Техника - молодёжи 1939-10-11, страница 64




Техника - молодёжи 1939-10-11, страница 64

нимаю отчасти и хозяйственников. Вы, наверное, помните историю с ленинградским квази-ученым Гофманом? Она показывает, что среди нас есть и жулики и вредители, стремящиеся дискредитировать самую передовую, самую прогрессивную область знания.,. Конечно, трудно разобраться в нашей «тонкой механике», кому тут можно, а кому нельзя доверять...

Нарком встал, добродушно улыбаясь.

— Ничего... разберемся. — Он взял трубку.—Товарищ Витковский? .Да, да, добрый день. Вот что, уважаемый, сейчас к вам придет инженер Тунгусов... Да, он самый... Займитесь им как следует, 'все его претензии должны быть 'удовлетворены возможно быстрее. Составьте вместе с ним заявку, копию дайте мне.

А вы,— сказал: он, снова обращаясь к Тунгусову,—не стесняйтесь, требуйте все, что нужно для успеха. Заказы выполним, денег дадим, сколько потребуется.., Сушилку эту надо сделать во что бы то ни стало. А потом пойдем и дальше... Очень прошу вас держать меня в курсе дела. Вот вам мои телефоны. Если встретятся какие-нибудь затруднения, если понадобится помощь, звоните непосредственно мне в любое время дня и ночи...

— Не понимаю... — заикаясь от волнения, пробормотал Николай. Впервые в жизни он почувствовал, что тронут вниманием. У него защекотало где-то глубоко в носу.— Не понимаю, чем я заслужил такое доверие, товарищ нарком... Но я его оправдаю.

Он схватил бумажку с номерами телефонов наркома, крепко стиснул протянутую ему руку и быстро вышел.

— Профессор Ридан, — доложил секретарь, входя в кабинет.

— Ридан?.. Физиолог? — удивился нар-,ком.

— Очевидно, он.

— Просите, просите...

Они встретились, как старые знакомые, очень давно не видевшие друг друга, хотя едва ли они когда-нибудь виделись. Нарком хорошо знал имя Ридаиа, одного из первых ученых, без колебаний примкнувших в свое время к социалистической революции, знал его славу крупного хирурга, слышал и о недавнем выступлении профессора, прерванном внезапным припадком бо-

— Вас, вероятно, удивляет появление человека, столь далекого по своей специальности от вопросов промышленности... — начал Ридан.

— Вот н ошибаетесь, — смеясь, ответил нарком, — нисколько я не удивлен. К нам теперь все идут, и я думаю, что сейчас не найдется ни одного ведомства, ни одной отрасли знания, которые не были бы кровно заинтересованы в промышленности. Однако, как вы себя чувствуете, профессор? Я слышал, вы болели.

— Вы слышали о моем провале в Доме ученых...

— Почему «провале»? Говорят, доклад был очень интересен.

— Может быть... Но я выступал не для того, чтобы забавлять публику. Мой доклад преследовал определенную, очень важную для моей дальнейшей работы цель, которой я так и не достиг. Какая-то минутная слабость, непонятный шок, не подходящий под определение «болезнь», заставил меня прервать доклад... И именно провал, а не «болезнь» —основное значение этого инцидента. Он, собственно, и привел меня к вам.

Нарком пристально посмотрел на бледное лицо ученого. Ридан еще не вполне оправился от потрясения, вызванного неудачей с физиками и непонятностью самого «шока», для которого он не нашел никаких оснований в своем организме. Печать озабоченности тронула его живые глубокие глаза.

— Скажите, сколько часов в день вы работаете? — спросил нарком. — Или, лучше, Сколько вы отдыхаете?

Легкая улыбка шевельнула усы Ридана, обычным лукавством оживились глаза.

— А вы, товарищ нарком? —спросил . он вместо ответа.

Нарком, смешавшись, отвел глаза и тоже улыбнулся. Всем известна была его манера совершать после работы в наркомате внезапные прогулки «для отдыха», причем местом таких прогулок всегда оказывались заводы, требовавшие в данный момент особого внимания наркомата.

— Ведь нам с вами по полвека приблизительно, — продолжал Ридан.—Отдыхать, вы говорите? Как это отдыхать? Только голова может заставить нас отдыхать, она управляет человеком, товарищ нарком. Я могу дать отдых рукам, желудку, даже сердцу... Но мы с вами работаем головой... Как же быть с ней, когда она сама не хочет... не может отдыхать?!

Они сидели друг против друга, пожилые, крепкие еще, внимательные, и молчали несколько секунд.

— Вы правы... — сказал наконец нарком, смотря в сторону. — Нам этого сделать нельзя. Никакой отдых не заставит наши головы прекратить работу.

После некоторой паузы он спросил:

— Чем же я могу помочь вам?

Ридан рассказал вкратце о своем открытии, о «конфликте с физикой». Решение величайшей физиологической проблемы кроется в области, недоступной ему. Нужна помощь. Промышленность объединяет все лучшие технические силы страны. Она, конечно, знает выдающихся радиотехников, конструкторов-изобретателей...

— Укажите мне человека, которому я мог бы поручить разработку генератора. Если такой человек найдет, что задача не безнадежна, и согласится взяться за ее решение, дайте мне его. Вот все, что я прошу.

