Вокруг света 1976-09, страница 24

Вокруг света 1976-09, страница 24

больше, чем любую другую страну британского Содружества.

— Знаете, что это за холмы? — спросил Сэмюель, когда мы подошли к поросшей мхом, почти сровнявшейся с землей каменной гряде. — Говорят, еще крестоносцы хранили в пещерах под ними провиант и боеприпасы. А в последнюю войну эти пещеры служили для мальтийцев бомбоубежищем.

Мы стояли у входа в полуразрушенный лабиринт. В податливом известняке были прорезаны многочисленные комнаты и коридоры.

— То письмо, что я получил из Валлетты,.. — продолжал Сэмюель. — Там было написано, что дед погиб именно в этих пещерах, во время одной из бомбежек. На каждого горожанина в них выделялось два квадратных фута. И жить под землей приходилось подолгу. Говорят, за весь сорок второй год было только тридцать шесть дней, когда воздушные армады Геринга не появлялись над островом. Бомбы сносили целые улицы этого пещерного городка.

ИСТОРИЯ БОЛЬШОЙ ГАВАНИ, РАССКАЗАННАЯ СЫНОМ РЫБАКА

Корабль стряхнул в воду коряги якорей и застыл в центре мальтийской бухты Грэнд-Хар-бор. Впереди, за полосой бирюзового бархата моря, лежал берег — зубчатые башни старых крепостей, мощные стены бас-стионов.

От судна фдин за другим отходили паромы с пассажирами. Сэмюель стоял у трапа и оживленно беседовал с гребцом дгай-сы — яркоцветной остроносой мальтийской лодочки.

— Ну, как вам нравится этот прогульщик?! — обратился ко мне Хаггарт, правда снизив голос, так чтобы лодочник не слышал. — Его зовут Томас. Утверждает, будто учится в университете в Валлетте. Может, и так, но я подозреваю, что именно вместо очередной лекции он берется подвезти нас сейчас до берега.

В дгайсе, качавшейся на волнах, стоял долговязый загорелый парень. Видимо, он уловил что-то из нашего, разговора, потому что немедленно вступил в беседу:

— Почему вы думаете, что я занятия пропускаю? Экзамены-то я сдал досрочно, и теперь

есть время помочь отцу. Он рыбак, дгайса эта его. Туристы приезжают каждый день, так что к вечеру три-четыре фунта всегда в кармане.

— Непостижимо! — удивлялся Сэмюель. — Помню, ребята нашего квартала дразнили студентов Королевского университета «белыми воротничками». Тогда простым мальчишкам и мечтать нельзя было о высшем образовании.

— Времена меняются, сэр, — возразил Томас. — Королевского университета, например, больше не существует. Есть национальный университет Мальты. Независимой, заметьте, Мальты.

Сэмюель чTjQrjо пробурчал себе под нос и устроился рядом со мной на корме лодки. Томас налег на огромные трехметровые весла. Послушная его мускулистым рукам, дгайса поплыла к берегу.

— Отец называл эту гавань «бутылкой». Знаете, почему? — переменил тему Сэмюель. — Грэнд-Харбор со всех сторон закрыта высокими берегами, а вход в нее узкий, как бутылочное горлышко. Здесь могут укрыться сотни кораблей. Морские лоции называют Грэнд-Харбор лучшей гаванью мира.

— А что за крепость прикрывает вход в бухту? — поинтересовался я.

— Это и есть форт Святого Анджело — самый большой на острове. Как раз по его маяку находили и находят гавань корабли...

Хаггарт готов был продолжать рассказывать, но я заметил, что перевозчик внимательно слушает нас, и поэтому спросил:

— Чем вы занимаетесь в университете?

— Историей... Историей Мальты.

— Для сына рыбака занятие не совсем обычное, — некстати и с непонятной иронией вмешался Сэмюель.

— Отец тоже считает: было бы лучше, если бы я занялся чем-то более практичным. Делом, как он говорит. Какой толк, не понимает, копаться в том, что натворили в средние века эти разбойники — рыцари Мальтийского ордена.

— Справедливо, — подтвердил Сэмюель. — Тем более Мальтийский университет всегда славился в первую очередь наукой мореплавания. А зубрить историю крестоносцев — проку мало.

— Странно, что образованный человек говорит такое, — обиделся Томас. — Не такая уж бесполезная наука — история. Да и прошлое мальтийских рыцарей не

столь бесславно. Взять хотя бы знаменитую осаду острова в 1565 году. Слышали о ней? Так вот, здесь, в этой самой бухте, высадилась на двухстах судах сорокатысячная турецкая армия капудан-паши Пиаля. И девять тысяч рыцарей, тяжеловооруженных всадников и солдат под предводительством гроссмейстера ордена француза Жана Паризо де Ла-Валлетта в течение трех месяцев защищали город. В живых осталась только тысяча, но и турки потеряли половину своего войска. Вы только сопоставьте эти цифры! В конце концов турки убрались восвояси, а мальтийцы назвали свою столицу Ла-Валлет-той.

—* Удивляюсь и не могу понять, — продолжал Томас, — почему многие связывают историю Мальты только с правлением ордена Иоанна Иерусалимского? Ведь началась-то она не в средние века, а почти шесть тысяч лет. назад. Да и рыцари-то властвовали здесь менее трехсот лет. Первый документальный след в истории острова оставили финикийцы, это почти три тысячи лет назад. Затем — греки.

— Они, кажется, и дали название острову?

— Да, Мелита — в переводе с греческого «Медовый остров». Мальта действительно долгое время славилась медом. Да и не только медом, а сладкоречивыми нимфами. По преданию, нимфа Калипсо, у которой Одиссей провел целых семь лет, жила именно здесь.

...Греков разгромили воины Карфагена. Карфаген пал, а остров перешел к Великому Риму: римские патриции любили приезжать сюда на отдых. Далее: нашествие вандалов. Рим трещит, а мальтийские острова скоренько прибирают к рукам византийцы, затем арабы. Они пробыли на острове около двухсот лет.

— Так ведь как раз арабский язык и лег в основу мальтийского.

— Точнее сказать, один из диалектов арабского, хотя в нашем языке много заимствований и из других языков. Но письменность основывается ча латыни, которой наши предки выучились у римлян. Арабов сменили норманны, создавшие в Южной Италии свое королевство. И только много позже на острове высадились крестоносцы.

Томас медленно пробирался к одному из свободных причалов. Над нашими головами каменным лбом нависало шершавое тело

22

Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Понравилось?