Вокруг света 1978-01, страница 20




Вокруг света 1978-01, страница 20

не до конца познанное существо — волк, — рассуждал он. — До чего же пластичный вид! Ведь, если вдуматься, человек его преследует и уничтожает всю свою сознательную жизнь. Сколько за это время исчезло с лица земли животных, а волк живет!

Громов долгое время работал в Сихотэ-Алинском заповеднике. Он был хорошо знаком с волчьей породой, но здешние волки, оказывается, не походили на дальневосточных. Те, к примеру, выгоняли жертву на открытое место — реку, озеро. Задрав животных, переходили на новое место. Здесь же они не устраивали подобных расправ. Борис Павлов рассказывал, что лишь однажды ему довелось видеть, как волк преследовал оленя по озеру. Но походило это скорее на забаву кошки с мышью. Серый нагонял оленя, прыгал на шею, но то ли олень увертывался, то ли волк оказывался недостаточно ловким, преследование продолжалось, пока волк не заметил людей и не повернул обратно. Первого своего волка в Путора-не Громов повстречал на восемнадцатый день неустанных преследований. Он вошел в избу радостный, зачерпнул ковш воды и, не раздеваясь, сел на лавку:

— Целых сорок минут наблюдал! Красивый зверь, умный, живой. Интересно наблюдать, как он идет, будто каждый раз новую задачу решает. Большой, светло-серый, с подпалинами. Я так схоронился, что испугался — вдруг на меня выйдет и придется стрелять. И он словно услышал мою просьбу, постоял, посмотрел и пошел прочь.

Солнце неожиданно стало пригревать так сильно, что на озере появились большие лужи.

— Все, — сказал Пилатов, — на вершину отъездились, «Бу

ран» не пройдет по такому снегу.

Решено было отправиться по истоку Аяна к северу, чтобы j знать, не начали ли спускаться олени к переправам, и там устроить наблюдательный пункт.

С ревом мы выкатили на лед и понеслись по озеру. Сани подбрасывало на ухабах, лайка, которую захватил Пилатов, лизала меня в лицо. Пилатов ловко управлял «Бураном», умудряясь проводить его по самой кромке льда. Миновав ручей, увидели свежие следы волка. Пока Громов с линейкой в руках замерял следы, описывая их в блокноте, я успел сделать немало кадров. Ярко-желтые капоты снегоходов, облаченные в походное снаряжение люди, насторожившая уши лайка на фоне валунов, присыпанных снегом, — пленки жалеть не хотелось.

Мы долго мчались по наледи. Река пробивала дорогу в двухметровом льду, иногда скрывалась под ним, уходя на глубину. Лед в тех местах выгибался, проседая, образуя зеленоватые озерки. Снегоход нырял в ледяные ямы, захватывало дух, но в то же мгновение выскакивал с санями на другом берегу.

Внезапно из-за поворота мы увидели совсем близко светло-спинных оленей, стоящих на голубом льду реки. Их было много, около сотни. Олени взволновались, побежали сначала робко, не скоро, а затем, распластавшись в беге, почти понеслись к берегу. Неподалеку от этого места, на острове, против устья реки Большая Хонна-Макит мы поставили палатку. Пилатов помог нам обосноваться, попил чайку и заторопился обратно.

Мы остались с Громовым вдвоем. Погода, все эти дни настраивавшаяся на весну, резко повернула вспять. К вечеру похолодало, мороз опустился до семнадцати градусов. Спать бы

ло холодно, мерзли лицо, ноги; я не выдержал и натянул на ступни меховые рукавицы. Кое-как дождавшись утра, мы сразу же принялись разводить костер и долго отогревались.

Тропа диких оленей была поблизости. Они выходили из леса с другого берега и, настороженно озираясь по сторонам, сходили на лед реки. Уставшие за долгие переходы по горам, олени часами стояли на льду, отдыхая. Иные сразу ложились.

Днем шли стада небольшие. Светлые на фоне темных береговых террас и поднимающихся в отдалении невнятных силуэтов гор, они казались бесплотными лесными духами. Вытянувшись цепочкой, без единого звука пересекали реку и исчезали в лесу. К заходу солнца к местам переправ собирались стада до тысячи голов.

Поднявшись на берег повыше, мы могли наблюдать, как, подчиняясь неведомому ритму, олени скапливались на вершинах противоположных гор. Затем, как снежная лавина, быстро скатывались вниз, легко пробирались сквозь редколесье. Тут они шли уверенно и чувствовали себя спокойно, но, дойдя до берега реки, останавливались. Безрогие, желтоватые при свете низкостоящего солнца, они напоминали сверху овец в загоне, ожидающих, когда раскроются ворота. Так и казалось, что донесется снизу многоголосое блеяние. Но было тихо.

В настороженной тишине из стада выходила одинокая важенка. Должно быть, самая старая и опытная. Принюхиваясь, она опускала голову ко льду, изучая следы прошедших ранее оленей, и первой начинала переправу. Стоило ей дойти до середины, как стадо тут же устремлялось за ней. Олени спешили к океану, в тундру, к местам отела...

18



Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Понравилось?