Юный Натуралист 1982-01, страница 11

Юный Натуралист 1982-01, страница 11

ков побережья Баренцева моря, а по возможности — добраться до острова Вайгач.

Первое дыхание Севера отмечаю в Нарьян-Маре. В Заполярье мороз за тридцать. Еще на аэродроме бросилась в глаза живописная одежда ненцев — малицы. Эти северные шубы из пыжика скроены так, что, когда холодно, руки можно легко вынуть из рукавов и засунуть в карманы брюк. Пустые же рукава топорщатся по сторонам наподобие ласт. Наверное, именно поэтому группа ненцев, терпеливо ожидавших вылет местного самолета, удивительно напомнила мне стайку разновозрастных пингвинов.

По улицам города на равных правах с автомобилями визжащими веерами проносятся собачьи упряжки по семь-восемь собак в каждой. Судя по всему, даже у любого уважающего себя мальчишки есть свои собственные нарты в одну-две собачьи силы. Десятки добродушных псов катают юных каюров с ледяных горок, выносят сани на снежный простор запорошенного льда Печоры.

Оформив необходимые документы в городе, вылетаю на побережье Баренцева моря. Накануне вечером пуржило, но к утру резко похолодало. В Москве по совету бывалых полярников я экипировался весьма основательно, однако в обледенелой кабине самолета вскоре ощутил, что цигейкового полушубка и валенок явно недостаточно. Летчики вскоре заметили мой просчет и пригласили в свой отсек. Здесь, в тепле, расположившись на «жердочке» между первым и вторым пилотами, оттаиваю и приобретаю наконец способность любоваться проплывающей внизу тундрой.

На белой простыне безбрежной равнины кое-где встречаются то отдельные деревца, то небольшие массивы угнетенной ели. Вдоль речек, а может быть ручьев, извилистой цепочкой укрепились низкорослые ивняки. Отполированные ветрами пятна наледей идеальным катком на много километров покрывают поверхность Большеземельской тундры.

Конечный пункт—Каратайка, небольшой поселок, расположенный на побережье, в устье реки Каратаихи. Самолет окружают десятка два «пингвинов», из поселка навстречу несутся нарты. У всех людей приподнятое настроение. Это и понятно. Каждый рейс — это продукты, оборудование, новые киноленты, пись

ма, газеты. К тому же из-за непогоды несколько дней полеты были отменены.

Уже через четверть часа сижу в конторе правления колхоза «Дружба народов» и разрабатываю вместе с руководителями хозяйства дальнейший маршрут.

Мой план — на собаках пройти вдоль побережья Баренцева моря, посетить охотничьи избушки, затем пересечь пролив Югорский Шар и попасть на Вайгач. План заманчив, но его мало кто одобряет. На побережье в любой момент может начаться пурга. Хорошо, если успеешь дотянуть до охотничьей избушки, а не то располагайся на несколько дней в «куро-паточьем чуме» — в сугробе. Другой не менее убедительный довод против поездки состоит в том, что колхоз не имеет ни оленьих, ни собачьих упряжек. Все они находятся в личном пользовании охотников, которые сейчас на промысле.

Вскоре, однако, выяснилось, что в поселок вернулись двое охотников, а на днях они собираются обратно в угодья. Их промысловые избушки находятся на побережье в направлении Вайгача, одна в семидесяти, другая в ста километрах от Каратайки.

Знакомлюсь с моими возможными каюрами. Один из них, улыбчивый коми Толя Анчуков, сразу соглашается помочь — собаки у него сильные. Другой, который постарше, ненецкий охотник Иван Лагейский, колеблется — у него много груза, да и собаки послабей. Наконец соглашается и он. Меня повезет Толя, тяжелый рюкзак — Иван, на границе своего участка Толя передаст меня другому охотнику: от его участка Вайгач близко. Пока же я буду гостить на Вайгаче, ребята обойдут все путики, проверят капканы, и мы опять втроем возвратимся домой в Каратайку.

В восемь утра уже несемся двумя упряжками по заснеженному руслу Каратаихи в сторону Бельковской губы. По берегам встречаются обширные участки карликовой ивы. Из-под снега их вершинки торчат всего на несколько сантиметров. Эти ерниковые заросли — типичное место обитания песцов в период промысла, здесь же скапливается зимой большое количество зайцев и куропаток.

Мне уже известно, что песцов в этом году почти нет, они откочевали в лесотундру из-за неурожая основных кормов — леммингов.

2 Юный натуралист» .V' I

Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Понравилось?