Вокруг света 1981-08, страница 39

Вокруг света 1981-08, страница 39

...и капля росы в пять утра.

Шуршала листвой еще одна — безголосая и невидимая птица,— вот, пожалуй, и все.

В птичьем парке, что раскинулся на склоне холма, среди промышленных предприятий, собраны птицы со всего света, даже южноамериканские пингвины живут в кондиционированной обители и дают потомство. Но это ско рее аттракцион.

Куда делись местные птицы?

Сингапур, пожалуй, ярчайший пример всестороннего вмешательства чело века в природу. Чтобы утолить земельную жажду, рубили джунгли под плантации перца. Срывали холмы, засыпали грунтом болота — появлялись промышленные предприятия. Мангровые заросли уступали причалам порта. Исче зают болота — пропадают болотные птицы. А вот скворцы приспособились. Давно они оттачивали свои клювы и теперь достают пищу в щелях домов. Один ученый вычислил, что скоро появится в предместьях синица, жившая прежде в манграх Она должна изменить свои привычки. Главные пути миграции птиц в этом районе идут вдоль восточного и западного побережий Малаккского полуострова, минуя Сингапур. И перспектива превращения его в каменные джунгли ни жителей, ни ученых никак не устраивает. Во время очередной кампании могли строго наказать за то, что кто-то повредил дерево — обитель для птиц. Нельзя копать или цементировать землю в радиусе двух метров от ствола, чтобы не задохнулось дерево от отсутствия воды и воздуха.

Если местная комиссия установит, что деревья сада хорошо видны со стороны дороги, а изгородь не мешает прохожим любоваться ими, можно добиться снижения подоходного налога.

В ноябре установлен день, когда 50 тысяч саженцев появляются на сингапурской земле. Среди них любимые птицами «джамбу лаут» с широкими листьями, дающее хорошую тень «тем-бусу» — статное симметричное дерево с могучей кроной и ароматными кремовыми цветами.

ЗОВ ШАРМЫ

— ...Господин Тан опять повысил цену на кузнечиков...

— ...Самая целебная роса в пять утра...

...Какой диагноз? Острый сердечный приступ...

До меня долетали обрывки фраз людей, сидевших за столиками и неспешно вкушавших пахучий черный кофе. Невысокий человек в бордовой рубашке встал из-за кофейного столика и направился ко мне.

— Интересуетесь нашими питомцами? — Ироничный прищур глаз, легкая полуулыбка.— Видите эту маленькую

бежевую птичку с серыми полосками? Мербок, из породы голубиных. Обидеть ее — преступление. Она приносит счастье. Однажды в старом малайском кам-понге случился страшный пожар. Все дома сгорели, а один, на крыше которого поселился мербок, остался. Мне по душе эта история. Ужасно, когда предрассудок губит живое. Знаете, почему в нашей округе давно истребили всех воробьев? Считалось, что они приносят болезни в дом. До сих пор это суеверие живо, к сожалению.

Так состоялось наше знакомство. Онг работает в судоходной компании, но говорил только о птицах. Он подводит меня к элегантной бамбуковой клетке. В ней птица с красными щечками, кокетливым черным хохолком.

— то Джамбул, по-малайски значит <люмаж». Известна она и под именем ^ица-папайя. Очень любит этот фрукт.

— А кузнечики? — вдруг вспомнил я услышанную фразу.

— Кузнечики — любимая пища шар-мы.— Онг оживился. Ему вообще нравилась роль гида в этом птичьем (или кофейном) клубе.— Шарма — главная птица. Шарма — образ жизни. Встаешь до зари, чтобы дать ей свежей росы (некоторые уверяют—лучшая роса в пять утра!), купаешь в воде с белым перцем. Это придает чистоту оперению. И она отвечает песней У каждой шар-мы своя мелодия.

Потом мы пили черный кофе. На очаге с древесными углями благочестивый старец с оливковым лицом жарил зерна,

вращая над жаровней круглый металлический барабан.

Онг познакомил меня с членами клуба.

— У меня дома сорок птиц,— медленно рассказывает дядюшка Л им — Мербок, шарма, белоглазка, самая маленькая птичка в наших краях. Беда, дети, «несчастные жертвы урбанизации», совсем не интересуются пернатыми. Только внуки помогают, чистят клетки, кормят.

Я рассказал им об одном сингапурце. Он настойчиво убеждал меня купить певчую птицу в роскошной клетке. «Очень выгодное вложение капитала. Эти птицы стоят больших денег» —таков был его резон.

— Мы своих птиц не продаем,— парировал Онг.— Как-то в Гонконге случай привел меня на бойкую улицу, где много чайных домов. Маленькая площадь меж ними была превращена в арену. Зрители кричали, вопили, жестикулировали. Ставки, ставки... Клетка приоткрывается только лишь, чтобы птица могла высунуть клюв и нанести удар противнику в клетке напротив. Если тот уклонился от борьбы — значит, проиграл. Первоначально эти клубы были организованы, чтобы отвлечь людей от пагубной игорной страсти. А итог оказался тот же — ставки, азарт, ажиотаж...

Надо сказать, что и в Сингапуре немало любителей азартных игр. Есть организованные игорные притоны Сделки заключают на площадках для гольфа. В газеты просочилась история о сиам

37

Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Понравилось?