Техника - молодёжи 1993-10, страница 59

Техника - молодёжи 1993-10, страница 59

знать, как обращаться с книгой. И Кикимора при всем желании не смогла бы принести много зла, если бы не попала в заколдованную пещеру. Она не знала о волшебных свойствах пещеры.

Тому, кто попадал в это место, не нужна была волшебная книга. Сама пещера была местом исполнения всех желаний. Именно поэтому для всех существ, обладающих разумом и воображением, пещера таила неожиданные опасности. Здесь оживали страхи, видения и фантазии; здесь сон превращался в явь, здесь исполнялось все — желаемое и ненавистное, то, что было мечтой, и чего человек боялся и втайне от самого себя хотел загнать в самую глубину души.

Обо всем этом Кикимора догадываться не могла, но она постоянно мечтала о черном кактусе, который бы исполнял желания, и он появился, словно по волшебству.

Потом она стала мечтать об огромном, разросшемся, словно дерево, чудовище-кактусе со множеством волшебных колючек. И тот стал расти как на дрожжах.

С тех пор Кикимора жила в пещере и растила свой черный кактус, отрывая колючки и исполняя свои тайные желания.

Никто не догадывался, зачем она это делала и что замышляла в будущем.

Однажды она прилетела в замок на «Стрекозе» и попросила волшебника выгнать всех домовых. Только в этом случае она обещала вернуться и помочь в поисках пропавших любимцев.

Старый добрый волшебник весьма удивился желанию Кикиморы и попробовал помирить ее с домовыми, ведь, как все очень добрые старые люди, он был наивен и простодушен. Конечно, из этого ничего не вышло, лишь домовые затаили обиду, а Кикимора пуще прежнего обозлилась и на прощанье пообещала, что устроит им веселенькую жизнь... Что это должно было означать, никто не знал, но с тех пор каждый день налетали вихри и ураганы, бушевали сильные грозы и все чаще содрогалась земля под стенами замка.

— Так, значит, ее рук дело эти землетрясения? — спросил Летун.

— И эта трешина на стене? — насупился Морозилка.

— Она это делает не нарочно. Ведь ей хорошо известно, что ничье колдовство не действует внутри замка. Самый могущественный из волшебников может наслать бурю или ураган, и это злое желание исполнится в любой точке Вселенной, но только не там, где есть кто-то, умеющий отвести колдовство. Я объяснил Кикиморе, что умею противостоять ее злым чарам.

— Дудки...— проворчал домовой — Она сидит в волшебной пещере и только и знает, что кидать в огонь колдовские травы. И когда-нибудь мы все-таки взлетим в воздух...

— Она ничего не знает о свойствах заколдованной пещеры, — сказал волшебник.— А кактус, с помощью которого она добывает травы, нам не опасен...

— Это было давно и неправда! Говорят, этот кактус вырос с тех пор и заполнил собой полпещеры. А чтобы он рос поскорее, эта ведьма скармливает ему зайчат и детенышей старой лосихи, которых она одного за другим вылавливает по ночам...

— Но ведь кактусы не едят кроликов! — удивился Летун — И тем более детенышей старой лосихи!

— Ерунда...— повторил домовой.— Это тоже было давно и неправда! Кто вам сказал, что это обыкновенный кактус? Говорят, на нем давно уже повырастало множество черных щупалец с острыми, как нож, когтями, а там, где за день вырастает огромный бутон с голову человека, в полночь раскрывается не цветок, как у обычного кактуса, а хищная пасть со множеством очень острых зубов. И в такую пасть каждую ночь эта ведьма бросает маленького зверька... А от этого шипы на теле чудовища становятся такими крепкими, что Кикимора срезает их огромными кусачками... И шепчет при этом страшные заклинания.

— Поэтому и набросились на наш остров разные стихийные бедствия? — наседал Летун — Оттого и треснула эта стенка?

— Я не думаю,— сказал волшебник — Не думаю, что она специально насылает землетрясения. Но Кикимора, безусловно, много колдует, и вся сила, заключенная в колдовстве, обрушивается на нас, как волна цунами, которая слепо смывает лежащие на ее пути человеческие жилища И если Кикимора не прекратит свое бессмысленное колдовство, которое

ей не под силу обратить против нас, наш остров все равно пострадает в невиданной катастрофе, которая в скором времени разразится по вине неумелой колдуньи...

