Юный Натуралист 1979-04, страница 45

Юный Натуралист 1979-04, страница 45

43

ВНУКИ БОРЦА И ПЛАКСЫ

Мишук, сын Борца и Плаксы, вырос на острове зверей Московского зоопарка, на одной площадке с молодыми кавказскими медведицами — Бертой и Зоей. Той зимой, в самом начале января, делали мы обход острова и остановились у площадки Ми-шука.

Мишук почему-то не спал и ломился сквозь решетку в окно внутреннего помещения. А его подруги-медведицы лежали в луже подтаявшего снега.

Длинным железным шестом с факелом на конце отогнали мы Мишука от развороченной оконной решетки и направили факел на медведиц.

Медведицы ворчали и отмахивались от факела лапами. Мишук стоял неподалеку и посматривал то на нас, то на подруг. Наконец Берта и Зоя поднялись на ноги, и мы увидели, что под Зоей копошатся два маленьких темных комочка.

Это были ее новорожденные медвежата.

На воле медведица залегает в берлогу всегда отдельно от медведя. До весны прячет она медвежат под собой. Придет весна, выведет медведица их из берлоги. Но пока не подрастут медвежата, зорко охраняет она их от встречи с лютым отцом.

Мишук заметил малышей. Злобным огоньком вспыхнули его заплывшие глазки. Решительной развальцей направился он к медвежатам.

Сейчас же наш факел переметнулся к Мишуку, и в медведя полетели палки, ледышки, комья снега.

Минуту Мишук постоял в нерешительности, потом повернулся к нам своиг» куцым задом и побежал прочь, сверкая голыми пятками.

Служитель открыл дверь во внутреннее помещение. Мишук протиснулся в нее.

А мы поспешили вернуться к медвежатам. Ведь кроме матери, около них оставалась другая медведица, а у нее сейчас не было собственных медвежат.

Если бы еще в берлоге с Зоей вместо Берты был бы Зоин прошлогодний подросток-медвежонок, так называемый пестун. На пестунов в подобных случаях ложится обязанность присматривать за своими младшими братьями или сестрами. Для Берты же Зоины новорожденные были лишь племянниками, а такое родство у медведей обычно не принимается в расчет.

Зоя успела забрать одного медвежонка и тащила теперь его в нишу, под навес. Над вторым медвежонком, расставив тяжелые лапы, уже стояла Берта.

— Факел, скорей, факел сюда! — закричали мы.

Берта перестала толкать медвежонка носом, торопливо схватила его зубами за шиворот и потащила. И, как бы вы думали, куда? Она потащила его вслед за матерью.

Медведицы положили маленьких на снег и стали их вылизывать. Было холодно, и на открытом месте медвежата могли замерзнуть. Мы зажгли еще несколько факелов, спустили с барьера к медведицам лестницу, перебрались на их площадку и огнем отогнали их от медвежат.

Потом мы подняли малышей и побежали с ними в закрытое помещение. По дороге мы взвешивали медвежат на ладони и внимательно их разглядывали.

Медвежата были бурые не сплошь. Их шею охватывало белое пятно. Оно расширялось в виде платка у них на спине, а на груди перекрещивалось галстуком.

Светлый галстук у медвежат никого из нас не удивил. Мы знали, что все бурые медведи рождаются с такими детскими галстуками. На втором году он пропадает у них — зарастает бурой шерстью. Удивительно было нам, что медвежата родились такие маленькие. Ведь их отец, Мишук, был порядочным медведем. Их дед, Борец, весил сейчас столько, сколько весили пять взрослых мужчин. А новорожденные медвежата весили всего по полкило.

В одной клетке внутри острова зверей мы взбили гнездо из сена. В гнездо положили медвежат и пустили к ним Зою. Берте мы все еще не доверяли и потому загнали ее в клетку рядом. Однако Берта так ломилась к своей подруге, что кто-то из нас предложил: «Давайте попробуем, пустим их вместе».

Берта вбежала к Зое, лизнула ее в нос и пошла озабоченно обнюхивать углы клетки.

Почему-то один угол особенно понравился ей.

Она начала выгребать из-под Зои сено и перетаскивать его на новое место. Когда сена под Зоей уже не оставалось, Берта заставила ее перетащить обоих медвежат на новую квартиру, подтолкнула под Зою влажным черным носом остатки сена и только тогда наконец успокоилась, удовлетворенно протянулась рядом и так шумно вздохнула, словно хотела сказать: «Ох и хлопот же с вами, друзья мои! Ну теперь можно и отдохнуть».

Павел Барто

э