Вокруг света 1982-08, страница 36

Вокруг света 1982-08, страница 36

В Л. К УДИН о в

последний вождь

вколько дней вы еще будете в Сиднее? — спросил меня Фрэнк А., наш торговый партнер, когда мы закончили деловые переговоры.

— Думаю, дня два, не больше. Хочу в субботу возвратиться в Канберру,— ответил я, укладывая в папку бумаги.

— Очень хорошо. Часа три-четыре у вас найдется, чтобы съездить в Лапе-руз к Джое Тимбери?

Уговаривать меня долго не пришлось. Я и сам давно хотел съездить к Тимбери, потому что слышал о нем немало. Все дело в том, что в Лаперузе, маленьком городке — предместье Сиднея, находится резервация аборигенов, старейшая в стране. Она была основана в 1820 году Маккуори, губернатором штата Новый Южный Уэльс, и с тех давних времен в ней обитают потомки первых жителей континента. Сейчас их около двухсот человек. Раньше там было больше аборигенов, но в последние годы многие ушли из Лаперуза в другие места.

Джое Тимбери — глава этой маленькой колонии коренных обитателей Австралии.

Не голландские мореплаватели и не капитан Кук открыли Австралию. Ее первооткрывателями были предки аборигенов, пришедшие на материк с севера примерно тридцать — а то и более — тысяч лет тому назад. Многое на континенте напоминает о коренных жителях. Города, реки, морские пляжи, улицы несут наименования, данные им коренными австралиицами: Бондай, Катумба, Воврал, Парраматта, Вумера, Киама, Иллаварра, Коббарнагадутуна...

В австралийских музеях аборигенам посвящены большие разделы. Этнографы и антропологи сняли десятки научно-популярных фильмов о коренных австралийцах, таких, например, как Джа-гамара с тремя женами и семью детьми.

Чтобы добраться до Лаперуза, нам нужно от центра города проехать пятнадцать километров. Территория резервации не огорожена. Одноэтажные дома на берегу залива, за ними — широкая полоса густой зеленой травы.

Под развесистым деревом в тени ходило^ сидело и лежало с десяток разномастных псов, не обративших на нас никакого внимания. Из-под земли появилась голова собаки. Она выбралась из норы, скрытой травой, отряхнулась и направилась к дереву. Оказалось, что рядом чернеет еще несколько нор. В одну из них, изогнувшись, вползла рыжая собака.

Я никогда не видел раньше, чтобы собаки жили в норах.

— От жары, наверное, спасаются, а

впрочем, кто их знает, —.Фрэнк махнул рукой.

— Я возьму фотоаппарат? — спросил

я.

— Берите,— коротко ответил Фрэнк, закрывая на ключ дверь машины.

Дело в том, что фотографировать аборигенов без их согласия запрещено.

.*От машины до дома Тимбери метров сто. По пути мы встретили несколько мальчишек, да у рдного из домов на одеялах, постеленных на траве, сидели девять мужчин И женщин. Перед ними стояли еда и бутылки. Несмотря на жаркую погоду, почти все мужчины были в пиджаках и галстуках.

Как-то бросалось в глаза, что эти люди почти не разговаривают между собой, словно отбывают нудную повинность. На зеленой траве, в тени дома они напоминали застывшие манекены — до того были малоподвижны. Особенно один — сумрачный широколицый мужчина, обутый в яркие желтые полуботинки с развязанными шнурками. Мы прошли мимо, не возбудив у компании никакого любопытства. В окне показалась женщина в светлом легком платье и вопросительно посмотрела на нас. Это была жена Тимбери.

— Джое дома? — спросил ее Фрэнк.

— Его нет, он в городе,— ответила женщина несколько глуховато, но четко.

— А когда вернется?

— Наверное, скоро. Подождите, — ответила жена Тимбери и отошла от окна.

И тут же из-за дома вынырнул Джое, среднего роста, плотного телосложения человек. Увидев нас, он поднял руку.

— Здравствуйте, друзья! — И подошел к нам, улыбаясь.— Пройдем в дом?

— Может, посмотрим сперва бумеранги, а затем вашу коллекцию оружия? — сказал я.

Через две минуты Тимбери сбежал по ступенькам, неся в руках с десяток бар-ганов — возвращающихся бумерангов.

— Пойдемте-ка туда,— сказал он, указывая на пустырь метрах в двухстах от дома.

Мы последовали за ним.

— Как бросать, я сейчас покажу, а возвращаются они не всегда. Запомните, барган может возвратиться лишь тогда, когда не попадает в цель. Это оружие употребляли только жители морского побережья. Аборигены, жившие в глубине континента, его не знали. Бар-ганы кидают исключительно в летящие стаи. В одиноко летящую птаху, может быть, попадете, но это маловероятно. Так вот, когда барган, брошенный в стаю, быстро вращается, он захватывает какую-нибудь птицу одной из своих лопастей. Под воздействием инерции он

продолжает стремительно вращаться вокруг ее туловища, теребя erg. Летят пух и перья, и птица, оглушенная, падает на землю. Тут надо как можно быстрее добежать до нее... А барган падает рядом с жертвой. Вот если он пролетит мимо цели, то возвратится к метнувшему его человеку. Но кидать нужно уметь. Смот-' рите!

Он положил бумеранги на траву, оставив себе один. Я наклонился и поднял с земли барган. Впервые в жизни я держал не сувенирный, а настоящий бумеранг. Рассматривая его сверху и снизу, я почувствовал себя несколько разочарованным: думалось, что это оружие выглядит более внушительно.

Барган легок. Тому, кто не видел его в полете, он не кажется .грозным. Вес — граммов двести пятьдесят, толщина, наибольшая в месте раствора лопастей,— миллиметров семь.

Бумеранг взмыл в воздух, на мгновение замер на высоте в двадцать пять— тридцать метров, а затем,, ускоряя движение и набирая обороты, скользнул по наклонной прямой на нас. Казалось, что еще секунда-две, и он попадет в Джое или меня. Однако этого не произошло.

Метрах в пятнадцати от нас, на высоте примерно двух метров над землей, бумеранг снова стал набирать высоту и, пролетев над нашими головами, ушел за спину. Я повернулся на сто восемьдесят градусов. Скорость бумеранга уменьшалась, сокращалось число его оборотов; он остановился на высоте около шести метров и словно застыл: ни поступательного движения, ни вращения. Затем начал снижаться, скользя по воздуху прямо к нам, медленно вращаясь. Тимбери протянул руку и ловко схватил бумеранг, с небольшой скоростью подлетавший к нему. Следующие бумеранги он ловил по-разному: то, подняв согнутую ногу, прихлопывал ладонью на своем колене, то останавливал на обратном подлете на своей голове... Мои попытки правильно бросить бумеранг так и не увенчались успехом, хотя Джое, не жалея ни слов, ни времени, объяснял и показывал, как это нужно делать.

— Скажите, Джое,— спросил я,— за сколько лет можно научиться хорошо бросать барган? Как долго учили подростка в племени в старые времена?

— Лет шесть-восемь,— ответил Тимбери.— После инициации юношей занимался опытный охотник, который обучал его всему, что знал сам. Юноша становился как бы тенью своего наставника. Каждый день нужно было добывать мясо, и охотник с учеником все время проводили вместе, выслеживали животных, птиц, ловили рыбу. Постепенно юноша овладевал копьем, вумерой —

34

Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Понравилось?