100. Николай Гоголь, страница 19

100. Николай Гоголь, страница 19

Николай Гоголь

покойному Николаю Языкову. Она скончалась 26 января 1852 года, буквально сгорев от брюшного тифа. 28 января Гоголь присутствовал на панихиде. Его было не узнать — он казался неживым. Вышедшему его проводить Хомякову писатель сказал со слезами: «Все кончено».

В конце января в Москву приехал отец Матвей Константиновский. Гоголь прочитал ему вторую часть «Мертвых душ», после чего они поспорили. Батюшка попросил исключить из текста главы с изображением священника. «Это был живой человек, аргументировал свою просьбу отец Матвей, которого всякий узнал бы, и прибавлены такие черты, которых во мне нет, да и к тому же с католическими оттенками...» Гоголь, как мог, защищал свое детище.

5 февраля писатель проводил своего наставника на вокзале, послав вдогонку письмо с извинениями за свою несдержанность. До 10 февраля зафиксировано еще несколько выходов Гоголя «на люди». Но уже рано утром 9 февраля он посылал за приходским священником с просьбой о причащении и соборовании, сообщив пришедшему батюшке, что почитает себя умирающим.

В это же время Гоголь практически перестал принимать пищу.

10 февраля он хотел передать А. П. Толстому рукопись второго тома «Мертвых душ», но тот ее взять отказался.

В ночь на 12 февраля Гоголь сжег эту рукопись. Это не было умственное или психическое исступление, как принято изображать этот шаг писателя. В сознательном характере поступка убеждает одна бытовая подробность, переданная мальчиком Семеном, единственным свидетелем произошедшего. Гоголь долго сортиро

вал бумаги, какие-то откладывая для уничтожения, а какие-то убирая обратно в портфель (среди последних оказались, например, письма Пушкина). Когда он бросил приготовленную связку в печь, та лишь обуглилась. Огонь стал потухать. Гоголь, заметив это, попросил развязать бумаги и ворошил их до тех пор, пока они не вспыхнули. На другой день в разговоре с А. П. Толстым он сожалел о содеянном, уверяя собеседника, что сделал это по ошибке. «Как силен злой дух!» — восклицал Гоголь. Он уже не вставал, перебравшись после совершения акта сожжения на кровать.

13 февраля к больному позвали доктора Та-расенкова: «Он смотрел, как человек, — вспоминал А. Тарасенков, — для которого все задачи разрешены».

Врачи лечили Гоголя, а выходило — мучили его. Пытались насильно кормить, лили на голову холодную воду, пускали кровь с помощью пиявок. «Оставьте меня, мне хорошо», — просил Гоголь. Его не слушали. За несколько часов до смерти Гоголь пробормотал: «Давай, давай. Ну что же?» Потом громко закричал: «Лестницу, поскорей давай лестницу!»

21 февраля утром его не стало.

24 февраля Гоголя похоронили в Данило-вом монастыре при огромном стечении народа. Всю дорогу до монастыря гроб несли на руках.

4 Последние свои годы Гоголь провел у А. П. Толстого, в доме Талызина на Никитском бульваре в Москве.

ж Работая в 1909 году над «юбилейной» картиной «"Самосожжение" Гоголя», Илья Репин ориентировался на версию, согласно которой Гоголь в конце жизни сошел с ума. Художник изображает здесь великого писателя совершенно безумным человеком.

В 1909 году на Арбатской площади открыли созданный скульптором H. Андреевым памятник H. В. Гоголю. В 1951 году его спрятали во дворике дома, в котором умер Гоголь, — образ сочли «неправильным», он противоречил придуманной в СССР истории русской литературы.

Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Понравилось?