— Так что ж мы ждем-то? — обиделся домовой — Пока этот зверь не вырастет в людоеда и не съест всех нас? Пока наш замок не рухнет в преисподнюю, а мы окажемся на дне морском?

— Завтра я отправлюсь в пещеру и попробую поговорить с Кикиморой,— сказал волшебник — Я все беру на себя, а сейчас советую всем пойти отдыхать.

С этими словами, пожелав спокойной ночи, волшебник ушел. Но домовой и, казалось бы, усталые после бессонной ночи путешественники и не думали ложиться спать.

Всем было не до сна. Домовой приоткрыл дверь и стоял, прислушиваясь, пока шаги волшебника не затихли в дальнем конце коридора.

— Он не должен идти туда завтра! Его нельзя пускать одного. Ведь он чересчур наивен, как все настоящие добрые волшебники... и поэтому не понимает самых очевидных вещей...

— Мы пойдем туда завтра вместе с ним! — сказал Морозилка.

— Мы отправимся туда сейчас же —одни! Ведь самого страшного я еще не сказал, чтобы не пугать старика... Он и не догадывается, что нельзя терять ни минуты. Ведь черный кактус давно уже не просто чудовище, заполнившее полпешеры. Это ненасытный спрут, который растет не по дням, а по часам. Быть может, он уже заполнил собой всю пещеру, а его щупальца дотянулись до берега и скоро доберутся до нас по морскому дну...

Лешие теперь боятся подходить к Черной горе. Ночью щупальца высовываются из пещеры и хватают всех, кто попадается на пути.

— Но это же так опасно! — сказал Прозрачник.— Как мы справимся с этим кровожадным драконом?

— Мы сможем справиться с ним только утром, оно уже вот-вот наступит. Дело в том, что при свете дня страшный зверь превращается из хищника в обыкновенное растение. За ночь к утру отцветают хищные цветы, а новые бутоны кактуса распускаются лишь к полуночи. Целый день спит непробудным сном и сама Кикимора. Поэтому с первыми же лучами солнца мы должны появиться в пещере, чтобы опередить волшебника и все сделать самим до его прихода.

— А что... мы должны будем сделать до его прихода? — затрепетал Прозрачник, обомлев от страха.

— Мы должны будем связать Кикимору,— сказал домовой,— и сонную доставить ее сюда. Ведь чудовище подчиняется только ей... да и существует на свете благодаря ее больной фантазии. Как только мы увезем Кикимору из пещеры, оно исчезнет, как ночной кошмар, который кончается, лишь стоит проснуться...

Хлопнула дверь. Сквозняк принес запах дождя и леса.

— Слишком поздно...— сказал незнакомый, задыхающийся от спешки голос.— К сожалению, вы опоздали...

В дверях стоял кто-то высокий, худой, как жердь, в зеленых, ниспадающих на пол лохмотьях, с зеленой бородой и длинными седыми волосами — он был похож на высокую, заросшую лишайниками ель, какие растут в самом темном лесу.

— Ваш план неосуществим! — повторил вошедший, склоняя пониже голову, чтобы голова не упиралась в потолок. Вокруг него образовалась лужа стекавшей с лохмотьев дождевой воды. Это был леший, которого в замке видели в первый раз.

— Я приплыл на плоту,— задыхаясь от волнения, продолжал старик.— Меня послали за помощью, потому что приключилась беда...

— Мы и сами собрались плыть за Кикиморой,— сказал домовой.— Через час мы заставим ее покинуть пещеру.

— Бесполезно,—покачал головой Леший —Кикиморы больше нет...

— Что? — спросили все в один голос — С ней что-то произошло?

— Ее проглотило чудовище этой ночью... Оно вышло из подчинения и сожрало хозяйку. Сейчас щупальца охотятся по всему лесу — ловят птиц и зверей, даже нам, лешим, опасно подходить к пещере...

Не успел леший договорить, как странное шуршание донеслось из камина и что-то мягко шлепнулось на раскаленные угли из дымохода. Оно было черное и блестящее...

56

Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Понравилось?