Юный Натуралист 1986-06, страница 46

Юный Натуралист 1986-06, страница 46

44

тают такой цвет, когда животное находится в состоянии неистовства. Медленно подошла я к клетке на расстояние нескольких метров и тихо села в ожидании, когда зверь успокоится. Но он продолжал бросаться на дверь, сделанную из металлических прутьев, злобно рыча при малейшем моем движении.

Неожиданно меня осенила мысль — ответить ему рычанием. Я приложила все старания, чтобы как можно лучше воспроизвести глубокий звук. Этот звук озадачил леопарда, и он тотчас же замолчал, Животное смотрело на меня с ненавистью и стало медленно пятиться в дальний угол клетки, ни на секунду не сводя с меня глаз. Там леопард приник к полу и стал следить за мной, прислушиваясь к моему рычанию. Через некоторое время я прекратила этот «диалог». В одно мгновение леопард, как пуля, бросился в ярости на дверь, пытаясь вырваться наружу. Снова я зарычала, и снова он затих и отошел в глубь клетки, сохраняя спокойствие до тех пор, пока я продолжала рычание. Постепенно я перешла от рычания к мягкому мурлыканью, которое, казалось, действовало на него успокаивающе. Но, как только я прекращала мурлыкать, он снова бросался с рычанием на дверь. Мне все-таки очень хотелось зарисовать леопарда, и я вынуждена была мурлыкать без остановки до возвращения Джорджа.

Было уже далеко за полдень, и это было самое лучшее время, чтобы выпустить зверя на волю. И вот около маленького ручья у подножия утеса мы осторожно открыли дверцу и долго наблюдали, как удалялся леопард в лучах заходящего солнца. Для всех нас это был самый счастливый момент.

МОЛОЧНЫЙ ФИЛИН

...Это случилось совершенно неожиданно. Как-то в полдень, пробираясь через кустарник, я обнаружила большую птицу, которая судорожно билась на земле, хлопая одним крылом и волоча другое, словно сломанное. Казалось, она совсем обессилела. Когда я осторожно приблизилась, птица попыталась подняться, но безуспешно. И тут я заметила, что один глаз у нее сильно поврежден, а пух вокруг глаз вырван. С виду, судя по пепельно-серому пуху, это был еще птенец, однако его когти не уступали когтям леопарда. К тому же он обладал внушительным клювом.

Я не осмелилась взять сама эту «страшную» птицу и поэтому попросила лесника, всегда сопровождавшего меня на прогулках, вернуться домой и передать Джорджу, чтобы он приехал на «лендровере» и привез с собой плотную материю, которой можно будет «спеленать» птицу. А пока я села примерно в метре от нее. Через некоторое время птица открыла здоро

вый глаз и посмотрела на меня. Я вела себя тихо и этим завоевала ее доверие, она постепенно поднялась, приняв полусидячее положение.

Вскоре послышался шум приближающейся машины, который, казалось, привел филина в ужас — он упал на землю, притворившись мертвым. Затем, немного придя в себя и не сводя с меня своего неповрежденного глаза, птица забилась, припадая на больное крыло. Приехавший Джордж приблизился к нам очень медленно, держа в руках мешок. Как только он подошел к птице на расстояние вытянутой руки, филин распластался на земле с закрытыми глазами. Но, сажая его в мешок, мы все же соблюдали осторожность, чтобы он не мог оцарапать нас своими мощными когтями.

Я очень бережно держала на коленях раненую птицу во время нашего возвращения домой, однако филин не проявлял признаков жизни. Казалось, нам ничего не оставалось делать, как похоронить его. Однако Джордж еще не терял надежды. Мы поместили филина в огороженный загон, который когда-то львица Эльса занимала ночью, положили у его ног специально подстреленного голубя.

Спустя час мы вернулись и убедились, что птица, хотя и лежала в другом положении, выглядела по-прежнему безжизненной. Однако голубя не было. Джордж улыбнулся и отправился подстрелить еще одного, которого также оставил рядом с филином. В следующий раз мы приблизились к загону очень тихо и увидели, как филин усердно, с аппетитом расправляется с голубем, но, как только он нас заметил, тотчас же как подкошенный упал «замертво».

С этого времени филин, завидя какое-либо живое существо, сразу же повторял свой прием и прикидывался мертвым, даже тогда, когда мы заставали его цепляющимся за сетку. Однажды, пытаясь узнать, сколько времени филин еще будет пребывать в таком неудобном положении, я зарисовала его, когда он свисал с сетки, почти перевернувшись вверх брюшком. У него было больше терпения, чем у меня, и он продолжал свою плутовскую инсценировку до тех пор, пока я не сжалилась и не ушла.

Интересно было наблюдать, как многие из небольших птичек, которые гнездились неподалеку от загона, безбоязненно пробирались сквозь сетку и пили из резервуара фонтана, хотя филин сидел всего в нескольких метрах, наблюдая за «гостями» одним широко открытым глазом.

Спустя два месяца поврежденный глаз филина совершенно потерял зрение, но это, казалось, не было помехой для быстрой реакции птицы, и, поскольку хитрый и изобретательный филин постоянно вводил нас в заблуждение, мы решили, что настало время выпустить его. Однажды утром мы открыли филину путь к свободе, и после нескольких нерешительных взмахов крыльями он поднялся в воздух и исчез из виду.

Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Понравилось?