Вокруг света 1978-01, страница 24




Вокруг света 1978-01, страница 24

жества, Генеральному синдику, носящему титул «Высокочтимый».

В тот день, когда мы впервые пришли в Дом долин, «Высокочтимый» принять нас не смог.

— Важные дела, — извинился его секретарь в новом, но искусно отделанном под старину кабинете. — Господин Генеральный синдик очень занят финансами.

— Готовятся, должно быть, к отправке дани в Париж князю Жискару д'Эстену, — доверительно подмигнул привратник, с которым мы, ожидая секретаря, уже поговорили «за жизнь».

Читатель удивится: какой князь? Ведь всем известно, что Жискар д'Эстен — президент Французской Республики.

Верно, президент. И все-таки князь. Именно потому, что он глава французского государства, Жискар д'Эстен — официальный, законный князь Андорры. Так же,

как были до него князьями и Помпиду и де Голль...

В Париже это княжеское право президента республики считают почти формальностью. Но в Андорре, я убедился, к нему относятся очень серьезно. Вот уже почти четыреста лет все, кто, начиная с Генриха IV, были главами французского государства, исправно получали от верноподданных андорранцев феодальную дань — кожаный мешок с 960 французскими франками в монетах. Регулярно, раз в два года — по нечетным. В четные же годы андорранские послы возили

и возят в таком же мешке ту же самую сумму (только в испанских песетах) в противоположном направлении — в Испанию, епископу Сео-де-Уржель. Потому что он тоже князь, вернее, «сокнязь» Андорры наравне с президентом Франции.

Произошло так потому, что с незапамятных времен, когда не было ни объединенной Франции, ни единой Испании, феодальные властители по обе стороны горных хребтов никак не могли решить, кому же владеть долинами в сердце Восточных Пиренеев. А владеть ими очень хотелось и тем и другим. Во-первых, из-за стратегических соображений. Во-вторых, по той же причине, по какой называли эту область Андоррой. Ведь «андо» по-иберийски значит «самый высокий», а «оре» — «железо». Здесь издавна разрабатывались залежи железных руд.

Спорили и воевали из-за Андорры французские и испанские феодалы очень долго. И все безрезультатно. До тех пор, пока в 1278 году властитель французского графства Фуа — Роже Бер-нар III и каталонский епископ Пьер де Касторбоно, владения которого с центром в городе Сео-де-Уржель раскинулись на противоположных склонах Пиренеев, не подписали так называемый «паре-аж» — договор о признании взаимных прав на Андорру. По этому договору Андорра объявлялась княжеством под совместным управлением двух князей.

Во время Великой французской революции республиканский конвент неожиданно отказался принять очередную дань. Революционная Франция, сложив с себя феодальные княжеские обязанности, подарила свободу народу Андорры. Но там вместо того, чтобы возликовать, не на шутку встревожились. Ибо многие века существования на границе постоянно соперничавших государств убедили андорранцев в том, что маленькому народу куда спокойнее, безопаснее и выгоднее быть в феодальной зависимости от двух связанных взаимными обязательствами могущественных соседей, чем даже другом одного из них.

И потому-то с таким восторгом тринадцать лет спустя в Андорре узнали о том, что в упоении властью Наполеон Бонапарт согласился вновь принять дань и титул князя Андорры. И все пошло по-старому. Как пять веков до Бонапарта и почти два века после. До самых наших дней.

...— День, месяц, год... — говорил старый Октавио Рока, неподвижно глядя в огонь очага. — У нас, в горах, счет времени другой. День, если в страдную пору,— это очень много. А год... Да что год! Сто лет пройдет — и незаметно! Ни в горах, ни в домах здесь не меняется ничего, разве что сыновья становятся отцами, помощники превращаются в хозяев.

Длинной железной кочергой старик разворошил дрова в очаге, подбросил сушняка. А когда темнота, постепенно густеющая в комнате, вновь затаилась по углам, он встал, подошел к окну, откинул вышитую по краям занавеску, прикрыл ею телевизор и сказал:

— Вот так, если убрать телевизор и электрическую лампочку под потолком, выглядела эта комната, этот дом и все, что вы видите за окном вокруг, в то время, когда я был ребенком. Все было так же и раньше, когда бегали здесь мальчишками и отец и дед мой...

Чисто выбеленные стены, почерневшие от времени массивные деревянные балки и доски потолка, каменный очаг с затейливой чугунной решеткой, пол, плотно сбитый из таких же, что и потолок, широких досок, массивная, топором и ножом сработанная мебель...

Фамилия старика — Рока. На местном, национальном в Андорре каталонском наречии это значит «скала». Фамилия соседа справа — Мае, от каталонского слова, обозначающего «деревенский дом». Слева живет Маллоль.

с£> Р А

к

>4 '

#

> « •« А

ж

ч*

АНДОРР,

Ъ* 1*4 * Л

Шй

v г

^ — i ^

* .Н'

** С IX **

22



Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Понравилось?