ведь это был не специальный рекордный полет, у нас вобще чистых полетов «на рекорд» не бывает. Хотя есть н особенности в подготовке таких полетов. Сначала группа спортивных комиссаров опломбировывает на самолете все самописцы, регистрирующие приборы... Другая группа отправляется на наземные регистрационные пункты и будет следить за прохождением машиной контрольных точек.

Это такие полеты, про которые мы говорим, что может и рекорд получиться. Он получился, и сам Михаил об этом узнал через несколько дней. А оптимальный режим полета был рассчитан на земле, и надо его было только соблюдать. Вот в

20

Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Понравилось?