Костёр 1988-09, страница 28

Костёр 1988-09, страница 28

ругаются, растирают сапогом окурки и к тому же постоянно сплевывают.

— Нет никаких фактов! — возмутился он.

— Вам следует это доказать.

— Кто обвиняет, тот и доказывает,— сказал Саша. Он хорошо знал по детективам, как ведется следствие.

— Ты виновный. Я тебя сейчас обвиню и дам два дня, чтобы ты попытался оправдаться. Как и положено.

. — Слушайте! — Саша справедливо рассердился.— Что за двадцать третий, не нравится мне эта кликуха! Меня зовут Токарев. И доказывать я ничего не стану! И вообще, спать пора.

— Правильно решили, Токарев,— приветливо сказал человечек.— Доказывать вам нечего. Уверяю вас, чистосердечное признание облегчит ваш демонтаж.— И вдруг он стал заметно больше. Будто спохватившись, тут же уменьшился и некоторое время как-то вибрировал, пока не принял прежние размеры. Саша обомлел. Гость после паузы продолжил:

— Перейдем к сути. На вас поступила вопиющая жалоба по поводу принудительного выселения части граждан, проживавших в этой квартире,— в ночь с первого на второе сентября.

— Каких граждан? — удивился Саша.— Нас здесь трое.

— Позвольте,— немедленно возразил «инспектор».— Здесь числится...— он засунул руку глубоко за пазуху, неловко покопался там и вытащил какую-то бумажку,— минуточку... тысяча двести семь граждан. Между прочим, такие, как вы, здесь не числитесь. Вы идете по другому списку, по инвентаризационной ведомости стихийных сил. Вот, пожалуйста: человек номер один, номер два, номер три, то есть вы, кошка, кактус...

«Псих какой-то»,— окончательно решил Саша. Бывают такие деловые психи.

— Часть указанных граждан,— продолжал псих,— была преступно вытеснена из своих клеток и теперь вынуждена ютиться на свалке. Жалоба поступила от них.

— Ладно, все ясно,— ухмыльнулся Саша.— Лично я никого не выгонял. Может, родители? Пойду разбужу...

Он подошел к двери и дернул за ручку. Ручка не шелохнулась. Он надавил изо всех сил. Тот же результат. Дверь было не открыть.

— Двадцать один и двадцать два не участвуют,— произнес ему в спину инспектор-псих.— А с вами разговор не окончен.

Саша повернулся. В нем опять шевельнулся страх. Кто сидит на его постели? Не бандит, не милиционер и не псих...

— На вас, Токарев, еще имеется справедливая анонимка,— невозмутимо продолжал странный товарищ.— Документ проверен — факты подтвердились. Установлено, что вы самовольно пользовались клетками. Теперь вы обязаны, во-первых, немедленно отказаться от применения незаконно присвоенной способности, во-вторых, отчитаться об обстоятельствах присвоения вышеуказанной способности. Можете ли вы что-нибудь ответить по существу выдвинутых обвинений?

— Я не знаю,— растерянно ответил Саша.

— Тогда вы имеете право сфабриковать доказательства своей невиновности. Срок — два дня. А теперь распишитесь в протоколе.

Инспектор протянул бумажку, которую только что заполнил. Там значилось: «Я не знаю». Таковы были Сашины показания.

Токарев повиновался. Никто никогда не просил его расписаться! Ему, наконец, стало интересно. Визит был явно неспроста, присутствовала какая-то тайна, и это было здорово. Очень важный вопрос вдруг встал перед ним: «Кто живет вместе с нами в квартире?» Но посетитель уже соскочил с его кровати и бодро направился к выходу.

— Ждите завтра,— сказал инспектор, выходя из квартиры.— Вы поставлены на учет. А у меня много работы.

И пошел вверх по лестнице. Ну денек! Взбудораженный, Саша вернулся в комнату, лег и...

День третий

ПРОКАЗНИК

15. ...когда он проснулся, было четвертое сентября — рядовой, самый обыкновенный день. Во всяком случае, именно таким хотели бы видеть этот день Сашины родители, одноклассники и учителя. Они привычно суетились, мучительно зевали, торопливо завтракали, они еще ни о чем не подозревали.

Первым преподнес сюрприз кактус. Кактус с незапамятных времен рос на подоконнике в большой комнате квартиры Токаревых. Он всегда был домашним, уютным, «своим» и давно уже считался полноправным членом семьи. Точно так же, как, например, кошка Шери или младший Токарев. Но это утро кактус встретил в каком-то особенном состоянии. Он издавал звуки. Звуки были примерно такие: «И-у-у-у! Б-ж-ж-ж!» Это напоминало эффекты «Звездных мстителей», и Саша даже испугался, что забыл на ночь выключить электронную игру. Внешний вид растения тоже изменился. Иголки стали твердыми, блестящими, словно хромированными, и к тому же искрили. Кстати, когда Саша дотронулся до кактуса, то почувствовал покалывание электрических разрядов. Он удивился, но не очень сильно — по-настоящему удивительных событий ему и так хватало.

Далее действие переместилось в школу. Перед первым уроком состоялся неприятный разговор:

— ...Сашка, честное слово, я ему отдал! Ты в библиотеке был, Жаров пришел, я и отдал! Честное пионерское!

— Вы что, меня же папаня убьет! Может, еще поищите?

— Да нет! Жаров все обыскал. Вчера весь вечер плакал, говорит, выскочил за пепси-колой, тут мафон и исчез.

— Ну, вообще... Где этот дурак-то сам?

— На пустыре сидит, боится в школу идти. Решил, что мы с тобой его бить будем. Саня, честное слово, я ему отдал!..

25

Обсуждение
Понравилось?
Войдите чтобы оставить комментарий
Понравилось?