Вокруг света 1990-06, страница 15

Вокруг света 1990-06, страница 15

t>

П. Я. Пясецкий и его рисунки, сделанные во время путешествия

опиума и чая переместились в область, например, экспорта китайской свинины, о чем и можно было с ними потолковать на местном наречии в просторном и прохладном помещении Бэнк оф Чайна 1 на центральной торговой улице Ханькоу.

Конечно, из хозяев западные коммерсанты давно уже превратились в партнеров, по большей части пайщиков совместных предприятий, число которых достигает ныне в стране 19 тысяч. Может быть, в Ухани их меньше, чем в Шанхае или, скажем, в Шэньчжэне, первой в Китае «свободной экономической зоне», но с тех пор, как провинция Хубэй получила право самостоятельно вести дела с иностранцами, количество смешанных компаний непрерывно росло.

Трудно разобраться во всех проблемах нынешней экономической жизни Китая. Ясно одно — 48 миллиардов долларов, которые сумел привлечь из-за рубежа Китай, делают свое дело. На каждой торговой улице Ханькоу можно насчитать десятки, если не сотни, названий торговых компаний, о которых, кроме их владельцев, возможно, никто и не слышал. Мелких и мельчайших компаний так много, что создается впечатление, будто за сияющими золотом и всеми цветами радуги вывесками стоят слишком слабые экономические силы. Конечно, яркие вывески оживляют улицы городов, а видимое изобилие товаров, от «айбиэмовских» и «макинтошевских» компьютеров до простейших заколок и сувениров, создает картину «рыночного бума». Недоумение вызывает наличие в многочисленных лавках и на уличных рынках тех же, в общем, предметов, что и в близлежащих го

1 Банк Китая (англ.)

сударственных универмагах, украшенных разве что экзотическими «импортными» этикетками. Наряду с официальной существует менее известная «снабженческая сеть».

В этом я и сам убедился, когда познакомился с продавцом магазинчика радиотехники на Цзянханьлу. Его звали Ли Жу. На вид ему было лет сорок, но вполне могло быть и шестьдесят — у китайцев трудно по внешнему виду определить возраст. От него я впервые услышал о тех, кого в Китае называют «даое». Трудно подобрать этому появившемуся несколько лет назад слову однозначный русский эквивалент. Может быть, ближе всего будет «посредник», но произнесенное с полупрезрительной интонацией. В основном «даое» называют (или ругают, в зависимости от ситуации) тех, кто. пользуясь разнообразными, но чаще всего личными или родственными связями, извлекает нетрудовые доходы, устанавливая контроль над движением товаров, главным образом потребительских, на рынке.

Предметом манипуляций со стороны «даое» может быть все, что угодно,— от импортных автомобилей и цветных телевизоров и до более скромных товаров повседневного спроса. «Даое» подразделяют на так называемых «гуаньдао» или «посредников», занимающих официальные посты и связанных со сферой торговли, и «сыдао» — лиц, никакой властью не облеченных и действующих на свой страх и риск. Между теми и другими существует органическая взаимосвязь, и едва ли одни могли бы существовать без других. Отношение к ним у населения примерно одинаковое, разве что к «гуаньдао» претензий больше. Считают, что эти высшие категории, во-первых. и так могли бы прожить безбедно на зарплату Во-вторых, они паразитируют одновременно и на «сыдао», и на потребителях. С деятельностью «даое» связывают расцвет

инфляции и существующий вопреки видимому процветанию рынка дефицит некоторых видов товаров и услуг, а также рост цен в частном и государственном секторах экономики.

На протяжении последнего столетия Китай не раз под влиянием различных внешних и внутриполитических причин «открывался» внешнему миру, чтобы затем, ввиду изменившихся обстоятельств, вновь «закрыться» на определенный срок. Поэтому и явления, связываемые сегодня с деятельностью «даое», в той или иной форме возникали и в прошлом.

Сто с лишним лет назад, когда Павел Яковлевич Пясецкий ступил на ханькоускую землю, губернатором крупнейших центрально-южных про винций Хунань и Хубэй был родной брат могущественного канцлера Цинского императорского дома Ли Хунчжана. Он оставил яркий след в новой истории Китая, особенно связанной с такими крупнейшими событиями, как «опиумная война» и тай-пинское восстание.

Будучи человеком дела, Ли Хун-чжан не только внимательно присматривался к деятельности своих иностранных союзников в войне против повстанцев-тайпинов, но и стремился перенести на китайскую почву технические достижения тогдашнего молодого и зубастого западного капитализма. За тридцать лет пребывания у власти он многое успел, провозгласив так называемую «новую политику», сутью которой было стремление использовать западную технику и технологию ради укрепления могущества Срединной империи.

Ли Хунчжан не особенно был удручен насильственным вторжением держав на континент — в том же Ханькоу присутствие английского военного флота весьма охлаждающе действовало, например, на продвигающиеся на север повстанческие армии тайпинов. Не без его усилий, по-видимому, китайская армия уже

13

Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Понравилось?