Нарком нашел, что удовлетворить просьбу—дело совсем несложное. Он направит его к представителю главка электротехнической промышленности, который и ' укажет ему нужное лицо. Товарищ Витковский прекрасно знает людей радиопромышленности, Нарком тут же позвонил ему и предупредил о посещении профессора Ридана.

— Да, кстати, — спросил он Витковского,—инженер Тунгусов ушел? Нет? Прекрасно, пусть зайдет ко мне сейчас же.

В этот момент загудел другой телефон. Наркому напомнили, что через несколько минут начнется заседание Совета народных комиссаров. Опаздывать нельзя. Он очень жалеет, что приходится прервать беседу. Но, кажется, все, что нужно, сделано?.,

Они. вместе выходили из кабинета, когда показался Тунгусов. Нарком остановился.

— Вот, товарищи, — сказал он, — познакомьтесь и поговорите... Мне кажется, это будет полезно Вам обоим. — И он ушел.

Оставшиеся в некотором недоумении протянули друг другу руки, назвали фамилии. Несколько мгновений длилось неловкое молчание. Оба не знали, как начать разговор.

— Вы... из главка электротехнической промышленности? — спросил наконец Ридан.

Тунгусов улыбнулся:

— Я только что хотел задать вам этот же вопрос... Очевидно, мы оба «посетители»?

— Очевидно.;. О чем же нам «поговорить»?

— Непонятно.

— Я думаю, вот о чем,— сказал Ридан, глядя на часы. — Скоро уже кончится служебное время, а мне еще нужно успеть к представителю главка. Наш с вами разговор как будто не срочный, а этот у» меня не терпит отлагательства. Но уж если нарком велит познакомиться и поговорить, надо слушаться. Вы бы не могли зайти ко мне домой сегодня или в один из ближайших вечеров?

Николай согласился, записал адрес профессора, и. они распрощались. Сделав не

сколько шагйв, Ридан вдруг остановился, обернулся и, окликнув инженера, снова . подошел к нему.

— Только вы непременно придите,— сказал он. — И не откладывайте.

— Нет, нет, конечно, — ответил тот.

Узнав у секретаря, как пройти к Вит-

ковскому, Ридан вышел из приемной.

Наркомат гудел, как гигантский улей перед закатом солнца. Наступали «часы пик», последние часы рабочего дня, когда люди, боясь оставить незавершенными свои дневные дела, теряют спокойные темпы, начинают торопиться и нервничать. В эти часы в широких коридорах возникают шумные потоки сотрудников и посетителей, люди разыскивают и ловят друг друга, уезжающих из наркомата с последними поручениями останавливают на лестницах и. сверху, сквозь пролеты этажей, бросают им забытые указания начальства. Телефоны дребезжат звонками. Девушки на коммутаторе, с заметно уже посветлевшими губами, совсем перестают разговаривать между собой. А внизу у подъезда рокочут моторы просыпающихся машин...

Разговор с Витковским неожиданно оказался гораздо более сложным и долгим, чем разговор с наркомом. Профессору нужен высококвалифицированный конструктор? О, у нас есть замечательные работники, главк позаботился о том, чтобы подобрать и учесть людей, —сами понимаете, какие ответственные работы приходится выполнять электротехнике... Но они все тонко специализированы, нужно знать, какие именно задачи предстоит решать. Высокочастотный генератор? Ну, по генераторам у нас целая армия! Но какой именно генератор? Для каких целей? Очевидно, нужна специальная конструкция, вероятно медицинский?..

Ридан смотрел на небритое одутловатое лицо говорливого собеседника, на его пухлые пальцы с «траурными» ногтями, перебиравшие списки специалистов, и неохотно выжимал из себя подробности своих замыслов, несмотря на то, что представитель главка как будто уже и сам живо заинтересовался разговором. Ридан предпочел бы вместо всех этих объяснений дать ему несколько советов чисто гигиенического характера.

— Ну вот, теперь ясно,— сказал наконец Витковский, — вам нужен... Виклинг. Знаете, какой это человек? — добавил он, снижая голос почти до шопота, хотя в комнате никого не было. — Это один из лучших молодых конструкторов крупнейшей иностранной фирмы. Он недавно приехал, чтобы передать нам. одно свое изобретение военного характера, Человек надежный и, несомненно, очень талантливый. Правда, он сейчас занят... но йа-днях закончит одну работу., Если хотите, я направлю его к вам.

— Пожалуйста, пожалуйста, — сказал Ридан и, попрощавшись, торопливо вышел. 1

Собственно говоря, все шло пока отлично. Похоже, что дело налажено. Конструктор знаменитой фирмы, изобретатель и как раз высокочастотник — ведь это удача!..

Но какой-то неприятный осадок остался у Ридана от этого свидания. Витковский вынудил, — да, да, именно вынудил его, — рассказать больше, чем этого требовал деловой разговор с совершенно незнакомым и к тому же не очень-то приятным человеком... Правда, ничего конкретного о своей идее он не сказал, но масштаб, значение работы в беседе выяснились. Не так уж это было необходимо... То, что можно было сказать наркому, совсем не обязательно знать этому дяде. Ридан чувствовал себя так, как будто он пожал руку недобросовестному человеку.

События последних дней нарушили то состояние прочного внутреннего равновесия, которое всегда было свойственно профессору Ридану. Все началось с этого проклятого «шока»., Что же это, наконец,

62



Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Понравилось?