Юный Натуралист 1976-08, страница 26

Юный Натуралист 1976-08, страница 26

24

излюбленные места! Значит, не исчезнет с лица земли эта красивая птица, значит, долго будет радовать своими песнями человека.

Вдруг Вячеслав Васильевич умолк и направился к веранде «брудера», где за проволочной сеткой копошились в светлом песке птенцы.

— Кр-р-ру| — резко произнес он, и несмышленые глухарята тотчас бросились врассыпную. Забавно было видеть, как затаились, замерли они в песке.

— Позови глухаря! — предложил мне Вячеслав Васильевич.

Видя мой недоуменный взгляд, он тихонько заверещал языком: «Ала-ла-ла». Птенцы, услышав отбой тревоги, который обычно подает им мать-наседка, снова завозились за сеткой.

«Позови глухаря!» Не правда ли, симво-личны эти слова? Ведь они говорят о том, что редких птиц с успехом можно разводить в неволе. И конечно же, охватывает гордость за ученых заповедника, решающих трудную проблему.

Второй раз посчастливилось мне посетить Дарвинский заповедник в самый разгар лета. Уже стих в лесу гулкий голос ворожеи-кукушки, уже по пояс стояли на полянах лесные травы, а распаленные солнцем сосновые боры источали терпкий смоляной дух. И вода в Рыбинском водохранилище, на берегах которого раскинулся заповедник, как-то поблекла, поседела. Не было уже вокруг весеннего красочного цветения, прозрачной сочности молодой майской листвы, лес заматерел, набрав полную силу, показывая свое величественное могущество и крепость.

И снова ходил я в гости к подросшим уже птенцам глухарей, встречался с учеными заповедника, слушал новые истории, рассказывающие о поиске и упорстве людей одержимых.

Тропы заповедника! Они пролегли не только по лесным чащобам. Они падают с крутизны оврагов, ложатся под ноги болотными гатями, сверкают желтым глянцем прибрежных песков. Одна из них, пролегшая через низкорослый осинник к пружинящим кочкам мохового болотца, свела меня с ученым-герпетологом, заведующей сектором Центральной лаборатории охраны природы, Зоей Васильевной Беловой.

Поначалу я изумился, как осторожно шла она по тропе, чутко ловя каждый шорох. Со стороны могло показаться, что женщина боится чего-то, оттого так осторожно ступает по влажной земле, то и дело озираясь по сторонам, будто вот-вот должно произойти что-то непредвиденное. Иногда Зоя Васильевна останавливалась, сходила с тропы и длинной упругой веткой с развилкой на конце

ворошила густую траву. Может, все бы так и осталось для меня тайной, если бы вдруг не попалась ученой та первая змея. Ловко прижав ее рогулькой, Зоя Васильевна едва уловимым движением схватила гадюку за голову. И та, свиваясь спиралью, забилась, пытаясь вырваться из крепких тисков руки. Все это произошло так скоротечно, что, когда я подошел к Зое Васильевне, она выпускала уже гадюку назад, в траву. Вот когда я услышал страстную речь об огромной пользе змей, которых мы, чего греха таить, нередко стараемся прикончить, то ли из страха, то ли по своей непростительной безграмотности.

Каждый прекрасно знает о целительных свойствах змеиного яда, о лекарствах и препаратах из него, возвращающих людям здоровье. Недаром ведь на эмблеме медицины с древних времен изображена над чашей змея. Это всем, видимо, понятно. Только не каждый знает, как трудоемок сам процесс сбора змеиного яда. В специальных питомниках содержат сегодня змей, в том числе и наших гадюк. Сколько же их нужно отловить, чтобы собрать достаточное количество яда, если от одной змеи можно получить его лишь ничтожное количество. Лучше, конечно, разводить ядовитых змей в питомнике, но вот беда: почти не дают они в неволе потомства. Оттого и уходят в поход ученые, чтобы узнать как можно больше о жизни полезных животных.

Уже не один год приезжает в Дарвинский заповедник Зоя Васильевна. В высоких охотничьих сапогах ходит она по лесным опушкам, торфяникам, спускается на дно угрюмых оврагов. И каждая новая встреча со змеями доставляет ей настоящую радость.

Правда, походы ее спланированы заранее. Известны ученей многие места обитания змей, их охотничьи участки. Наперечет знает она и места зимовок гадюк. Как же иначе — ведь любую пойманную змею Зоя Васильевна сначала обязательно метит, а потом отпускает на свободу.

Вторая змея, пойманная в тот день, оказалась старой знакомой. Зоя Васильевна измерила гадюку, долго рассматривала- ее, а потом, когда пленница, шипя, уползла в заросли, достала блокнот и стала что-то в него записывать.

— Сравню со старыми записями, и все будет ясно, — сказала она.

Вскоре отправились мы домой, в поселок. Лесная тропинка петляла сквозь сосновые боры, березовые рощи. Впереди тропу переходила медведица с медвежатами. Мы остановились, не решаясь приблизить

Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Понравилось?