Вокруг света 1955-05, страница 63

Вокруг света 1955-05, страница 63

и на этом превращения скалы не закончились. Когда друзья, изрядно утомленные, полезли уже прямо на ту сопку, на которой она высилась, она вдруг выкинула новый фортель: с какой-то точки стала поразительно смахивать на круглоголовую кошку, стоящую на задних лапках. Через двадцать минут Игорь находил уже, что это сова, сидящая на суку, а Саша уверял, что больше всего скале подошло бы название «Луна, выглядывающая из-за облака».

— Чорт бы побрал эти скалы! — воскликнул он, сбрасывая рюкзак и вытирая пот. — У меня в блокноте изображен целый зоопарк — и все это одна и та же каменная образина.

— Человеческий глаз, — назидательно сказал Игорь, — дорисовывает воображаемое там, где видит только отдельные штрихи. Эта способность глаза соединять случайные пятна и линии в осмысленную картину известна еще с древности. Приходится признать, что Зарудный так скрыл свой клад, что найти его практически невозможно. Но, во всяком случае, ты познакомился с тайгой, так что нечего тужить.

— Как? Уже отказываться? — возмутился Саша. — После первых двух неудач!

— Пожалуйста, — пожал плечами Игорь. — В сказках все загадки раскрываются с третьего раза. Какую следующую глыбу хочешь гы осчастливить своим посещением?

— Ну, вон ту хотя бы. Она совсем рядом и к тому же похожа на скамейку. А скамейке обернуться в жирафу ничего не стоит. Важно только, с какого боку подойти.

Но скала «Скамейка» упорно не желала превращаться ни в какого зверя, как ни крутили вокруг нее, сбив себе ноги, оба приятеля.

Они заночевали у «Скамейки», а утром двинулись обратно в го-род. По дороге Саша время от времени останавливался, рассматривал внимательно камни, попадавшиеся в ручье, обрывистые склоны, откалывал молотком кусочки пород, а в одном месте они вырыли вдвоем небольшую яму. Игорь охотно помогал брату, но геолог, несмотря на все страстные поиски, не обнаружил ни золотой жилы, ни каких-либо других интересных кладов земли.

Когда они подходили уже к городу, Саша обратил внимание на какие-то царапины, прочертившие голый склон одной сопки.

— Что это?

— Японские окопы. Тут, брат, во время гражданской войны и интервенты были. Семенов ведь не от себя действовал.

—- Да, прошлое напоминает о себе здесь на каждом- шагу,4 — задумчиво сказал геолог, когда братья проходили мимо скромного красного обелиска, обнесенного

невысокими тумбами с железными прутьями, — братской могилы партизан. — Благородная твоя профессия, ничего не скажешь.

КОЛЛЕКЦИЯ СКАЛ

— Ну и дураки же мы с тобой! — говорил на другой день Саша своему брату за утренним чаем.

— Что случилось? — удивился тот.

— Да предприняли эти кустарные розыски тайника Зарудного. Этот допотопный плашкоут, пеший способ передвижения, сутки на осмотр одной скалы, когда их все можно разглядеть за полчаса.

— Каким же это образом?

— А ты действительно, кажется, зарылся в бумаги, как архивный крот, — с деланым сожалением разглядывая двоюродного брата, произнес Саша. — Знаешь, что я тебе скажу? Ничего у тебя не выйдет из изучения одних архивов, если ты не будешь обращаться к смежным и даже совсем не смежным наукам. Не только к истории, например, а и к таким областям знания, как, скажем, аэрогеодезия.

— Аэро... — Игорь машинально поднял голову и посмотрел в угол террасы, где виднелся клок голубого неба. — А зачем мне?

— Может пригодиться. Я в данном случае имею в виду самую обыкновенную аэрофотосъемку. Ведь в городе базируется картографический отряд. Я сам видел вывеску на одном доме.

— Сюда много приезжает разных экспедиций каждый год.

— Разных? Эх ты, ребенок! Нам с тобой сейчас нужна одна — картографическая.

— Что же, ты будешь по карте искать скалы? — недоверчиво произнес Игорь. — Ты, брат, помешался на своей идее. Может быть, никакой скалы-тайника и нет. Два слова, оброненных Зарудньш в бреду, могли означать что угодно. Ему мог присниться страшный фантастический сон. Бывает, несколько раз снятся одинаковые сны.

— Чтобы доказать или осуществить какую-нибудь идею, — серьезным тоном возразил Саша, — нужно быть почти маниакально одержимым ею. Об этом свидетельствует история любой науки. Это и придает исследователю силы и настойчивость.

— Ну-ну, — Игорь с сомнением посмотрел на Сашу, не зная, шутит он или говорит всерьёз. — Но ведь не все маниэки — гении. Что же ты хочешь, одержимый брат мой? Тебе, я вижу, опасно показывать исторические документы. И вообще ты не мог бы работать в архивах. По поводу каждой находки, случайного слова ты стал бы строить самые рискованные предположения, а при твоей необузданной фантазии...

57

Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Понравилось?