Юный Натуралист 1985-12, страница 29




Юный Натуралист 1985-12, страница 29

28

перекрыл следы, спас их от выветривания. Так, по счастью, и случилось: начались пыльные бури, следы засыпало толстым слоем песка. Затем наступила трансгрессия — вновь пришло море. Но его наступление было спокойным, да и к тому времени следы были надежно укрыты и очень прочно затвердели.

Почему мы так уверенно говорим, что тут было море? Да вот, посмотрите, на обнажении каменного пласта характерный рельеф — волновая рябь. К тому же в образцах породы то и дело попадаются останки двустворчатых морских организмов. Вот и вся история. Да еще за сто миллионов лет горообразовательные процессы повернули эту плиту так, что трудно даже представить себе, что когда-то тут был морской пляж. Можно поблагодарить природу за такой подарок: она не только сохранила следы, но и повернула их так, чтобы нам было удобнее их изучать...

— Работа, которой занимаются ребята, имеет далеко не учебное значение,— рассказывает В. П. Новиков.— Дело в том, что ни один, даже самый полный скелет динозавра не дает представления об образе его жизни, о среде обитания. А благодаря следам мы можем не только узнать, было животное сильным или слабым, хищным или травоядным, плавающим или летающим — в следах зафиксированы даже особенности его походки, способность к неожиданному маневру. Наконец, сопоставляя различные типы следов в одном местонахождении, можно говорить о естественных сообществах динозавров и об их разделении на враждующие или, наоборот, близкие по «духу» колонии. Недаром возникла целая отрасль палеонтологической науки — палеоихнология, изучающая древних животных исключительно по их следам.

Но и это еще не все. Ведь следы динозавров остаются там, где они действительно обитали. Значит, прогулки динозавров оказывают существенную помощь и палеографам: им приходится наносить на карту ландшафты давно прошедших геологических эпох, а также контуры исчезнувших водоемов...

Пока ребята во главе с Валерием Петровичем работают на нашей стороне ущелья, другая половина экспедиции, руководимая помощником Новикова, бывшим его кружковцем, а ныне сотруд

ником Института геологии Вадимом Суп-рычевым, трудится непосредственно на следах. Двое ребят, пользуясь скалолаз-ным снаряжением, взбираются на стену и начинают калькировать следы. Другие с геологическими молотками в руках заняты поисками образцов пород, содержащих проявления меловой фауны,— так объяснили мне кружковцы.

— Игорь! — негромко говорит Валерий Петрович.— Не работай без страховки!

— Не буду, Валерий Петрович,— отвечает Игорь Скрипай, кажущийся отсюда не более муравья.

Вот это акустика! Две высоких отвесных скалы стоят почти параллельно друг другу, образуя узкий горный «переулок» — поэтому каждый звук усиливается в десятки раз, и можно переговариваться, даже находясь на противоположных сторонах ущелья.

— Белемнит! Белемнит!..— слышится с той стороны.

— Это очень редкое ископаемое,— говорит Новиков.— Думаю, ребята путают. Сейчас пойдем посмотрим...

По дороге мы наткнулись на скорпиона. Кого только не встречали мы на своем пути в горных путешествиях: скорпионов, сколопендр, змей, разнообразные колючие и ядовитые растения... И ни разу я не видел, чтобы юные геологи причинили природе хотя бы малейший ущерб. Такое отношение к природе в кружке Новикова — закон.

...В последний раз оглядываюсь на скалу со следами динозавров. Один из них явно был двуногим — ребята сказали мне, что скорее всего это следы шестиметрового зубастого тиранозавра.

Он словно еще где-то здесь... Он не мог уйти далеко. Нашелся пласт породы, в котором встретились два динозавра, в реальности, может быть, отделенные друг от друга тысячелетиями. Нашелся пласт времени, в котором они встретились со мной — жителем глубокого кайнозоя. Нашелся пласт науки, где встретились несколько разных отраслей знаний, объединенных безграничной любовью юных таджикских геологов и их руководителей к родному краю.

М. САЛОП

Фото автора

Рис. В. Перльштейна



Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Понравилось?