Вокруг света 1991-07, страница 63

Вокруг света 1991-07, страница 63

Рафаэль СаВатина

КОЛШИБ

*)--

— Вы правы, Кристобаль, поезжайте к ней. Она ждет вас. И... — он помолчал, а затем добавил: — Будьте добры к ней.

Глаза Колона изумленно раскрылись:

— Уж в этом-то вы можете не сомневаться.

Глава 23. ЧАША СТРАДАНИЯ

Наутро после заточения в каменный мешок оба венецианца предстали перед коррехидором Кордовы.

Они стояли перед ним с налитыми кровью от недосыпания и злости глазами, неряшливые, искусанные клопами и блохами. Громогласная речь Рокки, которую тот репетировал едва ли не с полночи, оборвалась на второй фразе сердитым окликом дона Ксавьера.

— Вы здесь не для того, чтобы оглушать меня своими воплями. Будете говорить только тогда, когда вас о чем-нибудь спросят. Вы сейчас в Кастилии, а в Кастилии мы во всем придерживаемся установленного порядка, — он обернулся к нотариусу:— Зачитайте жалобу.

Надувшись, венецианцы выслушали перечень оскорбительных выходок, допущенных ими в корчме. Затем их спросили, отрицают ли они предъявленные обвинения.

Рокка попытался воспользоваться представившимся случаем и продолжить свою речь.

— Мы ничего не отрицаем. Но, ваша милость...

Его милость остановил венецианца взмахом руки, а сам глянул на нотариуса.

— Они не отрицают. Сделайте соответствующую пометку. Это все, что меня интересует.

— Но, сеньор...

— Это все, что меня интересует!— прогремел коррехидор. Рокка больше не пытался открыть рта, и дон Ксавьер продолжил: — Судить вас будет алькальд. Уведите их!

— По меньшей мере, вы должны разрешить нам отправить письмо,— ввернул Галлино.

— Вам ничего не разрешено писать до рассмотрения вашего дела алькальдом, — возразил коррехидор.

— А когда мы предстанем перед ним?

— Когда он сочтет нужным назначить суд.

...Суд состоялся через неделю. Грязные, голодные, оборванные, предстали они перед алькальдом. И потому фантастическим показалось утверждение Рокки, что он приписан к посольству Венецианской Республики. А уж требование немедленно вызвать посла Венеции просто вызвало возмущение.

— Вы должны понимать, — сурово заявил ему алькальд, — что посольские привилегии и иммунитет не распространяются на тех, кто грабит и увечит подданных их величеств.

Рокка ответил, что они никого не собирались грабить, наоборот, их самих ограбил тот самый мужчина, в нападении на которого их обвиняют. Алькальд сухо уведомил их, что они ошибаются, но соблаговолил разрешить им отправить письмо. И когда прибыл секретарь посольства, им вернули свободу, получив предварительно письменное обязательство уплатить штраф и компенсацию сеньору Ривере. Далее алькальд милостиво согласился выслушать подробности ограбления, которому они будто бы подверглись, и пообещал рассмотреть этот вопрос с коррехидором.

Как выяснилось, чашу страдания они выпили еще не до конца. Последние капли выплеснул на них венецианский посол.

Федериго Мочениг§, крупный, импозантный мужчина, воротя патрицианским носом от запахов, которыми пропитались лохмотья агентов Совета трех, выслушал их печальный рассказ.

- Вашим действиям недоставало благоразумия, необходимого для служащих вашего учреждения, — в голосе посла чувствовалось пренебрежение не только к агентам, но и к самому Совету трех.

Лицо Галлино осталось бесстрастным, Рокка же возмутился.

_ — Я не могу согласиться, ваше высочество, что мы дей------

-^

ствовали неблагоразумно. Мы вели операцию к успешному завершению. Однако никто не застрахован от нападения разбойников, и едва ли можно упрекать нас в том, что мы попали в их руки. Такого, кстати, я бы не пожелал и своему врагу.

— Напрасно вы со мной спорите, — ответил посол. —На вашем месте я бы предпринял определенные меры предосторожности, чтобы грабители не смогли захватить то, что досталось вам с большим трудом. Но мне нет нужды поучать вас в ваших делах, — его высочество поднес к носу платочек, смоченный апельсиновой водой. — Теперь, как я понимаю, вам нужно дать денег на возвращение домой.

— Пока еще нет, ваше высочество, — возразил Галлино. — Наша миссия еще не закончена. Возможно, мы еще сможем вернуть утерянное. И сейчас вы должны поддержать нас и добиться наказания грабителей и помочь вернуть нам нашу собственность.

— По меньшей мере, карту, — поддакнул Рокка.

Мессер Мочениго поскучнел.

— Вижу, вы намерены поучать меня. Полагаю, у вас есть мозги. Пораскиньте ими. Я должен подать иск алькальду Кордовы. И что я напишу в нем, что у вас украли? Карту и письмо, которые вы украли сами. Как же, по-вашему, отреагирует алькальд? Вы вот, мессер Рокка, приписаны к моему посольству. И вы хотите, чтобы алькальд напомнил мне, чем должно, а чем не должно заниматься дипломату? Вы хотите, чтобы посла Венецианской Республики отчитывали как нашкодившего мальчишку? — лицо Мочениго из презрительно-насмешливого стало суровым. — Вы вернетесь в Венецию за государственный счет, и чем быстрее покинете Испанию, тем будет лучше.

Рокка прямо-таки взвился при столь явном неуважении к Совету трех.

— Значит, нам придется доложить государственным инквизиторам, что вы помешали нам выполнить задание?

— Да вы, я вижу, наглец! Что касается вашего задания, то оно, похоже, выполнено. Насколько мне известно, в нужный момент карты у ее владельца не оказалось, и его претензии были признаны необоснованными. Дело, таким образом, закрыто. А я не могу допустить дальнейшей компрометации его светлости и возглавляемой им Венецианской Республики. Деньги на обратный путь вам выделят. Это все, что я могу вам сегодня сказать.

Пристыженные, разъяренные агенты Совета трех вышли из посольства и отправились в свой прежний номер в «Фонда дель Леон». Там, смыв с себя грязь и переодевшись, они сели за стол, чтобы обсудить создавшуюся ситуацию.

— Если что-то идет не так,— сказал Галлино,-в этом всегда обвиняют таких, как мы. Для этого нас и держат. И никому нет дела, что лишь случай помешал нам.

— Вот ты упираешь на случай, — не согласился Рокка, — а я придерживаюсь иного мнения. Все было подстроено. И тому есть много свидетельств. Они даже не вспороли подкладку твоего камзола, ибо в моем нашли то, что искали. И этот мерзавец Ривера остановил бандита, обыскивающего тебя, как только карта и письмо оказались у него в руках.

Галлино все еще сомневался.

— Похоже, что так, не буду с тобой спорить. Но, если бы Колон знал, что мы украли карту, он не стал бы посылать за нами цыган. Скорее добился бы нашего ареста.

— Предположим, что ты прав. Но я уверен, эти подонки знали, что искать, и даю руку на отсечение, что Беатрис нас выдала.

— Для того, чтобы повесить своего братца? Ха! Как она могла выдать то, чего не знала?

Рокка дернул щекой:

— Я иногда удивляюсь, Галлино, как с твоими куриными мозгами тебе удалось далеко продвинуться по службе. Это одна из загадок нашей жизни. Девушка знала, что тебе известно, где находится карта. Потом карта исчезла. Неужели она не поняла, кто ее украл?

У Галлино словно открылись глаза.

— И почему я не додумался до этого раньше? — он встал..

39

Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Понравилось?