Вокруг света 1983-05, страница 42

Вокруг света 1983-05, страница 42

водах. И увидели среди моря лодку с парусом. Поняли, конечно, что беда с каким-то кораблем вышла, подплыли к лодке...

А там сидит какой-то иноземный купец. Взяли его на борт. По-русски он мог говорить, рассказал, что с ним вышло. Команда взбунтовалась, ограбили его да и ссадили в лодку.

— А куда же шел твой корабль? — спросили у купца.

— На остров Буян.

Тут поморы-китобои переглянулись. Слыхали они про остров Буян не раз, но чтоб в самом деле ходить туда...

— Небось матросы твои забоялись туда плыть,— говорит прадед, Иваном его звали.

— Забоялись. Стали нам попадаться великие змеи морские, вот они с перепугу-то и сделали злодейство.

— Туда кто хошь забоится,— говорят поморы.

— А я бы не забоялся,— говорит Иван.

— Если хочешь,— предлагает ему иноземный купец,— садись ко мне в лодку, ветер как раз подходящий. Только еды возьми да бочонок с водой.

А ише — есть ли у тебя черный камушек с Груманта?

— Есть,— говорит Иван.

— Возьми его с собой всенепременно.

И поплыли они туда, куда ветер путь им показывал. Долго плыли. И ничего не боялись. Случалось, великие морские змеи пасти на них разевали, не было страха.

Наконец встал из вод остров Буян. Он из себя не так уж и велик — версты две в длину и будет. Покрыт багульником, голубичником, вереском. Птицы там дикой превеликое множество.

Посередь острову стоит дуб. Иноземный гость кинул через левое плечо камушек, сказал заклятье. Мигом отворилась дверь в подземелье. Иноземный гость стал спускаться по лестнице. А Иван не спешит, свой камушек подобрал.

Спускается следом. Темно, жутко. Подошли к тяжелой двери, обитой железом. Купец дверь толкнул, тяжко она заскрипела. И ударил им в лица свет.

Видят они большую комнату. Посередь ее стоит тяжелый дубовый стол.

На столе — мраморная чаша. А в ней — шар из алатырь-камня. Весь он светится желтым светом, и видны на нем диковинные письмена.

Купец пошептал немного, руками над шаром поводил, потом вдруг схватил его — и бежать. Иван было следом — дверь перед ним захлопнулась. И не поддается.

Вдруг слышит Иван ужасный шум и скрежет. И видит — вылезает из-под стола скелет большущей собаки. А пасть у нее зубами щелкает, и каждый зуб — длиной с палец Ивана.

Что тут делать? Никакого оружия у Ивана нету, даже дубины простой. Тут уж он испугался. Да с испугу-то бросил в этот собачий скелет черным камушком. Камушек прямо в пасть угодил — и вмиг весь скелет на косточки рассыпался.

Иван камушек схватил, поворотился было к двери, да услышал шум ужасной. Летит на него стая медных летучих мышей, острыми когтями бряцает. А впереди стальной коршун.

Бросил Иван своим камушком, прямо в коршуна попал. И тут коршун поворотился да и кинулся на летучих

БЕЛОМОРСКИЙ ГЕРАКЛ

Очерк В. Опарина можно отнести к разряду «вторичных быличек» — рассказ о реальных случаях, в который вкраплена сказка-быль о легендарном острове Буяне и камне-алатыре. Комментария требует вторая, сказочная сторона очерка.

Сказ о плавании некоего Ивана на остров Буян, о его приключениях в подземелье с шаром из камня-алатыря представляет, на мой взгляд, очень позднее произведение, «склеенное» народной фантазией из различных легендарных и литературных сюжетов. В чистом, так сказать, виде камень-алатырь и остров Буян в сказках, как правило, не встречаются. Сфера их существования —- заговоры; значительно реже — духовные стихи; крайне редко — былины. Трудно сказать, насколько Волин с Венетой можно считать прообразом острова Буяна. Как согласно считают все историки и филологи, остров Буян — это остров Руян древности, современный остров Рюген, на котором находился священный город западных славян Аркона и центральное святилище. О богатствах и роскоши храмов, в том числе и об украшениях из янтаря, писали западные средневековые хронисты. Утверждение христианства в славянском Поморье и последующее немецкое завоевание разрушили богатую и самобытную культуру западных славян, превратили в руины их города. Но память об этих священных центрах сохранилась у славян восточных.

Дело в том, что VIII—X века были

40

временем оживленной торговли Балтики со странами Востока и торговый путь проходил через русские земли. Не случайно в древнейших слоях древнерусских городов археологи находят немало следов западнославянской культуры.

Память о древних культурных центрах западных славян сохранилась у славян восточных и в закодированном виде, перейдя в ритуальный фольклор. Христианство превратило древних языческих богов и их спутников — птиц, зверей, пресмыкающихся — из богов «светлых» в богов «темных», подземных. Собственно, и сам остров Руян превратился в остров Буян, остров мертвых, в подземный мир, поскольку на Севере «буяном», «буевищем» раньше назывались кладбища. Таким образом, Иван, спускаясь в подземелье острова Буяна, спускается в царство мертвых, где, подобно древнегреческим героям, сражается не с животными, а с богами подземного мира, повторяя отчасти подвиги Геракла: с Кербером (скелет собаки), стимфалий-скими птицами с медными когтями и клювами (медные летучие мыши) и лернейской гидрой (змея)... Откуда взялось это сходство подвигов греческого и беломорского героев — сказать, право, затруднительно.

Думаю, что искать остров Буян бесполезно. Ведь и камень-алатырь, обычно отождествляемый с янтарем, на острове Буяне — инородное тело! Он туда откуда-то доставлен...

И здесь открывается любопытная

ситуация. Древний торговый путь от берегов Балтики в страны Востока отмечен множеством предметов транзитного экспорта как с Запада, так и с Востока, но меньше всего на нем обнаружено янтаря. Отдельные янтарные изделия встречаются в слоях древнерусских городов, но их мало даже в Новгороде. Янтарь не стал принадлежностью славянского национального костюма ни у восточных, ни у западных славян. Что же касается интереса к янтарю поморов, то он объясняется просто: им заменяли дорогой и в прошлом труднодоступный ладан, необходимый для богослужения, в том числе для освящения спускаемого на воду нового судна, молебна перед отплытием и так далее. Вот почему интересно упоминание В. Опариным «янтарного волока». Сам я о нем в своих поездках по Северу никогда не слышал и не встречал этого названия у других исследователей. Он кажется мне сомнительным потому, что на Севере янтарь не был предметом промысла и торговли. И если в своих плаваниях поморы иногда находили «морской ладан», то относились к нему как к диковинке или жертвовали в свои приходские церкви. Но разобраться с этим стоит, как необходимо разобраться вообще в «янтарных путях» Восточной Европы и в месторождениях янтаря, которые разрабатывали люди в различные исторические эпохи.

Здесь исследователя могут ожидать самые неожиданные открытия.

АНДРЕЙ НИКИТИН, археолог

I

Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Понравилось?