Вокруг света 1978-11, страница 30




Вокруг света 1978-11, страница 30

вают тебя на палубу катером. Мерц сошел с ума от этой камеры, гула и жажды, и он, Торайк, рехнулся вместе с ним. Ладно, решил Торайк, надо умереть с честью. В катер он не верил. Он верил в автомат...

Все произошло так, как рассчитал Мерц. Торайк отлетел в сторону от удара его ноги, но солдат уже оказался внизу — Мерц ухватил его за волосы и буквально вдернул внутрь. «Быстрее!» — услышал Торайк и наткнулся на что-то (Мерц уже совал ему автомат). Солдат стонал, мычал как корова: «Мм-м...»

— Сволочь! — сказал ему Мерц и подтащил ближе к люку. — Давай!

Он схватил Торайка железной рукой и швырнул на стонущего солдата.

— Ну? — Он снова уперся в его плечо тяжелой пятой. — Ну!

И вот уже Торайк хватается за его ноги, не разбирая, где правая, где левая, и ему ужасно мешает автомат.

— О-ох!.. — Дрожа от изнеможения, Мерц вытаскивает его на палубу тральщика. В темноте перед ними громоздится силуэт катера.

В эту минуту кто-то спрашивает рядом:

— Антонио, ты куда запропастился?

— Я здесь, — отвечает Мерц и бьет штыком в темноту. На мгновение нож блестит, как рыба. Палуба сильно накреняется, их обдают соленые брызги. «Давай!» — шепчет Мерц, и они бросаются к катеру.

И тут оказывается, что у них не осталось сил вытолкнуть катер из кильблоков. Но Мерц ложится под днище и все-таки находит момент: катер накреняется, Мерц сдвигает его в сторону, и тот соскальзывает вниз. Они прыгают и несколько секунд висят в катере над бездной, как маляры в люльке, — Мерц со стоном перепиливает канат. Второй он успел надрезать раньше, и вот катер сваливается за корму тральщика — обоих с головой обдает соленая вода.

Им невероятно повезло: силуэт корабля стал уже .отдаляться, когда завыла сирена и взметнулся сноп прожектора. Но Мерц уже нажал что-то на пульте управления, и они уходили в сторону — далеко-далеко. Вдогонку им открыли огонь, корабль развернулся и пошел в погоню.

— Во! — показал Мерц непри

стойный жест. — Эта техника лучше!

Однако выручила не техника, а внезапный в этих широтах шквал. За сплошной пеленой дождя и соленых брызг они ушли в другую сторону и затерялись среди волн в ночи.

Поутру над ними пролетел военный самолет, и стало" ясно, что жить им осталось недолго.

— Где автомат? — спросил Мерц. Торайк отдал ему автомат и подумал, что мог бы стрелять и сам. Катер шел на полной скорости к северу — Мерц надеялся дотянуть до вод соседней страны. Некоторое время казалось, что они парят над волнами: катер вышел на редан и выскакивал из воды, как дельфин. Потом заглох мотор.

— Так, — сказал Мерц. — Это я не умею.

— А может, кончилось горючее?.. — спросил Торайк.

— Ты прав, мышонок, — сказал Мерц. На горизонте потянулся дымок. — Ну вот и все.

Солнце поднялось в зенит, невероятно хотелось пить.

— Поймаем рыбу? — предложил Торайк.

— Каким образом? — спросил Мерц.

— Не знаю.

— Я тоже.

Установился полный штиль. Они лежали на дне катера и ждали, когда все это хоть как-то кончится.

— Хоакин, — сказал Торайк, — ты думал, что так будет?

— Молчи! — разлепил губы Мерц.

«Я, Хоакин Мерц* клянусь...» Торайк вспомнил, как Мерц подталкивал его к фальшборту: «Ну!» Когда катер вывалился за борт, у Торайка почему-то подкосились ноги. Мерц вцепился ему стальными клешнями в плечи — Торайк почувствовал, что тот раскроет его, как ракушку, и послушно прыгнул в бездну. Он, собственно, даже не понял, почему попал в катер, а не в воду. Было темно, подкатывал шторм, от свежего воздуха Торайк обезумел и растерялся. Мерц не растерялся. Но теперь они лежали на дне катера и вялились на солнце, как дохлая рыба. Невероятно хотелось пить.

Солнце плавно окунулось в океанские воды. Над Торайком зажглась знакомая звезда. Прежде, когда он ее видел, верил, что это добрый знак. «Матерь божья, — подумал он, — спаси нас, мама...» Но почему-то увидел древние лики

индейских богов. Это были честные боги, и главный из них спросил: «Ну что, ты понял, Торайк?» — «Да, — ответил Торайк, — я понял. Мы верили им и их святым. А они распяли своего спасителя. Они убили Гонсалеса. Возьмите меня к себе».

Но духи растаяли, и Торайк понял, что еще не время. Невероятно хотелось пить — которые сутки без воды.

На рассвете Мерц начал пригоршнями пить морскую воду. Потом схватил автомат и начал стрелять.

— Ты что делаешь?! — Торайк выбил у него оружие. Как ни странно, Мерц подчинился. Торайк спрятал автомат позади себя и сказал строго: — Не надо. Это мы еще успеем.

Мерц дрожал всем телом и показывал куда-то — что он там видел, Торайк не знал. Потом Мерц умер. Торайк похоронил его в волнах океана. Прошел еще один день. К вечеру над Торайком нависла большая хищная птица. «Нет, — сказал стервятнику Торайк, — я не дамся. Еще не время, я еще живой». Видение исчезло, а Торайк увидел горы, покрытые снегами, и спокойные горные озера. Но ниже в долинах не было ни капли воды — земля растрескалась, и воздух над ней уже не курился. Это были морщины его земли, натруженные руки ее сыновей, губы ее детей, жаждущие добра. Мерц пришел на катер, но Торайк сказал ему: «Уходи. Еще не время — я должен выдержать, я должен остаться». И опять увидел горные озера.

Он открыл глаза, когда видения были стерты ревом мотора — над ним реял вертолет. «А, — сказал Торайк, — ну вот. Теперь пора».

И пожалел, что в час, когда они уходили от врагов, дождь мешался с брызгами океана и они ловили в ладони только соленую воду. Но все равно это было прекрасно, и Мерц сказал тогда: «Какое счастье...»

И теперь, когда солдаты выбрасывали над катером змеившийся веревочный трап, Торайк вспомнил те первые минуты свободы и сказал: «Да — счастье». Qн приподнялся на локте и выдернул из-под себя автомат...

Он поразил грифа в упор. И тогда с небес хлынул, благословляя его, лучезарный дождь.

И он в последний раз увидел это: неотвратимую гневную волну и огненные брызги над ней. И внезапные стрелы солнца из-за уходящих туч.

28



Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Понравилось?