Вокруг света 1991-07, страница 64

Вокруг света 1991-07, страница 64

Рафаэль СаВатини

кшушь —

— Что будем делать?

— Навестим Беатрис и узнаем все из первых рук. Вполне возможно, что карта все еще у нее. Во всяком случае, надо разобраться с этой потаскухой.

Они нашли Беатрис в ее комнате у Загарте. Она вышивала и что-то напевала, но слова замерли у нее на губах, когда открылась дверь.

— Благослови тебя Бог, Беатрис, — мягко поздоровался Рокка, переступив порог. Вслед за ним в комнату вошел и Галлино.

— Благослови вас Бог, — ответила девушка.— Я думала, что вы уехали.

— Не попрощавшись с тобой? —слащаво спросил Рокка. — Как ты могла подумать такое?

Внешне Беатрис оставалась невозмутимой, но внутренне сжалась от исходящей от венецианцев ненависти.

— Что же ты молчишь? — спросил Галлино, подойдя к Беатрис вплотную. — Раз ты решила, что мы уехали, значит, подумала, что мы добыли то, за чем нас послали. Так?

— Естественно.

— И ты выдала нас Колону, — в голосе Галлино слышался не вопрос, но утверждение. — Отвечай мне, — его жилистая рука легла Беатрис на плечо и усадила на диван: — Не шути с нами, девочка. Одно дело, если ты больше не хочешь нам помогать. И совсем другое — твое предательство. Если так, тебе несдобровать.

— Что вы от меня хотите? Я и так многое сделала для вас.

— Поначалу сделала, а вот потом сильно напортила. Напортила так, что все нужно начинать заново. Где Колон?

— Не знаю. Я не видела его больше недели. Уходите. Мне больше нечего вам сказать.

Галлино наклонился еще ниже.

— Может статься, ты уже никому не сможешь что-либо сказать.

— Для чего вы мне это говорите?

— Мы хотим тебе помочь, — вступил в разговор Рокка. — Но для этого и ты должна помочь нам. Даже теперь еще не все потеряно. Многое можно поправить...

— Рокка, там кто-то есть! — прервал его хриплый вскрик Галлино.

Рокка и Беатрис инстинктивно посмотрели на дверь. На пороге стоял Колон.

Он шагнул вперед, затворил за собой дверь. Бледный, как полотно, с сухой улыбкой на губах, с горящими серыми глазами.

— Пожалуйста, продолжайте, мессер Рокка. Расскажите даме, что она должна делать. Теперь, когда мне все известно, остается только восхищаться вашим мужеством. Будь вы трусоваты, давно удрали бы из Кордовы вместе с вашей приманкой.

— О боже! — ахнула Беатрис, прижав руки к груди.

Рука Рокки исчезла за спиной:

— Поосторожней со словами, мой господин.

— Как вам будет угодно. Хочу только предупредить вас: если завтра к этому времени вы не покинете Кордову, все трое, я позабочусь о том, чтобы вас бросили в темницу... надеюсь, что ваша проницательность теперь подскажет вам, что мое предупреждение — не пустые слова. Только благодаря этой женщине я даю вам возможность уехать.

Колон повернулся, чтобы уйти, а Беатрис, придавленная чувством вины, не произнесла ни слова, чтобы остановить его. Так что пришлось отвечать Рокке. Его рука появилась из-за спины, но уже с кинжалом.

Колон скорее почувствовал, чем увидел метнувшегося к нему Рокку, и, успев обернуться, схватил его руку с зажатым кинжалом. Он крутанул венецианца назад, зацепив его ногу своей, и сильно толкнул. Рокка, взвыв от боли, рухнул на пол с неестественно вывернутой правой рукой.

А на Колона уже бросился с кинжалом Галлино, и Колон, недолго думая, ухватил за гриф гитару Беатрис, прислоненную к стулу, и изо всех сил ударил ею венецианца. Этот удар пришелся по макушке, донышки не выдержали, голова Галлино пронзила их насквозь, и гитара застыла на его шее

- —-^

как ярмо. Галлино подался назад, сшиб спиной стол. Из многочисленных порезов показалась кровь.

Тут распахнулась дверь, и в комнату заглянул привлеченный шумом Загарте. За ним маячили двое работавших у него парней и служанка Беатрис.

— Святой Боже, что тут происходит?

— Эти убийцы напали на меня с кинжалами. Вызовите стражу!

И Загарте вместе со слугами задержал венецианцев до прибытия альгвасилов. Впрочем, пришли они достаточно быстро. Их командир заявил, что коррехидор разберется и решит, кто нападал и кто защищался. Они забрали с собой не только венецианцев, но и Колона.

Глава 24. ОТЪЕЗД

Беатрис, потрясенная случившимся, осталась с Загарте и служанкой. Их попытки успокоить ее ни к чему не привели.

— Эти нечестивые собаки сломали вашу гитару,— печально вздохнул Загарте.

— Что —гитара, Загарте...— Беатрис слабо взмахнула рукой. - Петь я больше не буду. Так что другая мне не понадобится.

— Как — не нужна? — Загарте запнулся. — О чем вы говорите?

Беатрис тяжело поднялась с дивана.

— Все кончено, мой друг. Петь я больше не буду, ни здесь, ни где-либо еще. Я видела от тебя только добро, Загарте, и мне жаль подводить тебя. Однако я должна уехать.

И Загарте понял, что принятого решения Беатрис не изменит. В тот же вечер посетители харчевни не увидели ее на сцене. А на следующее утро, с опухшими от слез глазами, она попрощалась с мориском, села на мула и в сопровождении служанки и погонщика выехала из Кордовы через Аль-модоварские ворота, по дороге, ведущей на восток, в Севилью.

Примерно в тот же час коррехидор, сидя под распятием на белой стене, мрачно взирал на Рокку и Галлино.

Колон, ознакомленный коррехидором с подробностями дела, выступал не только потерпевшим, но и обвинителем.

С разрешения дона Ксавьера он, призвав в свидетели дона Луиса де Сантанхеля, заявил, что эти двое несколько дней назад совершили кражу в его квартире. Вчера же, когда он обвинил их в содеянном, они вытащили кинжалы и набросились на него, вынудив его защищаться. И ему пришлось прибегнуть к силе, чтобы сохранить себе жизнь.

— Благодаря вмешательству посла Венецианской Республики, — дон Ксавьер бросил на венецианцев мрачный взгляд, — и с учетом того, что доказательства вашей вины не были столь очевидными, в прошлый раз с вами обошлись достаточно гуманно. Но вы не вняли голосу разума и продолжили свою преступную деятельность. Как и прежде, решение по вашему вопросу примет алькальд. Каким оно будет, мне неведомо. Но, учитывая, что вы —мужчины крепкие и на здоровье не жалуетесь, можете надеяться, что он не отдаст вас в руки палача, а отправит на галеры кастильского флота. Что же касается обращения к послу Венецианской Республики, алькальд скорее всего согласится со мной в том, что необходимо всеми средствами избегать осложнений в межгосударственных отношениях.

Когда венецианцев вывели, дон Ксавьер повернулся к Колону:

— Будьте уверены — они вас больше не потревожат. Но альгвасилы доложили мне, что в комнате с ними находилась женщина, танцовщица Загарте...

— Это чистая случайность, — Колон ответил ровным, спокойным голосом. — Она не имеет к этому делу никакого отношения.

«Пусть она уйдет», — подумал он. Наказание настигнет ее и без его, Колона, участия. Бог и судьба воздадут ей должное.

Этим он пытался подсластить горечь, переполнявшую.

40

I

Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Понравилось?