Вокруг света 1976-09, страница 63

Вокруг света 1976-09, страница 63

сына Богомбаева тут. Правда, нет Абджалбека, младшего брата Богомбаева. Он-то, очевидно, и ездил с кем-то в Караганду доставать паспорта. И еще яснее ясного: Кадыркул хоть и младший, но верховодит неповоротливым верзилой, тугодумом Исмагулом.

Тут я заметил, что сидящий на краю кошмы, у самых моих ног, молодой парень прячет под себя пистолет.

Только этого не хватало.

— Конечно, не станем мы беспокоить хорошего человека! Добрый человек — редкость! А мы намерзлись. У вас-то тепло, — напрашивался я на чай. — Ах, какие боорсоки!..

«Хоть бы пригласили! Хоть бы пригласили! Тогда этот молодой дурень не станет палить сраз\ А своих уж как-нибудь предупрежу, — молил я про себя. — Покато они разглядят Ахмет-ходжу и, что к чему, сообразят...»

— Сколько вас? — спросил Кадыркул, пока Исмагул, кряхтя, поднимался, брал из вороха одежды чей-то тулуп, накидывал.

— Сколько нас?! — все так же весело говорил я. — Сам четвертый, один одноногий, двое убогих. Кого ж теперь в ревизии посылают?

— Пусть заходят чай пить. К нам с добром — и мы не отстанем.

Мы вышли из тамбура. Исмагул остановился было, увидев «самолет». Вежливо подталкивая его, я бросил своим товарищам:

— Идите чай пить! Да осторожнее, осторожнее, не толпитесь в

дверях! Холоду напустите! Там у входа парень молодой — простудится. Ах, какие боорсоки! — И Исмагулу: — Ты, уважаемый, рыбку пожирнее выбери, — а сам доставал из-за пришитого козырька ушанки фотографию братьев, взятую у их воспитательницы; они на ней как раз втроем. — Не скупись, уважаемый... — И лишь мы свернули за угол барака в затишье. — Стой, Богомбаев Исмагул!

Когда он обернулся, перед его глазами была фотография и дуло маузера.

— Какой я Богом... — начал он и замолк.

— Руки! Вверх руки! Богомбаев Чсмагул... Лишнее движение — я твой череп на воздух пущу! Г\...зе на фотографии не ты, не

вой брат Кадыркул и твоя троюродная тетка? Разве не тебя и не Кадыркула ранили в тугаях в Ка-мышановке?

Исмагул мычал, будто немой, и все глядел на фотографию, не понимая, наверное, каким чудом она оказалась у меня. А я очень беспокоился за товарищей — за Васю, за капитана и не знал, что предпримет Ахмет-ходжа.

— Сейчас мы возвратимся, — сказал я. — Помни — в моем маузере десять патронов. В тебя, в первого, я не промахнусь. Иди, иди... И в остальных тоже, а Кадыркула пощажу. Он главный и расскажет все. Иди!.. Иди. И помни — лишнее твое движение — я стреляю.

Чтоб властвовать, их надо было разделить. Старший брат, Исма

гул, не мог простить младшему Кадыркулу, что тот главный, даже в глазах врага.

Мы миновали тамбур.

— Стань справа от двери, лицом к стене, — говорил я, думая — лишь бы он не загородил того парня, спрятавшего под себя пистолет. — Ну, открывай дверь! И помни...

Мы вошли.

— Произвол! Вы ответите! — звенел голос Кадыркула.

И первое, что я увидел, — красное от натуги л ид о молодого парня, сидящего на кошме. Он жал и жал на спусковой крючок пистолета, направленного прямо в живот стоявшего вплотную в нему капитана. А тот не видел!

— Ну! — гаркнул я Исмагулу. Он ткнулся лицом в стену, я ударом ноги выбил из рук парня пистолет и поймал его в воздухе. — Ошалел от страха, мерзавец! Предохранитель-то спускать надо...

Молодец мой Вася! Распорядился он прекрасно! Первым в кругу бандитов стоял Ахмет-ходжа с гранатой-лимонкой. За ним — Кабаргин, а прикрывал их капитан. Трое против четырнадцати и двух женщин у тазов, наполненных кипящим маслом.

— Капитан, во двор! Остальным выходить по одному. Потом шубы вынесем! По одному, по одному! Женщины — в угол, в угол! По одному!..

Мы их всех усадили на снегу. Провели обыск и обнаружили в одеялах пятнадцать пистолетов.

61

Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Понравилось?