Костёр 1990-12, страница 24![]() натруженную сразу,— решил Гверн.— Придется и корову с собой взять. Сама виновата — вечно отбивается от стада. Марк засмеялся, встал и охнул — ногу пронизало острой болью. — Зато ее привычка сослужила нам сегодня хорошую службу. Давай сюда твое плечо, Эска, что-то здесь очень круто. Только перед самым рассветом Гверн привел их в старый заброшенный карьер. Гверн велел им залезть в осыпающуюся пещеру или что-то вроде галерейки, которую, судя по всему, облюбовали дикие свиньи. И, дав совет притаиться и ждать его, ушел вместе с заморившейся коровой. — Может, это научит тебя не убегать, о Аримана! — бормотал он, втаскивая ее за вверх, на каменистый склон. Оставшись одни, Марк и Эска затянули вход в пещеру нависавшим шиповником и куменикой и устроились как могли удобнее. — Если потолок не обвалится, а свиньи не явятся нас выгонять, денек как будто обещает быть спокойным,— заметил Марк, укладываясь головой на скрещенные руки. Ни того ни другого не случилось. День тянулся медленно, уже смеркалось, когда наконец появился Гверн и принес, кроме неизменного копченого жесткого мяса, кусок свежезажаренной оленины. — Поешьте свежатинки,— сказал он,— да поторапливайтесь, дочь рога Они принялись за еду, а он тем временем стоял у входа, опершись на копье; пес лежал у его ног. Снаружи еще не совсем стемнело, когда они пустились в путь. Сперва они шли медленно, так как нога у Марка действовала плохо после целого дня неподвижности. Но дорога теперь была полегче и шла в основном под уклон, нога постепенно расходилась. По мере того как время шло, Марк все больше недоумевал: он не видел никакой разницы между этой местностью и той, которую они оставили позади, никаких признаков дороги, идти без проводника было бы равносильно смерти. Но вот они спустились по отлогому склону, и воздух неуловимо изменился, а с ним изменилось ощущение почвы под ногами. И Марк вдруг догадался — трясина! Трясина, а через нее где-то проходит тайная тропа, известная лишь немногим. — Вот она, тут,— тихонько сказал Гверн. Он заговорил впервые за все время.— Дальше мы пойдем гуськом. Ступайте в мои следы и не задерживайтесь ни на один миг. — Понятно,— шепнул Марк. Пес прижался к ногам Гверна, и тот ступил на трясину. Марк занял освободившееся место, Эска шел последним. Топкая почва подавалась у них под ногами, ноги мгновенно начинали увязать, путники едва успевали переставлять их. Они ушли совсем еще недалеко, но тут Марк заметил вокруг легкий белесоватый туман. Туман! Беда, которой они имели все основания страшиться. |