Вокруг света 1984-03, страница 57

Вокруг света 1984-03, страница 57

рика, и мы тут же решаем отклониться от маршрута ради такого счастливого случая.

Старик тоже доволен, но более всех рада внучка.

— Дед, мы поедем на этой большой машине?

— Да, малышка, там хватит места и нам.

До сих пор девочка тихо сидела на полу на ширдаге — красивом цветастом, теплом, как печка, войлочном ковре и увлеченно строила загоны для скота. На эти игрушечные загоны и «кубики» гобийской девочки загляделись бы не только дети, но и взрослые. Это были кристаллы горного дымчатого хрусталя, агаты, ониксы, сердолики, халцедоны, флюориты. Я подсела на войлок к девочке и стала спрашивать названия камней по-монголь-ски. Среди кремешков обсидианов, камешков бирюзы и граната разместились деревянные фигурки монгольских шахмат (здесь и телега, и конь, и верблюд, и тигр) и войлочная кукла, увешанная украшениями.

И вдруг среди всего этого богатства вижу наконечник стрелы из прозрачного халцедона — орудие убийства человека каменного века.

— Пагма,— спрашиваю, не веря своим глазам,— откуда этот камешек?

— Я нашла его около горы, там, где загоны для барашков.

Итак, наутро у меня будет новое дело, ибо благодаря буре я обнаружила следы неолитической стоянки, быть может, самой южной в Монголии.

Только бы скорее кончилась песчаная буря...

И вот долгожданное утро. Распахнулось яркое гобийское небо, ослепительное солнце рассыпало искры по блестящему разноцветью камней в степи. Свои археологические дела я закончила, пока варился чай.

Сборы очень коротки. Дядя Халсху погрузил в машину седло, чтобы вернуться обратно на коне. Пагма устроилась на коленях Алиции. И снова мы помчались по сказочно красивой южногобийской степи — с корявыми, сучковатыми деревьями хальясами, с оранжевыми скалами, с песчаными дюнами. А когда закончилась гряда фантастически выветренных гор и мы выехали на ровную долину, то заметили вдали группу людей в ярких одеждах, рассевшихся на земле, пасущихся коней, всадников, волочащих что-то большое на веревке. Неужели мы опоздали?

Нечасто в будние дни увидишь в Гоби столь многочисленную компанию.

— Пусть будет теплым и прочным сбиваемый вами войлок! — говорим мы.

— Спасибо, пусть будет удачным ваше путешествие! Откуда и куда путь держите? Что хорошего видели по дороге? Задержитесь в нашем айле — всего день работы, и войлок

будет готов. Отведаете кумыса, расскажете новости и посмотрите результаты наших трудов.

Так мы оказались гостями Санж-доржа — старейшего в семье, хранящего в памяти названия и смысл древних орнаментов, знающего все тонкости производства войлока — древнейшего искусства кочевников.

Мы узнали, что не всякая шерсть годится для этого дела. Непригодна, например, шерсть лошади, верблюда, козла. Чаще всего берется овечья. Для того чтобы получить кусок войлока размером 20—25 квадратных метров, нужно использовать шерсть 15— 17 овец.

К тому моменту, когда мы подъехали, шерсть была уже очищена, вымыта, высушена и разложена ровным слоем на куске старого войлока. Сначала шерсть долго били палками, время от времени поливая водой. Потом свернули ее в длинный рулон, обмотали сверху кожей и завязали, оставив два длинных свободных конца веревки.

Пока два всадника, натянув концы веревки, катают рулон по степи, постоянно поливая войлок водой, я вспоминаю о самых древних войлочных коврах, сделанных здесь же, в Монголии, почти тысячу лет назад. И неожиданно для себя начинаю рассказывать эту историю вслух. Я говорю о вещах, всем присутствующим давно известных, но араты с живым участием слушают и задают вопросы.

Войлок, так же как и юрта, седло, стремя, был изобретен в кочевничьей среде, и уже от скотоводов его заимствовали земледельцы. Кошма не только защищала номадов от холода, но и украшала их жилища.

О том, что в древние времена жители Алтая и Монголии знали секрет изготовления войлока (его знали, конечно же, и их соседи, только не всюду этот материал дошел до наших дней), известно благодаря раскопкам. Удивительно красивы и тонко выработаны древнейшие, сохранившиеся в мерзлоте войлочные изделия и особенно ковры из богатых погребений алтайских кочевников. Многофигурные и многоцветные аппликации войлоком по войлоку, седельные подушки, чап-раки, ковры были сделаны с большим искусством и умением около двух с половиной тысяч лет назад.

Эти находки в курганах Горного Алтая не единичны. На севере Монголии полвека назад известному советскому исследователю Центральной Азии П. К. Козлову посчастливилось найти богатейшие погребения представителей хуннской знати — шаньюев. Раскопки показали, что даже эта знать, которая носила шерстяные шаровары и шелковые кафтаны, не обходилась без войлока. Из войлока были сделаны их мягкие полусапожки, из тончайшего войлока — стеганые кафтаны, обшитые по краю шелком. Когда хунны сидели, скрестив ноги, прекрасно были видны

Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Понравилось?